Шкура льва

Я понимаю, что политический плюрализм - это наличие мнение, которое не совместимо с моей. Сколько людей, столько и мнений, хотя, может, речь идёт об одном и том же явлении, случае, факте. Люди по разному оценивают, к примеру, время правления Ислама Каримова. Для одних он - герой, пророк, правитель, который созидал и укреплял государство. Для других - интриган и мерзавец, демагог и подлец. Для третьих - палач, который утопил в крови жителей Андижана.
Для меня Каримов - не просто человек, который оставил тёмное пятно в истории Узбекистана. Эта личность, которая перечеркнула мою жизнь на родине и сделала эмигрантом. Поэтому я с презрением воспринимаю возгласы от оппонентов:
- Чего пинаешь мёртвого льва! Чего молчал, когда он был живым?
- Когда Каримов был жив, ты засунул язык в зад! А сейчас осмелел?
- Только шакалы смеются над мёртвым львом!
- Легко из-за границы критиковать льва?
Хочу сразу сказать: Ислам Каримов не был львом. Внешне - да, грозный правитель, который сам себя наградил орденом "Амира Темура" за расстрелы, пытки, унижения, воровство. А в реальности - шакалья личность, который рвал всех, кто говорил ему о преступлениях его власти, о нарушениях им Конституции, о семейной коррупции и непотизме.
Так что нечего шакала звать львом.

ШКУРА ЛЬВА

В саванне ночь...
Молчит земля...
И слышен рык издалека...

1.
Он звался Львом, он правил прайдом,
К себе сводил чужие сны.
Не терпел вопросов и бунтарства,
Все были страхом пленены.

Слабейших рвал он без пощады,
А сильным в спину угрожал.
Плёл интриги, строил засады,
И власть свою обожествлял.


Он был грозой для всей саванны,
Он был законом и судьбой.
И каждый знал: перечить страшно,
Пока он рядом, он живой!

Припев:

Под шкурой льва скрывался шакал!
Он всех пугал, он всех ломал!
Пока был трон и громкий рык,
Ему покорен был весь мир!

Но время сбросило покров,
И прайд увидел правду вновь.
Не царь зверей, не властелин —
А мелкий хищник средь равнин!

2.

Он зайцев рвал своими клыками,
Баранов глотал, как грейпфрут.
И с гордым видом над стадами
Твердил: «У нас растёт продукт!»

Боялись льва в большой саванне,
От рыка прятался народ.
Инфаркт случился у пантеры,
А слон давился банкой шпрот.

И каждый думал: так и надо,
Таков порядок, таков закон.
Но страх не может длиться вечно,
И рухнул золотой престол!

Припев:

Под шкурой льва скрывался шакал!
Он всех пугал, он всех ломал!
Пока был трон и громкий рык,
Ему покорен был весь мир!

Но время сбросило покров,
И прайд увидел правду вновь.
Не царь зверей, не властелин —
А мелкий хищник средь равнин!

3.

Но смерть пришла — и лев был смертен,
Умолк его привычный рык.
И вдруг спектакль стал заметен,
И прайд от ужаса затих.

Сползла со шкуры грива льва,
Открылась морда всем знакома.
И закричали звери: «Ах!
Шакал! Да это же шакал!»

Кого же мы боготворили?
Кому не смели возражать?
Кому покорно уступили
Свободу, право выбирать?

Нас львом пугали столько лет,
Нас убеждали: он герой.
А оказалось — просто плут,
Надевший шкуру золотую!

Припев:

Под шкурой льва скрывался шакал!
Он всех пугал, он всех ломал!
Пока был трон и громкий рык,
Ему покорен был весь мир!

Но время сбросило покров,
И прайд увидел правду вновь.
Не царь зверей, не властелин —
А мелкий хищник средь равнин!

4.

И если льва теперь пинают,
И если умер властелин,
Его по-прежнему считают
Великим среди всех зверин.

Ему хотят воздать почёты,
Слагают гимны и стихи.
Но вспоминают почему-то
Не льва, а страх его эпохи.

Когда я слышу: «Льва пинают!
Он умер — нужно честь отдать!»
Я вспоминаю, как бывает:
Шакала Львом могли признать!