Бортик. Глава 14. Выбор Пети

Но дрон вернулся через два дня.
На этот раз он был не один. Во первых, он был больше — чёрная туша размером с лунный ровер. Во вторых, от него по кратеру ползли уже не тонкие синие нити, а густой, вязкий веер лидаров. А на его бронированном боку горел корпоративный логотип «Селены».
— Они поняли, что их надули, — Виталик ударил кулак в ладонь.
— Обманыват нельзя, — прошелестел Бортик. — А то в следующий раз они пришлют не дрон, а абордажную группу.
Петя сидел на полу пещеры, привалившись спиной к тёплому, мерно гудящему боку корабля. Бортик был готов к отлёту. Карты загружены. Двигатель глубоко, утробно урчал, разгоняя ядро. Оставалось одно: выбрать момент. И способ.
— Если я расскажу маме… — Петя смотрел на свои перчатки, испачканные в лунной пыли и питательном геле. — Она инженер. Она умеет собирать воздух, создавать воду. Может, она придумает, как тебя спрятать?
 — А может… она просто нажмёт кнопку протокола? — Спросил Виталик.
— Это и есть выбор, — сказал Бортик. — Когда не знаешь, что будет, но всё равно решаешь.
Петя думал о маме. Она собирала кислород из лунной пыли. Она никогда не давила авторитетом — только логикой.
«Я делаю воздух из пыли, Петя, — вспомнил он ее голос. — Я не подвожу людей на базе, а тебя — тем более. Я твоя мама и всегда подам руку помощи, что бы ни случилось».

Вдруг он понял одну простую вещь. Мама — не представитель корпорации. Мама — это мама. Человек, который однажды уже выбрал его, а не правила базы.
— Я расскажу ей, — сказал Петя. Он поднял глаза на панель Бортика. — Не потому, что боюсь, а потому, что верю ей.
Бортик мигнул. Но это не был резкий сигнал тревоги. По всей его живой обшивке прошла тёплая, медленная волна света — от носа до дюз. Титановые пластины едва слышно вздохнули, меняя натяжение.
— Это хороший выбор, Петя.
— А если она не поверит? — голос Пети дрогнул. — Если решит, что я просто свихнулся от одиночества?
— Тогда ты всё равно сказал правду, — ровно ответил корабль. — А за правду стоит и поборотся.
________________________________________
Петя поднялся, отряхнул колени, хотя пыль всё равно тут же налипала обратно.
— Надо собрать доказательства, — он говорил скорее себе, чем Бортику. — Не просто слова. Что-то, что нельзя списать на статику или галлюцинацию.
— У тебя есть чешуйка, — подсказал Бортик.
— Да. Но этого мало. Виталик говорил, что им нужны параметры. Температура, частота, реакция на звук…
Он достал из кармана прозрачную капсулу с чешуйкой. Она слабо светилась, будто прислушивалась к его волнению. Петя поднёс её к микрофону старого планшета, где уже был открыт простой спектроанализатор — его Виталик накидал за полчаса, когда они только начали думать про «как доказать взрослому».
— Запишу показания, — пробормотал Петя. — Потом добавлю видео: как она реагирует, если сказать «Бортик», и как меняется цвет, если поднести к ней холодную пластину.
Он быстро, но аккуратно вбил в заметки: «Температура: 37,2. Пульсация: 68 циклов в минуту. Реакция на голос: усиление свечения на 40 %». Потом сделал короткий ролик, где подносил к чешуйке разные предметы и тихо произносил слова.
Когда закончил, он посмотрел на капсулу и тихо сказал:
— Прости, что ты теперь не просто тёплый подарок, а «образец».
Чешуйка мигнула, будто поняла.
— Ты всё делаешь правильно, — снова прошелестел Бортик. — Пусть она увидит не тайну, а задачу. Для твоей мамы задача — это язык, на котором она понимает мир.
Петя кивнул. Ему вдруг стало спокойнее. Не потому, что он перестал бояться маминой реакции, а потому, что теперь у него был не только выбор, но и план.
Он вышел из пещеры, и холодный лунный воздух ударил в скафандр, как ведро ледяной воды — резко, но честно. Где-то на краю кратера уже мелькали тени: команда ждала. Виталик прикручивал к рюкзаку катушку экранирующей ленты «на всякий случай». Аня держала в руках маленький контейнер с образцами спор — на случай, если придётся объяснять биологическую природу корабля. Тимоша замер, прислушиваясь к тишине, будто мог услышать шаги службы безопасности раньше, чем они появятся. Бо сидел на камне и тихо шептал что-то светящимся нитям, будто просил их не гаснуть, пока всё не решится.
— Готов? — спросил Виталик, поднимая взгляд.
— Готов, — кивнул Петя. — Но не один. Мне нужна ваша помощь.
Виталик хмыкнул, но в этом хмыканье не было насмешки.
— Ладно. Только не жди, что я буду стоять смирно и молчать. Если она начнёт про протоколы, я сразу скажу: «Протокол не спасёт корабль, он его убьёт».
Аня улыбнулась, но улыбка вышла напряжённой.
— Мы скажем это вместе. И покажем. Пусть она видит, что это не выдумка.
Тимоша молча кивнул, а Бо вдруг протянул Пете тонкую светящуюся нить, как будто это был самый настоящий талисман.
— Свет понимает свет, — тихо сказал он. — Пусть она тоже поймёт.
Они двинулись к посёлку. Не бегом, не крадучись, а ровно, шаг за шагом. Как будто сами себе говорили: мы не прячемся. Мы идём просить о помощи.
А где-то высоко над кратером снова мелькнул чёрный силуэт. Дрон наблюдал. И Петя знал: времени остаётся всё меньше.
Конец 14 главы.