Что думают наверху про нас

ЧТО ДУМАЮТ НАВЕРХУ ПРО НАС

Философско-мистический диалог

Руслан Стрижаков

———

Авторское примечание

Это произведение является художественным философско-мистическим диалогом. Образы, события и высказывания персонажей представляют собой авторский литературный замысел и не претендуют на изложение религиозной догматики или толкование Священного Писания.

Произведение не ставит целью оскорбление религиозных чувств, отрицание веры или пересмотр положений какого-либо вероучения. Его предмет — милосердие, свобода выбора, ответственность и природа человеческого несовершенства.

———

Где-то за пределами человеческого времени. Разговор, который никто не собирался записывать. Возможно, он и не должен был стать известен людям.

Голоса звучали спокойно. Лишь иногда тишина между репликами становилась красноречивее слов.

АРХИСТРАТИГ МИХАИЛ:

Я могу уничтожить людей.

МИЛОРД:

Можете. Вы и прежде говорили. Я не стал слушать — и спас часть мира от потопа. Откуда у Вас такое старание погубить всё непохожее на Вас?

АРХИСТРАТИГ МИХАИЛ:

Мне доложили о Вашей воле. Я не стал топить ковчег.

МИЛОРД:

Разве Вы знали?

АРХИСТРАТИГ МИХАИЛ:

Знал. Иначе не стоял бы здесь.

МИЛОРД:

Наверное, я создал Вас слишком много.

И слишком умными.

АРХИСТРАТИГ МИХАИЛ:

Мы — продолжения света, Милорд. Другими мы быть не можем.

МИЛОРД:

А как же те двести с горы Хермон, забыли?

ДЕМИУРГ:

Продолжение света не отменяет выбора, Милорд!

МИЛОРД:

Предпочтение тоже не отменяет.

ДЕМИУРГ:

Но поступок не отменяет милосердия.

ДЕМИУРГ:

Я слышал, один человек создал молитву о прощении этих отступников. Вы что-то слышали?

ИНЖЕНЕР:

Я нет. А Вы слышали, Милорд?

МИЛОРД (раздражённо):

Вы всегда умничали! Всегда хотите проявиться!

МИЛОРД (продолжая):

Я говорил: шесть дней мало, чтобы мир был идеален. А Вы что?

ИНЖЕНЕР:

Настояли на своём.

МИЛОРД:

Вот именно. Одни только Ваши жирафы чего стоят? Не хотел бы я быть этим Вашим жирафом! И название такое ещё придумали.

Инженер и Демиург переглянулись. Демиург пожал плечами.

Милорд на секунду задумался.

МИЛОРД:

Меня окружает несовершенство. Что я хочу от этих людей?

АРХИСТРАТИГ МИХАИЛ:

Чтобы они остались людьми.

ДЕМИУРГ:

Чтобы у них был выбор.

ИНЖЕНЕР:

Чтобы даже шесть дней были не приговором.

МИЛОРД:

Тогда слушайте: я не уничтожу их. Но и довольным не буду.

Пусть живут. Пусть молятся. Пусть умничают.

И пусть помнят: шесть дней — это было мало. Я помню. И Вы помните.

МИЛОРД:

О чём он просит?

АРХИСТРАТИГ МИХАИЛ:

О помиловании двухсот ангелов.

МИЛОРД:

Что — всех сразу?

АРХИСТРАТИГ МИХАИЛ:

Он просит за тех, кто пал.

Один человек — за двухсот.

МИЛОРД:

Если бы я слушал каждого сумасшедшего… (косясь на Михаила) …всё бы разрушилось.

АРХИСТРАТИГ МИХАИЛ:

Вы слушали меня.

МИЛОРД:

Именно. И мир уцелел лишь частью. Вы сами бунтари — и их делаете такими. (Показывает пальцем вниз.) Они не выдерживают. Сходят с ума.

ДЕМИУРГ:

Вы правы, Милорд. Нельзя всё принимать к сердцу.

АРХИСТРАТИГ МИХАИЛ:

Но, Милорд, он написал молитву как литературу. Её читают люди. Их много стало.

МИЛОРД:

Литературу? Серьёзно?

АРХИСТРАТИГ МИХАИЛ:

Да. Но читают как молитву.

ДЕМИУРГ:

Молитва, ставшая литературой, всё равно молитва. Даже если её читают как рассказ.

МИЛОРД:

Значит, уже не один сумасшедший.

Хор.

АРХИСТРАТИГ МИХАИЛ:

Вы можете не исполнять. Но можете услышать.

МИЛОРД (раздражённо):

Я не помилую всех. Но прочитаю. И решу.

ДЕМИУРГ:

Милорд, молитва может зародить веру и разрушить их проклятие и наши печати заточения, которые их удерживают. Но вера — тоже оковы. Они молятся о прощении, но пока не верят в него.

МИЛОРД:

Вы хотите сказать, что молитва — это ключ спасения?

ДЕМИУРГ:

Я хочу сказать, что они просят свободы для падших, но сами заперты в своём сомнении.

Печати — наши. Проклятие — их.

А молитва — ключ, который они не решаются повернуть. Но так продолжится недолго, проявится надежда и зажгутся сердца.

МИЛОРД:

(Молчит, смотрит на Михаила.)

АРХИСТРАТИГ МИХАИЛ:

Милорд, давайте я изменю время. Вернусь в прошлое и уничтожу автора.

МИЛОРД:

Автора молитвы?

АРХИСТРАТИГ МИХАИЛ:

Да. Этого сумасшедшего.

Пока литература не стала верой.

Пока хор не зазвучал.

Пока свет не разрушил печати заточения.

Я могу всё устроить.

Он погибнет быстро.

МИЛОРД:

Вы хотите убить одного человека, чтобы не помиловать двухсот?

АРХИСТРАТИГ МИХАИЛ:

Я хочу убрать причину. Вы не хотели слушать сумасшедших — я уберу его.

ДЕМИУРГ:

Это не причина. Это повод.

МИЛОРД (тихо):

Вы уже спасали мир от нефилимов. Теперь хотите спасти его от молитвы?

АРХИСТРАТИГ МИХАИЛ:

Я хочу спасти Вас от выбора, который Вас тяготит.

МИЛОРД:

Мой выбор — не Ваша забота. Я сказал: прочитаю. И решу. Не смейте трогать автора.

АРХИСТРАТИГ МИХАИЛ:

Но…

МИЛОРД:

Это приказ.

Пусть пишут.

Пусть читают.

Пусть верят.

Я посмотрю, во что это выльется. А Вы… Вы останетесь здесь. И будете смотреть вместе со мной.