Охотница Алиска. Глава IV

Эксперимент Клауса Миласки на основе Жюля Верна, Роберта Хайнлайна и других
ОХОТНИЦА АЛИСКА. ГЛАВА IV
1
"Богатый оранжевый Кирлем" оказался братом и сестрой в одном теле, Авемом и Иррезо. Собственно, если кто не понял, большинство Кирлемон – технически братья и сестры вполне определенного профиля, иначе в Геламианских горах было не выжить (вот у Ирриз голова отвалилась, а представьте, если бы у всех части тела отваливались, а дополнительных не было – у Мелиз тоже один раз рука отвалилась, и хотя эти Авем и Иррезо приклеили манипулятор-"белку" [1], но это тоже была новая технология, а выжить необходимо было все миллионы лет эволюции, без технологий), Бейлиз так вообще технически шесть сестер, но вот _брат_ и _сестра_ одновременно встречались намного реже, потому как для этого нужны были одновременно и два малых таза, чтобы было где сформироваться члену и киске, и две головы, так как все гормональные циклы замкнуты на мозге – а если все это есть, то что мешает образоваться полноценным двум телам? Только если "линия поперек" и одна нога общая, иначе никак. И благодаря вот этим вот брату и сестре с одной общей ногой (а также одной общей рукой и одной общей молочной железой) Мелиз попала словно в другой мир. Прежде всего она была потрясена еще на пути к их дому, узнав, что бывает "летающее летадло" (каламбур намеренный). Жаль, она не знала не то что астрофизику и планетологию, а даже школьную для нас физику не учила – в ее колледже в основном ваизму учили – и не знала, что на массивной суперземле с плотной атмосферой летать чуть ли не легче, чем бегать: чуть сильнее разбегись – и ты уже в воздухе, правда, полетишь или по баллистической траектории, если ветра нет, или куда ветер понесет, потому как на поверхности планеты ты ногами отталкиваешься от этой самой поверхности, а в воздухе не от чего, и основная проблема – научиться не летать, а управлять полетом.
2
"Летающее летадло" принесло Авема, Иррезо и Мелиз в уже упомянутый нами Блено-Зибордный союз. (Что такое блен и зиборд, вынесено в [2].) Правда, к тому моменту он уже распался на кусочки – административно "центральный" кусок, вместе со столицей, картографически же очень далекий от центра, назвал себя Юслено, а самый большой, куда Мелиз и попала, при произношении с таргромтским акцентом – Лассиро, на "чистом" таргромтском языке – Лассирез, а на "чистом" ласском – Л**а**шшыро (ударение на первый слог) (Мелиз со временем вполне сносно выучила его, но выговаривать без акцента отсутствующие в таргромтском звуки – "ж", "ш" и "ы" – так и не научилась). В этой Лассирез запрет на новые технологии и при Союзе де-факто слабо соблюдался из-за огромных расстояний и, как следствие, трудности контроля (только если поймают "на горячем"), а после отделения развитие науки пошло просто лавинообразно. И в доме Авема и Иррезо было кое-что такое, что для Мелиз не представлялось возможным. (Перечисление вынесено в [3].) Оно так потрясло Мелиз, что она не знала, смеяться ей или плакать. Думала, будет жить в богатом доме счастливой жизнью. А вот и нет!
3
Авем вовсе не собирался оставлять Мелиз наслаждаться. Он говорит:
– "Снимай свои тряпки, поиграемся!"
Но Мелиз сказала, как отрезала:
– "Ах, я не знала, что у лассов "поиграться" означает это! Я лучше буду прислугой, уборщицей, но развратницей не буду!".
Авем начал ее избивать, но Мелиз продолжала упираться. Авем продолжал бить, забив до того, что Мелиз перестала шевелиться. Тогда Авем стал сам снимать с нее платье. Но тут уже Иррезо резко отдернула общую руку, так что раздался грохот чего-то разбивающегося, и закричала:
– "Умоляю, пожалей ее! Тебе секс с бесчувственной "котлетой" не принесет удовольствия. Ты видишь, она _очень_ не хочет. Пойдем, поищем другую розовую красотку". Авем говорит:
– "А уборщицей в моей мастерской точно будешь?! Там ядовито!".
– "Буду" – послышался едва слышный шепот.
Так Мелиз до конца жизни и не стала развратницей, несмотря на цвет плайны.
РАСШИРЕННЫЕ ПРИМЕЧАНИЯ
1
"Белка" – манипулятор, названный так за визуальное сходство: "головка" с глазами, ушами и носом, четыре "лапки" с пальцами и "хвост", которым она крепится к телу.
2
У Кирлемон не было понятий "север-юг-восток-запад", вместо этого было шесть "лучей", указывавших на полюса – ипад и домимад – на магнитные полюса (по компасу) – блен и норблен – и вдоль "тропического/климатического" экватора, где день был круглый год равен ночи, не было лета и зимы (из-за эксцентричной орбиты Гелама проходил довольно далеко от "сидерического" экватора – серединно-перпендикулярной плоскости между полюсами, местоположение которого из-за специфических атмосферных рассеяний, скрывающих ночные звезды, установили только в индустриальную эпоху) – зиборд и нориборд.
3
Например, не просто радио, а такое, по которому можно было самому вещать, лишь бы адресат(ы) знал(и) эту частоту ("государственные" частоты, разумеется, запрещались). Или не просто фотография, а фотоаппарат, помещающийся в чемодан и работающий за несколько мретесфаров (один мретесфар – 1/216 000 Геламианского года (мрефара)). Или молоко из заморского дерева и текстиль вообще из любого дерева (технически "ткань" из древесины существовала, но была аналогом бумаги, а не разноцветными, прочными и нежаркими платьями).