Обеты Любви. 1

Ее звали Симка. Звучит как прозвище — коротко и удобно. А еще все думали, что эта кличка произошла от сим-карты.
Но нет, за ней стояло вполне божественное имя — Серафима.
Серафимы — это такие ангелы очень высокого уровня.

Симка про свое имя все знала: ей рассказала бабушка, которая воспитывала их с сестрой Лизой после смерти родителей. Пока была бабушка, они держались вместе. Даже сестра, которая была на два года старше, успела выйти замуж и родить дочку.

Но когда бабушки не стало, всё посыпалось само собой. Из квартиры выгнали за неуплату, учебу в медучилище пришлось бросить, а потом и сестра с ребенком ушла от мужа в никуда, потому что тот дрался по каждому поводу и без.

Нашли какой-то заколоченный домик на окраине и решили жить там.
Лиза нашла подработку и просила Симу присматривать за племянницей. Позже нашлась работа и для Симы, так что они ходили на смены по очереди, чтобы малышка не оставалась одна.

Сестра была симпатичной девушкой, но выглядела довольно обычно — просто не было возможности и сил заниматься собой. А вот Сима обладала редкой красотой. И это достоинство, о котором мечтают многие, доставляло ей сплошные неприятности. В нее либо сразу влюблялись, либо лезли с домогательствами. Спасаясь от взглядов, она постоянно носила балахонистую одежду, прятала фигуру, носила бейсболку, защитную маску и темные очки. Но на работе очки и маску приходилось снимать, а рыжеватые непослушные кудри так и норовили выбиться из-под шапки.

Так ей пришлось сменить несколько рабочих мест, пока наконец ее не взяли официанткой в небольшое кафе.
Как-то раз туда зашел элегантно одетый посетитель с приятной внешностью. Увидев, как Симка отбивается от навязчивых клиентов, он протянул ей визитку и пообещал, что в его заведении никто так нгагло приставатьть к ней не станет — она получит надежную защиту и солидную зарплату.

По наивности Сима обрадовалась и уже на следующий день пришла по указанному адресу.

Это оказался ночной клуб. В ее обязанности входило встречать и развлекать гостей, а должность называлась «хостес». Ей выдали шикарное платье, сделали профессиональный макияж, провели небольшой инструктаж, и она довольно бойко приступила к работе.

Посетители просто лишались дара речи от такой внешности и, конечно, были уверены, что за отдельную плату эта девушка станет развлекать их и в постели. Но Сима пресекала любые намеки. Возникал нездоровый ажиотаж, который администрации был только на руку, но со своими обязанностями девушка справлялась великолепно, и претензий к ней не было.

Особо рьяные гости пытались предлагать директору крупные суммы, лишь бы тот заставил Симу уделить им личное внимание. Но он неизменно отказывался, заявляя, что не намерен нарушать закон и портить репутацию заведения.

И действительно, слово свое он держал: стоило кому-то изрядно напиться и распустить руки, охрана тут же выдворяла нарушителя. Посетителей от этого меньше не становилось — многие надеялись, что со временем девушка «обтешется» и станет сговорчивее, ведь это сулило ей баснословные доходы.

Однако Сима не сдавалась и на легкие деньги не велась, храня свое достоинство. Старый директор искренне зауважал ее за такую стойкость, поэтому больше никто не смел соваться к нему с прежними просьбами.

— Симка, а как ты замуж-то выйдешь? — вздохнула как-то Лиза. — Там же одни гуляки и картежники в этом твоем клубе. Да и о тебе они думают соответствующе. Никто ведь не поверит, что с такой работой можно оставаться честной девушкой. Репутацию эта работа тебе портит непоправимо. Ты даже не бываешь в тех местах, где бывают нормальные парни.
— Ой, перестань, Лиза, волноваться за меня, — отмахивалась Сима. — Слава богу, никто меня там не обижает, а зарплата отличная. Видишь, смогли нормальную квартиру снять, на малышку деньги есть. Пока поработаю, а там видно будет.

Так незаметно пролетело три года. Маленькая Оля подросла, ей исполнилось пять, и она уже потихоньку помогала маме и тете по хозяйству.

А потом Лиза ушла на тот свет. Подцепила где-то вирус, давший тяжелое осложнение, с которым изможденный бесконечной борьбой за выживание организм справиться уже не смог. Впрочем, наверное, просто пришло ее время.

Сима с Олей тоже переболели, но на ногах перенесли хворь легче. И тут же встал вопрос: с кем оставлять ребенка? На детский сад денег не хватало — тогда пришлось бы отказаться от оренды квартиры.

Оля росла не по годам умной. Все поняв, она пообещала тете сидеть дома одна. Сима решила попробовать: накупила ей книжек, альбомов для рисования, конструкторов, оставила еды. С директором удалось договориться — он пошел навстречу, отпуская ее на обед и освобождая от ночных смен.

Так они продержались еще полгода. Олечка уже привыкла оставаться одна, научилась пользоваться телефоном и включать мультфильмы.

Однажды директор позвал ее в кабинет. Сердце у Симы нехорошо ёкнуло:
— Девонька, ты уж прости меня, — голос Виктора Петровича звучал непривычно мягко, по-отечески. — Я прикрывал тебя сколько мог. Мне предлагали за тебя огромные деньги, но я ни разу не поддался, глядя на тебя. Благодаря тебе я сам поверил, что можно не продаваться, что деньги — не главное, а самоуважение купить нельзя. Но скоро здесь сменится руководство. Меня не будет и ты останешься беззащиты. Я свое обещание сдержал и могу уйти с чистой совестью. Но и тебе оставаться здесь нельзя, если хочешь сберечь себя. А с такой красотой одна пропадешь.
— Что же мне делать, Виктор Петрович? У меня на руках малышка, я за нее в ответе. Все равно придется искать другую работу... А красота — разве это наказание? Я ее спрячу.
— Да ты за эти годы стала еще краше, чем когда пришла сюда, — грустно улыбнулся он. — Здесь ты чувствовала себя в безопасности, и это позволило твоей красоте распуститься по-настоящему.

Сима опустила голову, и из глаз брызнули слезы. Ей вдруг снова стало страшно от мысли об одиночестве.«Неужели во всем мире мне нет места?» — думала она с отчаянием.

— Знаешь... у меня был знакомый, очень образованный человек, не старый еще, который ушел в монастырь. Сейчас он там настоятель, — продолжил директор. — Когда-то я сильно выручил его, и он обещал помочь, если потребуется. Но я никогда не обращался... но теперь настало время. Поезжай в тот монастырь, попроси работы. Скажи, что от Виктора Петровича. Если нужно, он перезвонит. Думаю, безопаснее места для тебя сейчас не сыскать. А дальше — жизнь покажет.

Сима написала заявление об уходе. Бухгалтерия выдала честно заработанный расчет, а Виктор Петрович добавил от себя солидную сумму:
— Это тебе как благословение на новую дорогу. Но часть пожертвуешь обители — отдашь отцу Дмитрию. Возьми такси и поезжай.

Собрав свои немудреные пожитки, Сима внезапно сообразила, что в привычной одежде в монастырь лучше не соваться. Пришлось потратить часть денег на несколько скромных длинных юбок и пару платков на распродаже.

Совет директора насчет такси она в последний момент решила проигнорировать — хотелось сберечь каждую копейку на черный день — и взяла билет на обычный автобус.

Потратив несколько часов на дорогу, они вышли у нужного поворота на трассе, поскольку сам монастырь располагался в стороне. Выбора не оставалось: они с Олей устроились на автобусной остановке в ожидании попутки. Но в сторону монастыря никто не ехал.

Прождав часа два, Сима поняла, что сидеть здесь до ночи нельзя.
Взяв сумки, они тронулись в путь пешком. Идти с тяжелым багажом по пыльной дороге оказалось невероятно тяжело. Малышка устала очень быстро, но упрямо молчала, лишь шагая все медленнее. Тогда Сима придумала выход: брала Олю на спину, проносила вперед, сажала у обочины, а сама возвращалась за вещами, чтобы перетащить их к девочке.

За этой изнурительной беготней они даже не услышали приближающейся машины. А когда машина проехала мимо, Сима от накопившегося отчаяния просто обессиленно опустилась на колени посреди дороги и заплакала. Оля подошла, всё понимая без слов, и крошечной ладошкой тихонько погладила ее по голове.

— Что с вами случилось? Почему вы плачете? — раздался над ними мягкий мужской голос.

Сима попыталась подняться, но ноги не слушались от усталости. От этого физического бессилия слезы хлынули с новой силой.

Мужчина был красив, и от него исходило удивительное спокойствие. Вопросы он задавал ровно и участливо, так, будто встретить плачущую женщину посреди дороги было для него самым привычным делом.
— Дядя, мы идем в монастырь, —  ответила Оля. — А тетя носила меня и вещи по очереди и очень устала. Я старалась помогать, но ножки больше не идут.

Незнакомец выслушал девочку, глядя на заплаканную Симу, а затем кивнул:
— Погодите пару минут.

Он вернулся к машине, припаркованной чуть в стороне, развернулся и аккуратно подъехал ближе.
— Залезайте, — скомандовал он мягко, сам принимаясь укладывать их пожитки в багажник. — Я как раз еду в монастырь.
— Спасибо... — еле выдавила Сима, опускаясь на сиденье.
— Автобус прошел довольно давно, и вы провели на солнце не один час. С ребенком пешком здесь не пройти — до обители еще километров десять, а попутки почти не ходят. Жаль, что вы не рассчитали дорогу заранее. Ну да ничего, теперь все уладится.
— Дядя, а вы кто — бог или живете там? — с детской непосредственностью поинтересовалась Оля.

Мужчина улыбнулся краешком губ:
— Да, Оленька, я живу там, но я не бог.
— А откуда вы знаете мое имя? — удивилась девочка.
— Наверное, просто догадался.
— О, раз вы там живете, может, знаете отца Дмитрия? — подала голос Сима. — Нас к нему направили.
— Понимаю. Видимо, от Виктора Петровича. А я и есть отец Дмитрий, — снова мягко улыбнулся он.
— Откуда вы... откуда вы знали? — изумленно выдохнула Сима.
— Я иногда бываю догадливый. А вас как зовут?
— Я думала, вы и мое имя знаете... Я — Сима.
— Вы — Серафима, — тихо заметил он, трогая машину с места. — А так зовут очень серьезных Ангелов.

В этот момент за поворотом открылся вид на монастырские стены и купола, живописно раскинувшиеся на зеленых холмах вдоль извилистой речки. Сима успела подумать, как вокруг красиво, но веки уже тяжелели, и она едва держалась, чтобы не уснуть прямо в машине.

Отец Дмитрий остановил машину у ворот. Навстречу уже спешили несколько монахов; завидев настоятеля, они почтительно склонились в поклоне.

Отец Дмитрий тоже ответил им поклономм, а затем обернулся к самому молодому:
— Отец Аврамий, проводи наших паломников в гостевой домик. Устрой их в отдельной келии и принеси всё необходимое. А потом отведи к трапезе.
Он снова посмотрел на Симу с Олей:
— Устраивайтесь, барышни, поешьте с дороги и отдыхайте. А завтра обо всем поговорим.