Авентюра 8. О школьных аббревиатурах

Авентюра 8. О школьных аббревиатурах

     Ну что, поговорим про это самое странное «РУКМО»? Или про этого «РУКМО»? Или про эту? Бог его знает, как правильно сказать, какого оно рода, это РУКМО? Мужского? Женского? Среднего? Бесполое?

     В предыдущей авентюре я обещала поговорить про школьные аббревиатуры, и вот, с вашего позволения, начнём.

     Но сначала – небольшое литературное отступление, потому что без него никак.

     Помните, как Алексей Николаевич Толстой в «Хождениях по мукам» описывал нововведения в русском языке во время Гражданской войны? Как героиня пыталась разобраться в этом новом, ломаном, колючем языке? Вот небольшой отрывок, который я перечитываю каждый раз, когда слышу на педсовете что-нибудь про «РУКМО»:

     «Катя недоумевала. Она привыкла к другому языку – более плавному, с окончаниями. А здесь всё сокращено, слито в короткие отрезки, смысл ускользает. Она вчитывалась в строчки, но буквы прыгали, слова распадались на кусочки. "Р.С.Ф.С.Р.", – пыталась она сложить, но получалось не слово, а какой-то птичий язык. "Что они хотят сказать этими буквами?" – думала Катя. Какой новый непонятный язык. "Что это значит?" И слова точно рычали на неё, кидались в глаза, путались в волосах».

     Так вот. Когда я впервые услышала на педсовете фразу: «Обратитесь к РУКМО», я сразу же вспомнила этот отрывок.

     Потому что у нас в последние годы в школе появились смешные и странные сокращения. Точно такие же, как во времена 20-30-х годов XX века. Когда после революции русский язык пережил настоящий лингвистический шок и начал активно обрастать аббревиатурами, от которых у всякого филолога дёргался глаз.

     Именно тогда появились такие перлы, как:

     – ЗАМКОМПОМОРДЕ – заместитель командира по морским делам. Да-да, вы не ослышались. ЗАМ. КОМ. ПО. МОР. ДЕ. Попробуйте произнести это быстро, не сломав язык. А ещё лучше, попробуйте объяснить иностранцу, что это значит.

     – ГЛАВПОЛИТПРОСВЕТ – Главное управление политико-просветительной работы. Звучит как название древнего заклинания из Гарри Поттера.

     – МОПР – Международная организация помощи борцам революции. Коротко, ёмко, непонятно.

     – РАБСЕЛСОВЕТ – рабоче-сельский совет.

     –  ДОРОНКОМ – дорожно-эксплуатационный комитет. Звучит как имя древнеславянского бога, которому приносили в жертву асфальт.

     – ЗАМДИРНАЧУВР – нет, такого не было. Но могло бы быть.

     О, это было золотое время для аббревиатур! Каждый наркомат, каждый отдел, каждая канцелярия считали своим долгом придумать себе сокращение. Чем абсурднее, тем лучше. Чем непонятнее, тем престижнее.

     И вот, спустя сто лет, мы, школьные учителя, не уступаем нашим предкам. Мы тоже не отстаём. У нас появились свои, родные, школьные аббревиатуры:

     – РУКМО – руководитель методического объединения. Попробуйте просклонять это слово. «Я иду к РУКМО. Я говорю с РУКМО. Я горжусь нашим РУКМО». Звучит как название какой-то древней секты или как кличка домашнего питомца. «Это мой РУКМО, он очень ласковый».

     –  ШМО – школьное методическое объединение. Коротко, ёмко, совершенно непонятно. «Ты где была?» – «Я была на ШМО». – «На ком?» – «На ШМО». – «А это кто?» – «Ну, ШМО же... Школьное методическое объединение». – «А, понятно».

     – РУКСТРУК  – руководитель структурного подразделения. Это вообще шедевр! РУК. СТРУК. Звучит как название строительного инструмента.

     – ПЕДОРГ  – педагог-организатор. О, это просто жемчужина! ПЕД. ОРГ. Звучит как... ну, вы сами понимаете, как это звучит. И каждый раз, когда я слышу это сокращение, я невольно хихикаю. Потому что ну как так-то? ПЕДОРГ! Это же просто подарок для школьников. Они ведь уже хихикают. Они уже давно хихикают. И я их понимаю.

     Хорошо хоть мы остались  учителями, а не  «шкрабами»  – школьными работниками, как в повести писателя-педагога Николая Огнёва «Дневник Кости Рябцева», где описывается школьная жизнь 1920-х годов. Вот где был настоящий лингвистический ужас! «Шкраб» – это же звучит как ругательство. Как что-то очень неприятное. «Эй, шкраб, иди сюда!» – и хочется оглянуться, хотя тебя так никто не звал.

     Но, слава богу, до «шкрабов» мы пока не докатились. Пока ещё мы – учителя. Пока ещё к нам обращаются по имени-отчеству. Пока ещё нас не сократили до трёх букв. Хотя, глядя на темпы, я не удивлюсь, если через пару лет нас будут называть просто «УЧ» или    «ПЕД», или ещё короче «ПР» (педагогический работник), или вообще – «РАБ»    (работник образования). И это будет логичным завершением нашей эволюции. От учителя – к рабу.

     А если серьёзно, то у меня не очень хорошее отношение к аббревиатурам. Есть, конечно, нейтральные и вполне благозвучные, к которым мы привыкли: ЕГЭ, ОГЭ, ФГОС, СанПиН. Хотя ФГОС тоже звучит как что-то очень грозное. «Ты слышал? Нам опять новый ФГОС спустили!» – звучит как приговор.

     А есть, конечно, смешные и, на мой взгляд, некрасивые. Типа «РУКМО» и «РУКСТРУК». Они режут слух. Они ломают язык. Они превращают живую русскую речь в какой-то птичий язык, о котором писал  А.Толстой в «Хождениях по мукам».

     И знаете, что самое грустное? Что мы сами начинаем говорить на этом языке. Мы сами начинаем использовать эти аббревиатуры. Мы сами говорим: «Пойду на ШМО», «Спрошу у РУКМО», «Обсудим с ПЕДОРГОМ». И не замечаем, как наш язык становится ломаным, колючим и  непонятным.

     И тогда я думаю: может быть, в этом и есть наша связь с эпохой 20-х годов? Может быть, мы действительно живём в такое же переломное время? Может быть, мы тоже строим что-то новое, и для этого нам нужен новый язык?

     Но если это так, то я категорически против. Потому что язык – это не просто набор букв. Это культура. Это традиция. Это уважение к слову. И когда я слышу «РУКМО», я чувствую, как что-то внутри меня содрогается. Как будто кто-то взял и сломал что-то очень важное. Очень хрупкое. Очень красивое.

     Ладно. Не буду больше ворчать. Пусть будут аббревиатуры. Пусть будет РУКМО,  ШМО, ПЕДОРГ (ну, тут я всё равно хихикну), главное, чтобы за этими буквами стояли живые люди, живые учителя, живые ученики, живая школа.

     А язык... Язык он простит. Язык он всё переживёт. Он уже переживал и революции, и войны, и перестройки. Переживёт и РУКМО.

        P.S.    А если кто-то из вас всё-таки хочет узнать, какого рода это слово  РУКМО, то я вам скажу. Оно мужского рода. Потому что это РУКОВОДИТЕЛЬ методического объединения, значит, РУКМО – это он.  РУКМО  пошёл на ШМО, встретился с ПЕДОРГОМ и обсудил ФГОС.