Московский променад памяти

«Москва… как много в этом звуке для сердца русского слилось! Как много в нём отозвалось!»
Я знал Москву разной. Правильной, советской, с вылизанным центром и совершенно провинциальной по окраинам. Потом была Москва «лихих девяностых» со стихийными рынками, безбашенными таксистами, запахом китайских кожаных курток, польской косметики и дешёвого кофе «три в одном». Позже случилось и мимолётное знакомство с нынешней Москвой. Городом, который очень старается выглядеть по-европейски, но ведёт себя с чисто азиатским размахом.
И всё-таки лучшим временем для туриста, на мой взгляд, были именно конец восьмидесятых. Ещё жив СССР, уже есть свобода (относительная), но ещё не пришёл "дикий капитализм"
Тогда ещё можно было почти за разумные деньги попасть в «Ленком» или Большой театр.
В пельменной на «Пресне» (Недалеко от зоопарка), стоя за круглыми высокими столиками, взять сто граммов водочки «для аппетита» и никто не осуждал (хотя шла борьба с алкоголем).
В кинотеатре «Россия», придя на ретроспективу фильмов с Бельмондо, можно было неожиданно встретить самого Жан-Поля, который раздавал автографы и отвечал на вопросы журналистов. Сегодня это назвали бы эксклюзивным мероприятием с билетами по цене крыла самолёта. Тогда это называлось «повезло».
Новые звёзды выступали на стадионах и спортивных площадках. Афиш почти не было, зато работало сарафанное радио. Мы знали, где сегодня будет «кино», а где «бригадиры».
На многие мероприятия билет можно было купить прямо у входа. И никто не заставлял регистрироваться через приложение, подтверждать личность по SMS и прикладывать лицо к камере.
Пляж Химкинского водохранилища вообще был усладой для глаз. Девушки внезапно решили, что верхняя часть купальника это лишняя деталь гардероба (топлес), а нижняя вполне может состоять из двух верёвочек. Мужчины были в восторге.
А метро! Где ещё к вам мог подойти слегка помятый интеллигент в костюме-тройке, благоухающий смесью тройного одеколона и вчерашнего перегара, и предложить индивидуальную экскурсию по Москве за символическую плату? Если вы решались рискнуть, то неожиданно получали лучшего экскурсовода в своей жизни. Он мог рассказать историю каждого дома, улицы и конечно же забегаловок с горячительными напитками, которые необходимо было посетить в ходе экскурсии… и мы шли… и мы посещали...
Но настоящей столицей свободы был Старый Арбат.
Это была республика чудес. Здесь жили фрики всех мастей, музыканты всех направлений и художники всех школ. Каждая подворотня обещала приключение. Здесь можно было найти что-то бесценное… или потерять всё содержимое карманов.
На одной стороне улицы давали пантомиму, на другой кто-то пел оперу. Симфонический оркестр героически пытался переиграть рок-группу, расположившуюся неподалёку. Художники за «хрустящую купюру» рисовали шаржи за десять минут или обещали написать ваш портрет маслом «почти как в эпоху Ренессанса».
И, конечно же, легендарные шоу-лохотроны.
На кону - автомобиль. И ведущий уже практически убедил тебя, что ключи сейчас окажутся именно в твоих руках.
Вот бедолага выходит на сцену под оглушительные аплодисменты. Через полчаса он становится счастливым обладателем новых чехлов для «Мерседеса», непромокаемых ковриков и какого-нибудь чудо-пылесоса (которые всучили ему , за его же деньги). Машину он, правда, не выигрывает. Но это мелочи. Главное, что коврики уже есть. Осталось дождаться самого «Мерседеса». Ведущий уверял, что судьба любит настойчивых.
Сегодня всё это исчезло.
Улетучился тот пьянящий дух свободы, авантюризма и лёгкого городского безумия. Всё стало правильным. Удобным. Безопасным. И каким-то пластиковым.
Продавщица больше не нарежет тебе хлеб и колбасу на бутерброды в супермаркете. Милиционер не стрельнёт сигаретку. Цыганка не попытается нагадать тебе счастливое и богатое будущее (теперь этим занимаются коучеры).
Ленин и Сталин больше не фотографируются с туристами у Кремля.
На Арбате не услышишь матерные частушки в исполнении укуренных музыкантов.
Шагая по аллеям Измайловского парка после концерта популярной рок-группы, уже не встретишь музыкантов (которых ты недавно видел на сцене) мирно пьющих пиво расположившихся на скамейке и спорящих о смысле жизни.
Москва стала красивее. Намного богаче. Удобнее.
Но иногда мне кажется, что вместе с грязными переходами, шумными рынками и вечным ощущением «сегодня может случиться что угодно» исчезла какая-то очень важная часть её души.
И, наверное, именно поэтому иногда хочется увидеть ту Москву, где экскурсоводом мог оказаться случайный выпивший философ, а Бельмондо сидеть в соседнем ряду в кинотеатре.
 А человек идущий навстречу, с ковриками для несуществующего «Мерседеса» , но с надеждой на будущее, был в тот момент самым счастливым человеком в Москве...