Воспоминания судоремонтника о службе и работе в си

 

    ПРЕДИСЛОВИЕ (К ЧИТАТЕЛЮ)
      
  Уважаемый читатель! Я никогда не принадлежал к разряду людей, относящих себя к пишущей братии. Бог явно обделил меня этим талантом. Поэтому, я  искренне восхищался удачными трудами на этом поприще своих друзей, однокашников и сослуживцев. Но сейчас, когда чуть ли не ежедневно узнаёшь об уходе из жизни многих из них, а также близких знакомых по причине свирепствовавшей пандемии кавида, невольно задумываешься о том, что останется в памяти выживших обо мне, в случае, если «костлявая с косой» придёт и за мной. Напряг извилины и вспомнил несколько, как мне кажется, ярких и неординарных моментов из своей службы и работы на предприятиях и в организациях Главного Управления СРЗ ВМФ. Подумал,что будет непростительно, если они уйдут вместе со мной в небытие. Пусть у соратников и знакомых останется хоть какой-то позитивный след о доблестных свершениях Вашего покорного слуги. Не претендуя на литературные лавры, решил положить некоторые из них «на бумагу». Итак, по порядку.
               
   Глава 1. НАЧАЛО БОЛЬШОГО ПУТИ. ОКОНЧАНИЕ ШКОЛЫ, ПОСТУПЛЕНИЕ И ОБУЧЕНИЕ В СЕВАСТОПОЛЬСКОМ ВЫСШЕМ ВОЕННО-МОРСКОМ ИНЖЕНЕРНОМ УЧИЛИЩЕ, СЛУЖБА В ЗАПАДНОЙ ЛИЦЕ НА АПЛ 671 "РТ" ПРОЕКТА, ОБУЧЕНИЕ В Г.ОБНИНСКЕ В УЧЕБНОМ ЦЕНТРЕ ВМФ.

 Окончив восьмилетнюю школу № 39 города Севастополя в 1968 году, перешёл в среднюю школу № 1, которую окончил в 1970 году с аттестатом без троек. Это очень хороший результат, учитывая то, что требования преподавателей этой школы были на порядок выше, чем в других школах города. Свидетельством этого, стал итог поступления выпускников нашего класса в высшие учебные заведения. Так, из 25-ти человек нашего класса в первый после выпуска год в институты и военные училища поступили 24-ре человека. Один, не прошёл по конкурсу в институт потому, что несвоевременно зачитался романами Александра Дюма. Передо мною стоял выбор: поступать в гражданский вуз, или в военное училище. Выбрал последнее. В пользу этого выбора скорее всего повлияли семейные традиции. Мой дед по линии матери инженер-полковник Балицкий  Яков Калистратович был военным строителем, участником обороны и освобождения города Севастополя в Великую Отечественную войну. Дед по линии отца подполковник воздушно-десантных войск Бредихин Сергей Михайлович также был участником Великой Отечественной войны, участвовал в освобождении Будапешта и Вены. Отец Бредихин Виталий Сергеевич окончил Черноморское Высшее Морское Училище имени П.С.Нахимова по специальности штурман, служил на кораблях ЧФ, в Керченско - Феодосийском гидрографическом районе, в разведке ЧФ и заканчивал службу в Севастопольском Высшем Военно-Морском Инженерном Училище, где прошёл должности командира роты, заместителя начальника строевого отдела, начальника отдела кадров, старшего преподавателя кафедры морской практики в звании капитана 1-го ранга.

     В 1970 году с оценками «отлично» сдал все вступительные экзамены в училище и был по своему желанию зачислен на специальный факультет, хотя из-за наличия на теле 3-х родинок большого размера, решение военно-врачебной комиссии это не рекомендовало из-за нежелательных последствий действия на них радиации. В процессе обучения в училище последовательно избавился от родинок путём хирургического вмешательства. По распределению попал во 2-ую из 4-ёх рот 1-го факультета (специальные энергетические установки, в простонародном обиходе нас именовали «китайцами» из-за большой численности) – 152-ую роту 1970-го года набора. По курсантской классификации : трижды проклятая, дважды краснознамённая рота. Принцип службы – сибирский : усеруся, но не покорюся. При распределении внутри роты, в основном по критерию роста, попал во 2-ой взвод, а в нём –  во 2-ое отделение.

     1-ый взвод (4-ый класс) – «Кишлак», орган печати «Голос баклана».

     2-ой взвод (5-ый класс) – «Колбасники», орган печати «Кэлбас таймс».

     Это название закрепилось за нашим взводом из-за любителей его представителей, что называлось, «похудеть». А выражалось это в следующем : после обеда в курсантской столовой, мы, как правило, заходили в училищный буфет и каждый заказывал себе грамм триста варёной колбасы, яйцо, стакан сметаны, банку сгущённого молока, солидный кусок бисквитного торта, кусок сливочного масла, пакет молока, хлеб и ещё кое что по желанию. Всегда пропускали без очереди ходившего в буфет заместителя начальника 1-го факультета инженер – капитана 2-го ранга Тур Владислава Георгиевича, который заказывал для себя 50 грамм колбасы, кусочек хлеба, кусочек сливочного масла и стакан чаю. При этом буфетчица с нескрываемой иронией спрашивала его : «Вам колбасу порезать?». Сидя за соседним столиком и исподволь наблюдая за нами как мы «худеем», мне думается, ему кусок в горло не лез.
 
     3-ий взвод (6-ой класс) – «Шнурки», орган печати «Мавританская правда».

     1-ое отделение 2-го взвода – «Склизкие».
     2-ое отделение 2-го взвода – «Шершавые».
     3-ье отделение 2-го взвода – «Суровые».

     Мои «отцы – командиры» за время обучения :
 
     Начальники СВВМИУ : до 1972 года участник Великой Отечественной войны,командир электро-механической боевой части подводной лодки на Балтике, профессор, кандидат технических наук инженер – вице-адмирал Крастелёв Михаил Андроникович, с 1972 года участник Великой Отечественной войны инженер  - контр-адмирал Саркисов Ашот Аракелович. Уволился со службы в запас с должности Заместителя Главнокомандующего ВМФ по науке и технике – Начальника научно – технического комитета ВМФ в звании вице – адмирала. Академик Российской Академии Наук, доктор.

     Начальники 1-го факультета : инженер-капитан 1-го ранга Борисоглебский Вениамин Петрович, затем инженер капитан 1-го ранга Гармасар.
               
     Командир 152-ой  роты : инженер - капитан-лейтенант Ткаченко Владимир Павлович, на нашем 3-ем курсе ему присвоили воинское звание инженер – капитан 3-го ранга. Окончил службу в училище в звании капитана 2-го ранга на должности заместителя начальника учебного отдела.

     Владимир Павлович грамотный, уставной, исполнительный офицер, в отличие от некоторых его коллег, которые из-за бессилия что-либо изменить в своих ротах в вопросах воинской дисциплины, как правило, пустили это серьёзное направление службы на самотёк и лишь констатировали многочисленные нарушения, он с первых дней начал устанавливать в роте уставной порядок и дисциплину. Это положительно сказалось на его имидже и показателях роты во всех областях. Рота заслуженно числилась в передовых на курсе, а иногда и на факультете. Он не чурался проявлять отеческую заботу о своих подопечных, за что пользовался заслуженным авторитетом большинства курсантов роты. С подачи же оставшейся недовольной его требовательностью части личного состава роты, он получил закрепившуюся за ним на всё время нашего обучения обидную оскорбительную короткую кличку. Практически каждый из наших начальников – офицеров имел в курсантском обиходе свою кличку. Это было, что называется, в порядке вещей. Самое интересное, что благодаря информации отдельных курсантских моральных уродов - «стукачей», она стала ему известна. Он воспринимал это явление как неизбежное, но, как человек не без чувства юмора, в отдельных эпизодах взаимоотношений этим даже бравировал, чем окончательно обескураживал своих недоброжелателей. Вот несколько примеров его юмарин :

   1.  С 3-го курса по соображениям секретности всех курсантов переводили в режимные помещения отдельного корпуса, так называемый, «режим». Мы уже на 5-ом курсе, поэтому, можем себе позволить многое, в том числе и ежедневные самовольные отлучки в город. Единственное незначительное препятствие для этого – не столкнуться в следующем в город катере нос к носу с командиром роты. Из-за этого, сидим в своём классе на «режиме» и ждём сообщения от дневального по роте об убытии домой командира роты, чтобы убыть в город на следующем катере. Он уходит из своего кабинета, расположенного в ротном помещении.  Говорит стоящему на тумбочке дневальному : «Алексеев, я ушёл». Тот прикладывает руку к фуражке и командует : «Смирно». Командир : «Вольно». Алексеев, дабы выждать необходимое время, раздевается до трусов, идет по нужде в туалет. Выйдя из него, надевает поверх трусов ремень с ножом и начинает звонить на «режим». Трубку на 1-ом этаже берёт третьекурсник - рассыльный дежурного по «режиму». Ему следует указание : «Сходи на 3-ий этаж в 505-ый класс и передай, что (кличка командира роты) ушёл». Тот, незнакомый с нею, ничего не понимает и начинает что-то бубнить. Алексеев снова повторяет команду. Рассыльный опять, что называется, «не въезжает». Тогда Алексеев переходит на крик и  ненормативную лексику в адрес непонятливого : «………………  , сходи в 505-ый класс и передай, что (кличка командира) ушёл». В это время, командир роты, видимо что-то забывший в своём кабинете, поднимаясь по пролёту трапа и прекрасно слышавший эти крики, открывает дверь ротного помещения и спокойным тоном заявляет : «Алексеев, я ещё не ушёл». После чего, заходит в кабинет. Далее, немая сцена полуголого Алексеева с ремнём и ножом на поясе и отвисшей челюстью.

    2. На 4-ом курсе курсант Беркут (чуть ранее Мандюк) Мирослав Юлианович, будучи в самовольной отлучке в городе, попал в комендатуру. Он, по понятной причине, наконец таки решил поменять фамилию. Правда его родители были категорически против этого и продолжали писать ему письма на прежнюю. Вступительное слово командира роты на комсомольском собрании по случаю разбора «полётов» : «Товарищи курсанты! Курсант Мандюк принёс очередную шапку дерьма на нашу роту. Прошу дать справедливую комсомольскую оценку его поступку». Возражение разбираемого : «Товарищ командир! Я не Мандюк, я Беркут». Командир выждал, и взяв многозначительную паузу, произнёс : «Хоть Вы и Беркут, но всё равно Мандюк».

    3. На 2-м курсе после обеда рота  построена на верхнем плацу в форме каре. Происходит очередной разбор «полётов». Командир роты : «Товарищи курсанты! Сегодня я проверял ротное помещение на предмет готовности к предстоящему строевому смотру. Проверил тумбочки, там только тигры не сношались. А в тумбочке у Парсаданова, вообще оказалась голая баба. Пришлось мне её отодрать». Смех в курсантском строю. Командир быстро нашёлся и невозмутимо продолжил : « За неудовлетворительную подготовку к смотру объявляю курсанту Парсаданову два наряда вне очереди». Озадаченный Парсаданов решил, что терять ему больше нечего и съязвил : «Товарищ командир! Вы то хоть удовольствие получили, а я то за что страдать должен?». В ответ : «Три наряда вне очереди». Вообще, надо заметить, что командир роты, мягко говоря, недолюбливал Андрея. По его разумению, было за что. Его раздражал один только внешний облик сугубо цивильного Андрея : вечно висящий ниже выпяченного животика поясной ремень, ступни ног с раствором носков во внутрь. Пребывая в состоянии постоянной сексуальной озабоченности, он оценивающим взглядом своих тёмных близко посаженных глаз сопровождал любую из женщин, попавших в его поле зрения, независимо от возраста, и буквально раздевал их взглядом. На 1-ом курсе ему удалось уговорить всех курсантов взвода, кроме севастопольцев, подстричься налысо, после чего, он со своей изуродованной большим шрамом головой, получил кличку «Жолудь». 

     Заместитель командира 152-ой роты (из курсантов старших курсов) : главный корабельный старшина Филинович Анатолий.

     Старшина 152-ой роты (из курсантов старших курсов) : главный старшина
Атаулаев Валерий.

     Командиры 2-го взвода : начиная с 3-го курса (из курсантов старших курсов) 
главный старшина Коротков Владимир ;
     с 1-го по 5-ый курсы, он же и старшина 5-го класса (из поступивших с нами в училище из СА и ВМФ)-старшина 2-ой статьи, затем главный старшина Новиков Вячеслав.
 
     Командиры 2-го отделения : начиная с 3-го курса (из курсантов старших курсов)-старшина 1-ой статьи Зиновьев Анатолий ;
     на 1-ом курсе (из поступивших с нами в училище из СА и ВМФ)-старший матрос Грибков Лев;
     со 2-го курса - старшина 2-ой статьи Чёрный Виктор.
 
     После прохождения курса молодого бойца принял воинскую присягу.

     Учёба на 1-ом курсе – БЕЗ ВИНЫ ВИНОВАТЫЕ. Корабельная практика на крейсере ЧФ «ОС-24» (в прошлом - "Ворошилов") и в полку морской пехоты в бухте Казачьей.

     Учёба на 2-ом курсе – ПРИКАЗАНО ВЫЖИТЬ. Корабельная практика на Северном флоте в посёлке Видяево на дизельной подводной лодке проекта 633.

     Учёба на 3-ем курсе – ВЕСЁЛЫЕ РЕБЯТА. Практика на Ленинградском Адмиралтейском Объединении в специальном цехе по строительству многоцелевых атомных подводных лодок.

     Учёба на 4-ом курсе – ЖЕНИХИ И НЕВЕСТЫ. Корабельная практика на Северном флоте в посёлке Гаджиево на атомной подводной лодке с баллистическими ракетами проекта 667 «Б».

     Учёба на 5-ом курсе – ОТЦЫ И ДЕТИ. Корабельная практика на Тихоокеанском флоте в посёлке Рыбачий на атомной подводной лодке с баллистическими ракетами  проекта 658.

     Неплохо играя в шахматы, вместе со своим лучшим другом Чесалиным Владимиром, чтобы иметь возможность лишний раз уволиться в город, с 1-го по 5-ый курсы был неизменным участником матчей на 100 досках между Севастопольским ВВМИУ и Черноморским ВМУ имени П.С.Нахимова. К своей чести должен заметить, что ни разу не проиграл, а больше выигрывал. А после матча на 3-ем курсе неожиданно для себя даже был сфотографирован за шахматной доской и попал в городскую газету «Слава Севастополя». В театрализованных представлениях на курсантских свадьбах исполнял роли пирата или русалочки.
 
     В 1973 году избран членом комитета ВЛКСМ 1-го факультета.

     В мае 1974 года принят кандидатом в члены КПСС.

     В мае 1975 года принят в члены КПСС.

     В июне 1975 года с оценкой «отлично» защитил диплом и по результатам обучения в училище, несмотря на сложные за всё это время взаимоотношения моих родителей, получил «красный» дипломом.

     Приказом Министра Обороны СССР № 0527 от 24-го июня 1975 года произведён в офицеры с получением погон, кортика и присвоением воинского звания «инженер – лейтенант». Это самый большой в истории училища 22-ой выпуск офицеров инженер – механиков для прохождения службы на подводных лодках (398-мь человек).

     СЛУЖБА В ЗАПАДНОЙ ЛИЦЕ

     В начале августа 1975 года вместе с выпускником  училища Саркисовым Аркадием Ашотовичем убыли к месту прохождения воинской службы в посёлок Западная Лица согласно  назначению приказом Главнокомандующего ВМФ на должности командиров групп вновь формируемого экипажа атомной подводной лодки проекта 671 «РТ» (войсковая часть 95151). Командир – капитан 2-го ранга Лащенков Илья Васильевич, старший помощник – капитан 3-го ранга Зенков,                командир электромеханической боевой части  – капитан 2-го ранга – инженер Жизневский Владимир Доминикович . По прибытии разместились в холостяцком общежитии. Всего в экипаж по распределению было назначено 13-ть молодых лейтенантов. На лодке, которую держал её 1-ый экипаж, командиром  1-го дивизиона (движения) электромеханической боевой части выпускником ВМИОЛУ имени Дзержинского капитаном 3-го ранга - инженером Хакимзяновым Владимиром Рахимовичем были распределены в дивизионе по конкретным должностям. В основу распределения были положены результаты обучения в училищах прибывших молодых лейтенантов :

    1. Командиром 1-ой группы дистанционного управления (кгду-1) был назначен золотой медалист СВВМИУ лейтенант – инженер Саркисов Аркадий. Без  отсека и подчинённого личного состава;

    2. Командиром 2-ой группы дистанционного управления (кгду-2) был назначен дипломник с отличием ВМИОЛУ имени Дзержинского лейтенант-инженер Маслов Сергей, также без отсека и подчинённого личного состава;

    3. Командиром 3-ей группы дистанционного управления (кгду-3) был назначен дипломник с отличием СВВМИУ лейтенант – инженер Бредихин С.В. Он же командир 4-го реакторного отсека с подчинённым личным составом группы спецтрюмных;

    4. Командиром 4-ой группы дистанционного управления (кгду-4) был назначен дипломник с отличием ВМИОЛУ имени Дзержинского лейтенант – инженер Еделькин Сергей . Он же командир 7-го жилого отсека с подчинённым личным составом отсека;

    5. Командиром 5-ой группы дистанционного управления (кгду-5) был назначен выпускник СВВМИУ лейтенант – инженер Мозгунов. Он же командир 5-го турбинного отсека с подчинённым личным составом турбинной группы;

    6. Командиром 6-ой группы дистанционного управления (кгду-6) был назначен выпускник СВВМИУ лейтенант – инженер Трошин Юрий. Он же командир 8-го вспомогательных механизмов отсека с подчинённым личным составом;

    7. Командиром группы контрольно-измерительных приборов и автоматики (КИП иА) был назначен золотой медалист ВМИОЛУ имени Дзержинского лейтенант – инженер Астапов с подчинённым личным составом;

    8. Инженером группы контрольно-измерительных приборов и автоматики (КИП иА) был назначен лейтенант – инженер Васильев Владимир.

     Во 2-ой дивизион, возглавляемый капитаном 3-го ранга - инженером Даниловым Владимиром, командиром 6-го электротехнического отсека был назначен выпускник ВМИОЛУ имени Дзержинского лейтенант – инженер Гудин Юрий с подчинённым личным составом электротехнической группы.
 
     В 3-ий дивизион, возглавляемый капитаном 3-го ранга - инженером Иванюсь Владимиром, командиром группы трюмных был назначен выпускник СВВМИУ лейтенант- инженер Юрьев Валерий.

     Командиром электро - навигационной группы в штурманскую боевую часть был назначен выпускник ВВМУ имени Фрунзе лейтенант Смелков Александр.

     Начальником химической службы был назначен выпускник КВМУ лейтенант химической службы Игнатов Александр.

     Начальником медицинской службы был назначен выпускник Горьковского медицинского института лейтенант медицинской службы Гаркуша.
                .
       С этого момента у нас началась настоящая корабельная служба со  сдачей зачётов на самостоятельное управление должностью и несением нарядов. После подъёма флага и до обеда изучение материальной части, после обеда – то же, после ужина, как правило – то же. Командир после подъёма флага, как правило, убывал в посёлок. Посещал там любимую женщину, обедал и отдыхал после обеда дома и после ужина появлялся на корабле. На вечернем построении старший помощник командира докладывал : «Товарищ командир! Суточный план выполнен. Прошу «добро» на сход личного состава на берег». Тот переспрашивал : « Куда?». На ответ : «В посёлок». Отрезал : «Я там целый день был, там нечего делать. В прочный корпус». Так продолжалось до сдачи вновь назначенными лейтенантами зачётов на самостоятельное управление должностями. Немногочисленными отвлечениями от этого монотонного распорядка дня были следующие моменты :

    1. Где – то за месяц до Дня Великой Октябрьской социалистической революции нас молодых лейтенантов привлекли к участию в тренировках хора для дачи в Доме офицеров праздничного концерта. Построили  и дали команду : «На 1-ый и 2-ой рассчитайсь!». После чего : «Первые поют 1-ым голосом, вторые – 2-ым». Эти тренировки несколько скрашивали наши будни, тем более, что после них у нас появлялась возможность поиграть в общежитии в преферанс. По окончании тренировок мы окончательно спелись и, стоящие по форме раз (все в белом) на возвышающихся в 4-ре ряда скамейках сцены, исполнили на «бис» целых четыре песни. Тогда я понял, что для офицера флота ничего невозможного нет, он может всё.

    2. Игры в преферанс со ставкой 10-ть копеек за вист под «горячительное» - румынское вино, которое мы окрестили как «Три дурака» из-за наклейки на этикетке с изображением 3-х усатых мужиков, продолжались чуть ли не до утра. Здесь каждый мог выиграть или проиграть серьёзные деньги. Запомнилась одна пулька, когда «азартный Парамоша» - Аркадий Саркисов решил рискнуть и объявил мизер, находясь под 3-мя «бомбами». Прикуп оказался явно не в «жилу». От сноса 2-ой карты ( дама или 8-ка в разных мастях) зависел исход : или грудь в крестах или голова в кустах. Двое участников говорили, что он снёс даму и оставил 8-ку. Я предложил «поденькать» и, зная его авантюрный характер, настоял на  том, что он снёс 8-ку и оставил даму. И оказался прав. Отобрав свои две взятки, вкатили ему «паровоз из 8-ми вагонов».

    3. Посещение местного ресторана также позволяло развеяться душой и телом. Особенно это удавалось, когда во время его посещения объявлялась штормовая готовность «ветер раз» и офицеры и мичмана «держащие» корабли убывали на них, оставляя своих жён. Запомнился также случай, когда явно не бедное лицо кавказской национальности в одно из посещений бесконечно заказывало вокально-инструментальному ансамблю исполнение песни «Сулико». Придя в очередной раз и увидев этого чудака, мы достали из карманов и кошельков все имевшиеся в них купюры номиналом 3-ри и 5-ть рублей и положили их в стопку на край стола. Наша приличная по тем временам получка в размере 324-ре рубля с учётом «морских», позволяла «покуралесить» даже в соревновании с этим денежным мешком. Не дожидаясь окончания очередной песни, брали со стола купюру, плевали на неё, клеили на барабан и заказывали одну из песен по месту рождения членов нашего экипажа : «Москва златоглавая», «Подмосковные вечера», «Вечерняя песня. Слушай Ленинград», «Севастопольский вальс», «Легендарный Севастополь». После чего, этот чудак ретировался и был вынужден покинуть кабак.

    4. При проведении стрельб в тире из личного оружия офицеров -  пистолетов Макарова, у Аркадия Саркисова произошла осечка, он повернулся на 180 градусов в сторону обеспечивающего стрельбу старшего помощника командира капитана 3-го ранга Зенкова и нажал на спусковой крючок. Пуля пролетела над головой последнего. После этого случая старпом запретил выдавать Аркадию оружие и дал указание ставить его в наряды, не связанные с оружием;

    5. Много времени и моральных усилий заняла у нас борьба с тылом 1-ой флотилии за выплату  положенных нам по всем приказам  подъёмных денег. Нашему экипажу предстояло пройти по так называемому «малому кругу» : база – Учебный Центр ВМФ в Обнинске – база. Финансисты тыла по приказу получали по итогам года несколько окладов за экономию денежных средств, поэтому чинили нам в этом всяческие препятствия. В качестве оснований отказа выдумали невероятное : а что, если после обучения в центре вашу дивизию переведут к новому месту базирования. Там и получите подъёмные. Ситуация не разрешилась даже после нашего обращения в редакцию газеты «Красная звезда». Только тогда, мы стали понимать смысл лозунга «У нас есть тыл, и наш тыл крепок», мимо которого мы ежедневно следовали на корабль. В положительном решении вопроса помогли родственные связи прибывшего в экипаж одновременно с нами командира группы электриков 2-го электро – технического дивизиона лейтенанта – инженера Гудина Юрия. Его отец в звании генерал – майора возглавлял одну из финансовых служб в Москве. Только после получения оттуда письменного указания местные финансисты соизволили выплатить нам положенное денежное довольствие.

    6. Восхищало нетрадиционное прохождение службы лейтенантом – инженером Юрием Трошиным. Он, похоже, служил по собственному распорядку, который заключался в следующем : с утра выпивал бутылку – это у него называлось «поправиться», после обеда – 2-ую – это называлось «улучшиться» и после ужина – 3-ью – это называлось «зарядиться». Его лексикон пестрил всяческими присказками. Например : "кило чайной", "коротка кольчужка", "соскочил" - это означало избежал наказания.

     ОБУЧЕНИЕ В УЧЕБНОМ ЦЕНТРЕ ВМФ В ГОРОДЕ ОБНИНСК

     Перед убытием на обучение в Обнинск по совету «бывалых» отправили туда посылками по почте свою гражданскую одежду. По прибытии поезда в Москву переехали в Тушино. Здесь, с целью сохранения требований режима, у нас изъяли флотскую форму, а взамен выдали армейскую с петлицами КГБ, причём бывшую в употреблении. Это вызвало лёгкое потрясение. Но, самое интересное заключалось в том, что нам оставили наши чёрные флотские ботинки, не заменив из на коричневые армейские. Позже мы узнали, что это обстоятельство у обнинских барышень было признаком распознавания подводников от постоянного состава учебного центра. Расселили нас в холостяцком общежитии, где проживали и остальные прибывшие на обучение экипажи. Учитывая то, что мы прибыли в воскресенье, знакомые из этих экипажей предложили нам посетить один из двух имеющихся в наличии в Обнинске ресторанов, с закрепившимся за ним названием «Столбы» из-за установленных при входе в него массивных колон. Наши возражения о не совсем подобающем для этого мероприятия виде, тут же были отметены. Нам пояснили, что это неверное суждение и на самом деле всё как раз наоборот. Армейская форма с чёрными флотскими ботинками очень привлекает местных барышень. Этим же вечером многие из нас смогли в этом на личном опыте убедиться. Также, как и чуть позже в ресторане гостиницы «Юбилейная». Общаясь там с представительницами слабого пола, мы с первых дней смогли убедиться в эффективности работы так называемого «сарафанного радио». Поразительно, но местные дамы от предыдущих экипажей знали о каждом из нас всю подноготную. Женат, холост, должность, возраст, вредные привычки и тому подобное. Через непродолжительное время и мы о них знали многое. Но, интересовало нас всех только одно : как далеко от ресторана живёт та или иная дама и стоит ли её в этой связи после окончания посещения ресторана провожать.
 
     С начала недели у нас начался учебный процесс. Обучение было организовано по циклам. Преподаватели из числа постоянного состава учебного центра передавали нам свои знания на лекциях и практических занятиях на пультах и тренажёрах в течение 5-ти рабочих дней недели. После окончания занятий до 20-ти часов ежедневно было определено время на самоподготовку. По субботам до обеда был день организационных мероприятий. По воскресеньям – выходные дни. С 1-го мая обучение продолжилось уже с прибывшим в экипаж из учебного отряда города Северодвинска мичманским и старшинским составом. Также прибыл из Западной Лицы на обучение родственный экипаж проекта 671 «РТМ».

     Напряжение от учёбы в течение недели мы снимали посещением после самоподготовки местных ресторанов. Это, как правило, происходило четыре раза в неделю, когда там играл вокально- инструментальный ансамбль. На выходные на электричке ездили в Москву. Там особой популярностью у нас пользовались рестораны «Прага» и «Узбекистан». Часто зависали в общежитиях студенток московских ВУЗов. Холостые лейтенанты могли многое себе позволить, так как это укладывалось в выплачиваемое денежное довольствие. А учитывая то, что наша командировка по сроку не превышала одного года, нам даже продолжали платить «полярную» надбавку. Разовое посещение ресторана в Обнинске с салатом, так называемым «горячим блюдом», выпивкой и кофе обходилось в 5-ть рублей. В московских ресторанах, конечно, дороже. В ресторанах Обнинска поражало наличие огромного в своей массе количества красивых молодых женщин свободных нравов, которые в отличие от севастопольских при завязывании с ними отношений, даже не помышляли о браке. Объясняли для себя этот факт тем, что, видимо, это дочери высланных в своё время из Москвы за 101 километр женщин с низкой социальной ответственностью. Запомнился случай, когда из 1-го увольнения не вернулся подчинённый лейтенанта – инженера Мозгунова мичман. 9-го мая на докладе на утреннем построении в центре наш командир капитан 2-го ранга Лащенков И.В. взял грех на душу и скрыл факт не прибытия из увольнения мичмана. После чего, собрал наиболее любвеобильных молодых лейтенантов – завсегдатаев ресторанов и вернувшегося из увольнения товарища пропавшего. Выяснили одеяние девушки, с которой он покинул ресторан. Этого оказалось достаточно, чтобы определить предположительный адрес, по которому следует разыскивать пропавшего. Прибыв по нему в рядом располагавшуюся деревню Жуково, вытащили из постели барышни ещё  не протрезвевшего мичмана. После этого, ещё долго в экипаже напевали слова из известной песни : «у деревни Жукова погибает взвод». Для ознакомления посещали город Малоярославец, а также музей Циолковского в Калуге.