Болеть тобой N9. 4

Марина открыла колу, жадно глотнула.

— Ну и жара, — прошептала.

Купальник купила специально для поездки — ярко-красный, с открытой спиной. В Москве постеснялась бы надеть — казалось слишком откровенным. Но здесь, среди пальм и синего неба, всё было по-другому.

Мини-автобус довёз до пляжа. Марина вышла и замерла.

Море — до горизонта, прозрачное, бирюзовое, с тёмными пятнами кораллов. У берега плавали разноцветные рыбки.

Спустилась по лестнице с понтона. Предупреждали: с берега заходить нельзя — кораллы острые как бритва. Вода — как увеличительное стекло: каждый камешек на дне виден. В море зашла как в тёплую ванну — сначала не верилось, потом привыкла и не захотела вылезать.

Поплыла.

Сначала медленно, потом смелее. Рыбки шарахались в стороны, солнце слепило. Марина засмеялась — впервые за долгое время.

Она не заметила, как её стало сносить.

Сначала чуть-чуть. Потом сильнее.

Подняла голову. Понтон далеко. Слишком. Начала грести обратно, но течение оказалось сильнее. Она запаниковала, забила руками, но её относило всё дальше к берегу — туда, где под водой на дне поджидали острые кораллы.

— Help! — крикнула.

Тихо. Почти шёпотом.

— Help! — громче.

Сердце колотилось где-то в горле. Вокруг — никого. Только солнце, море и нарастающий ужас.

— Help me!

Вдалеке показались две головы — мужчина и женщина. Мужчина обернулся, что-то крикнул и поплыл к ней. С понтона уже прыгал спасатель.

Сильные руки подхватили под мышки. Она закашлялась, выплёвывая воду.

— Всё хорошо, всё хорошо, — говорил спасатель с акцентом. — Я держу.

На берегу она сидела на песке, замотанная в полотенце, и её трясло. Рядом стояли женщина и мужчина, её спасатели. Женщина что-то говорила по-немецки, но Марина не понимала. Смотрела на море, которое только что едва её не убило, и не могла вымолвить ни слова.

***