Желанная неизбежность. Часть 6. Глава 1

Часть 6

Кирилл. 20—21 декабря. Мир Мийя.

Глава 1

Я лежал в траве лицом вверх, раскинув руки в стороны. Кристальная синева неба приятно успокаивала мой, устремлённый ввысь, взгляд. Маленькая птичка, быстро махая крылышками, зависла высоко в небе. Что-то неестественное было в этой идиллии. Я вдруг осознал — тишина. Полная тишина. Не было даже звона в ушах. Я вспомнил свой недавний сон. Именно такая тишина окружала меня в васильковом поле. Я провёл рукой по траве. Приятный бархат травинок не оставил на моей руке и следа. Я смял лист в пальцах. Мягкий длинный листочек немедленно принял первоначальную форму, как только я разжал пальцы — не сломался, не выделил сок. Приподняв голову, я увидел зелёное травяное море без намёка на неровности. Вправо, влево — до бесконечности. Изумрудные волны завораживающе катились от горизонта к горизонту, повинуясь лёгкому дуновению немого ветра. В зените ярко светило Солнце. Но вместо жары — блаженная, бережно овевающая прохлада. Ощущение небывалой свободы овладело мной, даже несмотря на болевшее плечо. Я встал в полный рост, что далось мне с удивительной лёгкостью.

Внезапно непонятное ощущение дискомфорта надавило на мой слух. Через мгновения я понял — монотонное жужжание невидимого жука с нарастающей силой нарушало монолитную тишину окружающего мира. Что-то приближалось ко мне, но на фоне светло-голубой бескрайней дали я не мог ничего разглядеть и понять направление этого раздражающего звука. От неопределённости я начал нервозно поворачиваться, пытаясь найти виновника беспокойства. И вот он нашёлся — что-то серебристое, почти сливающееся с небом, двигалось невысоко над травяным морем прямо ко мне, постепенно увеличиваясь в размерах. Через несколько секунд стало понятно, что это объект эллипсоидной формы с матово-серебристой поверхностью, похожий на большую каплю ртути.

Метрах в пятидесяти капля начала вытягиваться и превратилось в нечто похожее на контур перевёрнутой лодки. Щекочущее слух жужжание прекратилось и вверх откинулся сектор этого аппарата, обнажив внутренности и рассекретив своё предназначение. Каплеобразная конструкция оказалась не чем иным, как средством передвижения. Этаким летающим автомобилем. И форму она не меняла, просто повернулась ко мне боком. Из салона (как это ещё можно назвать?) на землю спрыгнули два парня в серых костюмах из уже знакомого мне материала. Их рафинированная внешность показалась пугающей. Мне стало не по себе. Оба были выше среднего роста. Не знаю, случайно так совпало или нет, но оба — синеглазые блондины. Их слегка бледные лица были похожи — сразу вспомнились фильмы антиутопии с бездушными жестокими биороботами с обманчивой красотой внешности. Меня пробрала лёгкая дрожь.
«Нет, синий цвет глаз мужикам не идёт», — мысленно выдал я заключение и поёжился.

Парни шли в мою сторону, переговариваясь, но я абсолютно не слышал голосов. Как два легкоатлета с патриотического плаката, остановились они возле меня. Один что-то безмолвно сказав мне, протянул предмет. Прохладный металлический диск с мягкой выпуклостью с одной стороны был очень лёгким, почти невесомым. Юноша (ну, по крайней мере, выглядели они именно как юноши) поднёс ладонь к уху, показав мне, что нужно делать с этой штуковиной. Я сразу понял, что держу в руках слуховое устройство. Осторожно поднеся диск вплотную к уху, я ощутил, как мягкая выпуклость, подобно моллюску, проникла мне в ушную раковину и плотно засела там. От неожиданности я попытался оторвать диск от уха, но не тут-то было. Предвидя моё паническое состояние, парень интенсивно затряс головой, давая понять — не нужно так пугаться. Он слегка сжал диск с рёбер, и моллюск послушно покинул моё ухо. Я расслабился и улыбнулся ему, уже самостоятельно приложив диск обратно. Только слышать я всё равно ничего не слышал и ощущал себя папуасом, которому белые люди дали поиграться с фонариком. Одобрительно кивнув, парень нажал в центр диска и… мир наполнился звуками. Я чуть не вскрикнул от неожиданности, как глухой с детства, внезапно обретший слух. Слабый шум ветра, мягкий шелест травы, звенящее стрекотание каких-то насекомых. И… знакомое земное журчание жаворонка, который так и висел до сих пор надо мной в небе.

— Кирилл, тебе следует идти с нами. — Я обернулся на голос моего оппонента, который только что давал мне ликбез по пользованию слуховым устройством. — Только не стоит сопротивляться. Поверь, мы не причиним тебе вреда.

— Да я и не сопротивляюсь, — ответил я и отряхнул джинсы, хотя отряхивать там было нечего — трава не оставила на штанах совершенно никаких следов.

«А слова не совпадают с движением губ», — подметил я, и мгновенно догадался, что диск — ещё и синхронный переводчик.

Значит, такой как я здесь не редкость. И эти ребята просто шныряют по округе и собирают таких вот — нырнувших.

Как огненный шар, полыхнули в памяти недавние события: «Яся! Как же я отвлёкся на всё это непривычное окружение и забыл про тебя? Уж эти типы знают, где ты и что с тобой».

— Где Яся!? — спросил я, сделав сурово решительное лицо, надеясь добиться ответа.

— Иди за нами, Кирилл. Это в твоих интересах. Мы не можем ответить на твой вопрос. Но тебе вскоре всё станет известно.

Они повернулись ко мне спиной и, нисколько не интересуясь, пошёл я за ними или нет, направились к летательному аппарату. Мне ничего не оставалось делать, как пойти вслед, стараясь не оставить в густой траве свои домашние тапочки.
В салоне флаера, как привычно для себя назвал я этот летающий агрегат, было просторно. Что-то похожее на бесформенные продолговатые матрасы располагалось слева и справа от двери. Парни остановились, пропуская меня вперёд. Я ухнул в мешковатый матрас и… невообразимое удобство ощутила моя пятая точка. Матрас ожил, подстраивался под моё тело, угадывал все мои ямки и выпуклости. Через четверть минуты я будто парил сидя, мои руки подпирали удобные подлокотники, невесть как сформировавшиеся из тела матраса. Двое парней сели напротив. Двери бесшумно опустились, плотно, без малейшего зазора прикрыв салон от внешнего мира. Мы оказались внутри пузыря с идеальным круговым обзором. И даже пол, мгновение назад бывший чёрным, стал прозрачным. Флаер, плавно развернувшись, медленно поплыл над самой поверхностью травяного океана, унося меня от места моего появления в этом мире в сторону неизвестности.

Довольно долго мы бороздили зелёные просторы и мне уже начало казаться, что это поле никогда не кончится. Но вот вдали, на самой кромке горизонта, показалась белая полоса, колыхающаяся в мареве теплого воздуха.

— Вы были готовы к встрече со мной, — пытаясь немного прояснить ситуацию, начал я разговор. — Видимо, таких как я много.

— Ты один такой, Кирилл. Нырнувших много, а ты один, — непонятно, что имея в виду, ответил мой учитель.

— И чем же я уникален? — спросил я с неподдельным любопытством.

— Видишь ли, Кирилл, — парень наклонился ко мне, — ты, можно сказать, ошибка нашего…

— Ниел! — резко оборвал его второй.

— Извини… — то ли у меня, то ли у коллеги попросил прощения, теперь уже невзначай представленный мне Ниел.

Я понял, что больше мне ничего интересного не скажут, по крайней мере пока.

— А Вас… тебя как величать? — спросил я у второго, просто, чтобы поддержать разговор.

— Илар, — слегка подняв голову и посмотрев на меня сверху вниз, представился оппонент.

Его манера разговора показалась мне немного надменной.

— Не пойми нас неправильно, Кирилл. Мы — Осматривающие, не в своей воле рассказывать тебе всё желаемое. Ты всё узнаешь. Скоро.

Илар умолк, и это означало, что разговор окончен. Я досадно вздохнул, но скучать мне долго не пришлось. Я вдруг заметил, что флаер поднялся немного выше, а ландшафт начал меняться. Теперь мы летели над полем из огромных красных цветов. Скорее, это было не поле, а широкая полоса, которая вдали менялась на полосу невысокого кустарника, усыпанного большими жёлтыми плодами. Белая каёмка на горизонте теперь превратилась в отчётливые очертания города. Невысокие строения были все без исключения белого цвета, правда разных оттенков. Дома светло-кремового, чуть серого, ослепительно снежного цвета. Многие из них утопали в кронах деревьев, отчего город был похож на опустившееся в лес облако. Город оказался небольшим и даже с невысоко летевшего флаера осматривался весь. Посреди возвышалась белая башня, расширяющаяся на вершине, наподобие бокала для мартини.
Флаер поднялся ещё выше и полетел над обширной площадкой, заполненной вращающимися винтами. Только эти, скорее всего, ветрогенераторы, располагались как-то неправильно — параллельно земле. Их огромные, медленно вращающиеся лопасти были заключены в кольца, от которых к поверхности отходили опорные колонны. Гадать о принципе работы диковинных ветряков мне не хотелось, и я переключился на панораму города, который плавно надвигался под днище флаера.
Городские здания медленно плыли под ногами — разные: ослепительно белые, мягкие матовые, отполированные до зеркального блеска — где безупречно отражались соседние дома и шевелюры деревьев. Все постройки были невысокие и без видимых окон. По дорогам улиц, как клопики, размеренно двигались немногочисленные точки машин. Некоторые летели невысоко от земли.

У меня приятно захватило дух, когда флаер начал быстрое, но плавное снижение к строению в виде огромного, лежащего на земле, бублика, с раскинувшимся в центре садом пышно цветущих деревьев. Кольцо этого бублика с двух сторон примыкало к высокому белому параллелепипеду, отчего здание становилось похожим на лежащий перстень. Флаер мягко опустился на площадке, подле небольшого моста, перекинутого через канал, заполненный водой вровень с краем. Нас ожидал мужчина, выглядевший гораздо старше подобравших меня парней. Чёрные, коротко стриженные волосы, аккуратная борода и всё те же синие глаза. Одет он был немного иначе — поверх такого же серого костюма длинный серый плащ с отворотом ярко синего цвета. Сразу было видно, что ранг этого гражданина много выше.

«Униформа нигде не даст спутать солдата с генералом», — подметил я про себя и решил величать его «Генералом».

Лёгким кивком головы юноши приветствовали встречающего.

— Прошу, Кирилл, пройдем за мной, — жестом руки пригласил он меня.

Его голос был насколько мягок, настолько и серьёзен и сразу выдавал человека опытного, не раз встречавшего таких вот, как я — пришельцев.

— Меня кто-нибудь ни будь здесь не знает? — решил пошутить я, но шутка моя улетела в никуда.

Генерал быстрым шагом пошёл впереди, и я еле успевал за ним. Юноши же остались у флаера. Мы перешли через небольшой прозрачный мост над кристально чистой водой канала, где весело резвились бронзовые рыбки.

— Я не скажу, что мы рады видеть тебя у нас, но в сложившейся ситуации ты не виноват, — не поворачивая головы, говорил генерал. — Поэтому примем тебя как гостя. Но ответить тебе, всё-таки, придётся.

— Ответить? За что? — возмущённо воскликнул я, по-моему, даже чересчур эмоционально.

— Не переживай, тебе это никак не навредит. А вот Забирающей агенту одиннадцать три неприятностей не избежать. Я об этом искренне сожалею.

— Какой ещё Забирающей!? Ясе? — Но мой вопрос остался без ответа.

Мы подошли к мыльно-мутной стене бублика. Справа вспыхнул неярким неоновым светом синий кружок, к которому Генерал приложил запястье. Плавно скользнувшая вверх дверь открыла проём внутрь помещения. Тем же жестом руки он пригласил меня внутрь, на этот раз пропустив вперёд. Пройдя по широкому, ярко освещённому коридору со сплошными матово-молочными стенами, Генерал остановил меня возле двери, на наличие которой указывал только небольшой, засветившийся при нашем приближении, синий квадрат на уровне пояса. Взмах руки Генерала — и проём в комнату открыт. Я уже стал привыкать к невидимости здешних входов. Скорее всего, мы миновали их не один, пока шли вдоль. Привычным жестом Генерал пригласил меня внутрь. Я шагнул через условный порог и… дверь за мной внезапно закрылась, оставив меня в состоянии недоумения.

— И это всё? Спасибо хоть не впихнули силой, — возмущённо высказался я. — Уважаемый, Вы даже не представились! — громко крикнул я через закрытую дверь, хотя прекрасно понимал, что ответа не будет.

Апартаменты мои представляли собой довольно большую комнату с уже знакомым мне бесформенным матрасом, чёрным столиком и высоким потолком, которым служила плавно сводом загибающаяся кверху, прозрачная от самого пола, противоположная двери, стена. Через неё открывался прекрасный вид на внутренний сад здания-бублика. Аккуратный газон, похожие на каштаны деревья, обсыпанные свечами солнечно-жёлтых соцветий. В некоторых местах виднелись дорожки, идущие прямо из стены, от таких же невидимых выходов. И от моей стены тоже шла дорожка. Значит, я стоял прямо напротив очередной двери-невидимки. Я махнул рукой вверх. Ещё и ещё раз. Попробовал приложить запястье к разным местам окна. Не знаю, на что я надеялся. Мне стало смешно — я вдруг представил, как это забавно могло бы выглядеть с той стороны. Но с той стороны это не выглядело никак. Через стекло было видно, что снаружи стена была непрозрачной. Я был заключён в камеру! Комфортную, но камеру. В такой ситуации нужно просто смириться и ждать — долго, не долго — сколько нужно.

Однако долго ждать мне быстро расхотелось, поскольку желудок стал нудеть, что пора бы и пожрать. Оглядевшись в надежде увидеть подобие холодильника, я машинально плюхнулся на диван, который тут же подстроился под моё тело. И… о чудо! Часть чёрной столешницы вдруг опустилась вниз, и через пару секунд явилась вновь, как скатерть-самобранка, неся на себе незамысловатые угощения. Прежде чем накинуться на еду, я попробовал идентифицировать то, что мне предложил этот шведский стол. Ну, хлеб я признал сразу. Напиток по вкусу напоминал грушевый сок с мякотью. Кусочки чего-то мясного, наверное, были вялеными. А подобие маленьких красных бананов цветом напоминали мне цветы, которые я видел, подлетая к городу. Мой аналитический ум подсказал, что это они и есть. Точнее, их лепестки. Попробовав всё по очереди, я убедился в съедобности и, недолго думая, умял это всё. Как только я довольно крякнув оповестил об окончании трапезы, столешница вновь скрылась в проёме и вернулась назад пустой и абсолютно чистой. Я сидел на диване (как это ещё назвать?) не торопясь оглядывая комнату, и пытаясь понять, чего здесь не хватает. Да, конечно! Санузел! Где он?

«Действительно, на третьи сутки Зоркий Глаз увидел, что у камеры нет стены», — посмеялся я над собой.

И как в ответ на мой мысленный вопрос, в противоположной стене открылся проём. Конечно же, ранее не видимый — а как иначе? Ярко освещенная комнатка заключала в себе вполне узнаваемые элементы санузла. Гадать, что здесь к чему, не пришлось. Сняв с себя домашнюю футболку, я обнаружил на плече огромный, почти чёрный синяк. Плечо сразу же заболело, вспомнив, что синяк — это больно. Я смутно вспомнил, как получил удар в плечо во время нырка. Но что вызвало этот удар, я не понимал. С превеликим удовольствием приняв душ, я высушился в ласково обволакивающей струе воздуха, которая подавалась невесть откуда. В углу, на сером приступке лежала идеально сложенная одежда. Ранее я её не заметил — скорее всего её не было. Опять чудеса хай-тэка. Ещё бы аптечка не помешала. Облачившись в свежее бельё, я надел костюм из серо-синей плотной ткани. Сшито было как по мне.

«А всё-таки они лукавят — ждали меня здесь», — мелькнула мысль.

Входной проём (назвать его дверью, у меня больше язык не поворачивался) открылся так внезапно, что я вздрогнул. В комнату не спеша зашёл статный мужчина.





http://proza.ru/2026/11/11/441