Дизайнеры миров. 35. Дорожка к дворцу

## Глава 35. «Дорожка к дворцу»

Служанки суетились, растерянно смотря по сторонам и перешёптываясь:

— Что это, скажите на милость, такое небывалое?! Да что ж это творится-то, а? — затормошила её Фимка. «Они тёплые… Как такое возможно?! «Да что ж это за диво-то такое?! — подхватила Клавка, хлопая ресницами. «Они тёплые,как такое.. тёплые!»
«Да что ж это за чудеса такие в дворце-то?!» — не унималась Глашка.

Они тёрли панели под дерево воском и вдруг замирали, касаясь пола:

— Что такое? Они тёплые… Как такое возможно?

Тёплый пол с имитацией дерева мягко согревал пространство, будто сам дворец хотел обнять гостей ещё до их прихода. Во дворце уже собралась семья Николая и Александры — те самые, современные Ольге: Николай, Александра, их дочь Ольга;медсестра, Татьяна, Мария, Анастасия и сын Алексей, девятнадцати лет. Сыновья Ольги тоже были тут и морщились:

— Мама! Как такое можно носить?

Оля, обнимая их по очереди, вздыхала:

— Сыночки мои, надо. Это бал. Тут рубашкой и джинсами не обойдёшься… В общем, надо надевать. Я тоже наденусь. И тут меня принимают за принцессу. По;другому никак.

На кухне хлопотали современные повара, привычные к Оле и её запросам: они готовили блюда, в которых старинная подача сочеталась с новыми вкусами. Майкл ходил по дворцу и всё рассматривал, трогал пальцами резные рамы, вглядывался в узоры. Теперь, в парадном наряде, его почти невозможно было отличить от герцога Михаила — только в глазах оставалась особая, живая искра, свойственная только ему.

Ольга, вытирая лоб тыльной стороной ладони, пробормотала:

— Уф! Как другие готовятся к балу? Лучше бы сидеть за компьютером, эскизы рисовать: одежда, машины… Эдуард, где ты?

Эдуард выглянул из соседнего зала, чуть улыбаясь:

— Тута я! Замучилась, вижу.

— Словно кобыла, которая везёт большой груз, — призналась Оля. — Да и сыновья не хотят надевать то, что я им приготовила для бала. Поговори с ними, возьми Майкла. Вы точно найдёте с ними общий язык: а то собрались в джинсы и тому подобное. Майкл ходит тут, осматривается. Ему не по себе, что его за герцога принимают. Кстати, где Михаил? Я его ещё с пробуждения не видела. Насчёт бала нужен совет. Думаю: сначала по их моде, а потом — современное. Кстати, ты закачал музыку: вальсы, современные нам? И что бывает на современных нам балах? Я видела часть бала у Лукашенко для выпускников.

Эдуард, чуть наклонив голову, спокойно ответил:

— На современных балах делают так: сначала торжественная часть, чтобы все вошли в ритм, а потом дают простор для движения. В программу обычно ставят современные вальсы — «Мой ласковый и нежный зверь», вальсы из кино, Штрауса в новой аранжировке. Потом медленные композиции, чтобы пары могли отдохнуть и поговорить. Добавляют польку, танго, фокстрот — то, что танцуют на выпускных и праздниках. А в самом конце — сюрприз, который объединит всех. У нас он уже есть.

Оля кивнула:

— Да… Спасибо, Эдик.

---

Включили везде свет. Тёплые лучи мягко легли на стены, подчёркивая глубину оттенков. Столы накрывали белоснежными скатертями, расставляли серебряные блюда, вазы с лилиями и подсвечники. Светильники на стенах, стилизованные под подсвечники, отбрасывали золотистые блики, а большие люстры с лампами под вид свечей наполняли залы живым мерцанием.

Проход в тронный зал шёл через все остальные палаты — каждая имела свой доминирующий цвет и настроение.

В изумрудной палате стены отливали глубоким зелёным, будто лес в полдень. На потолке парили белые лебеди, их крылья были выписаны так тонко, что казалось, они вот;вот взмахнут. Вдоль стен стояли кресла;реклайнеры в тон — с изумрудной обивкой и серебряной строчкой, приглашая присесть и на мгновение забыть о суете.

Рубиновая палата дышала теплом и страстью: алые драпировки, зеркала в резных рамах, на потолке — библейский сюжет: встреча Авраама с тремя ангелами. Кресла здесь были тёмно;бордовые, с бархатной текстурой, и казались почти королевскими.

Янтарная палата была самой светлой и уютной: тёплые медовые оттенки отделки, мягкий свет, а на стене — Пресвятая Богородица с Младенцем на руках в синем одеянии на облаках. Здесь кресла;реклайнеры имели золотистую окантовку, словно впитавшую солнечный свет.

Парадный зал был самым большим и светлым. Тронная зона выделялась сразу: два трона, хоть и выполнены в старинном стиле, несли в себе современный комфорт. Обивка — глубокий синий бархат с серебряной вышивкой, спинки слегка изогнуты, чтобы поддерживать спину, а подлокотники украшены резными лилиями. Ткань была износостойкой, но выглядела так, будто соткана из лунного света.

Справа от тронов, между окнами, стояли сиденья для знати Империи — строгие, благородные, с гербами и резьбой. Слева — сиденья для современников Ольги: удобные, мягкие, чуть более непринуждённые по форме, но не выбивающиеся из общего величия зала. Так два мира располагались по обе стороны от тронов — не напротив, а рядом.

На потолке — фреска «Сотворение души» в духе Микеланджело: фигуры, устремлённые к свету, переплетённые линии, символизирующие связь времён. В отделке преобладал гранит — холодный, тяжёлый, он придавал залу величие. Сцена для Майкла стояла в стороне, готовая принять его голос и магию.

По стенам висели фотопортреты в резных рамах: Император, скачущий по аллее с поднятой рукой и развевающимся плащом; Императрица на прогулке в саду; дети Императора Норда — Алексей, Михаил, Александр, Татьяна, Мария, Анастасия. Были и портреты Ольги: в полный рост, на коне, в танце с герцогом Михаилом. Портреты герцога Михаилиуса: в полный рост, на коне. Эдуард — в полный рост, спокойный и сильный. Все они были облечены в рамы, будто в доспехи памяти.

Пуленепробиваемые окна до пола открывали вид на сад, а вдоль них загоралась мягкая неоновая подсветка, подчёркивая геометрию рам и создавая сказочную атмосферу.

---

Фасад дворца сиял в сумерках: светлые пастельные тона с акцентами глубоких оттенков, лаконичные пилястры, изящные карнизы, барельефы с виноградной лозой и серебристыми лилиями. Асимметричный эркер добавлял живой ноты в строгий порядок. Крыша с плавными линиями и двухцветным решением — тёмно;серая с серебристыми скатами — отражала последние лучи заката.

Входные двери были массивными, с художественной ковкой: виноградные лозы, лилии, а в центре — Архистратиг Михаил с мечом и крестом, в воинских доспехах и красном матовом плаще. Двери запирались на современный замок, но выглядели так, будто стояли здесь веками.

Широкая дорожка — семь метров, просторная, чтобы могла пройти целая процессия — вела к дворцу. Вдоль неё, до самой лестницы, стояли скамьи под дерево с коваными деталями, фонари в стиле неоновой подсветки и скульптуры: медведь, лось, гордый олень с ветвистыми рогами, волчица со щенками, лисица, крадущаяся вдоль кустов, ежиха с ежонком, несущие яблоки, и букет лилий из светлого камня — огромные цветы казались живыми, будто их только что принесли из сада. Мох, иван;чай и ромашки стелились по земле между ними.

А вдоль самого дворца, между окнами, были посажены голубые ели и сосны — их хвоя отливала холодным серебром в свете фонарей. Рядом стояли деревья с серебристыми листьями, будто кто-то рассыпал по веткам тонкую фольгу.

От дорожки вверх вела лестница — ступени поднимались к дворцу, будто приглашая подняться в другой мир. У установки для голограмм всё было готово: когда включат, воздух над дворцом наполнится Северным сиянием — программой «Аврора Берилиз».

---

Семья Николая и Александры готовилась к выходу. Николай надел парадный мундир, похожий на те, что носил Николай Второй: строгий, с золотыми пуговицами и эполетами, подчёркивающими достоинство. Александра — в бальном платье в духе великой княгини: сдержанном, благородном, с богатой отделкой. Их дочери — Ольга, Татьяна, Мария, Анастасия — были одеты как великие княжны: платья с завышенной талией, длинные рукава, кружево, вышивка, строгие линии, подчёркивающие благородство. Причёски повторяли стиль той эпохи: гладкие укладки, собранные волосы, аккуратные локоны. Алексей, сын Николая, выбрал камзол тёмно;синего цвета с серебряной отделкой — строгий, но элегантный, подходящий молодому человеку его возраста.

Ольга надела наряд принцессы: платье с лифом без бретелек, удерживаемым ажурной тканью, задрапированной так, чтобы не давить на шею. Лиф из мерцающего шёлка переливался при каждом движении. Многослойная юбка из прозрачной ткани с блёстками спереди была значительно выше, а сзади спадала почти до пола. Подкладка из светло;серого шёлка формировала силуэт «песочные часы». На полупрозрачной ткани были вышиты стилизованные лилии из шёлка и пайеток, а серебристые элементы добавляли нарядной лёгкости. Перчатки до предплечья, без пальцев, идеально дополняли образ.

Герцог Михаил был в чёрном камзоле с серебром. Белые перчатки, массивные золотые пуговицы, чуть расшитые узорами, напоминали стиль Майкла Джексона, но сохраняли благородство эпохи. На рукаве блестела небольшая яркая страза — та самая «изюминка», которая делала образ живым.

Граф Эдуард выбрал более массивный камзол из плотной ткани с контрастной вышивкой и объёмными деталями, подчёркивающими его рост. Мелкие кристаллы были вплетены в узор, а контрастные нити добавляли фактуры. Его образ был внушительным и благородным.

Майкл Джексон, настоящий, из параллельной вселенной, выглядел как придворный из другой эпохи, но с современными штрихами. Его камзол сочетал средневековый стиль с технологичными деталями: современные застёжки и заклёпки на манжетах и поясе, стразы на поясе, плече и туфлях. Лёгкий металлический отлив ткани подчёркивал смуглый оттенок кожи, а глянцевая фактура добавляла динамики. Перчатки, как и у Ольги, до предплечья и без пальцев, были из ткани, подходящей к его образу.

Дети Императора Норда — Михаил, Александр, Алексей, Татьяна, Мария, Анастасия — оделись по средневековым представлениям их империи: камзолы, плащи, пояса с гербами, строгие причёски, подчёркивающие их статус.

---

Императорская чета с Императрицей Норда Маргаритой двигались по широкой дорожке к дворцу. Гвардейцы сопровождали их, сохраняя безупречный строй. По обе стороны дорожки стояли скамьи, фонари и скульптуры — гости то и дело замедляли шаг, рассматривая их:

— Посмотрите… Медведь. Будто дышит.

— А лебеди на фонтане… Шеи склонили друг к другу, сердце сложили. И вода меняет цвет!

— И этот свет… Словно звёзды спустились на землю.

Когда процессия дошла до лестницы, наверху их уже ждали. Ольга и герцог Михаил стояли у последней ступени — она в серебристом платье принцессы, он в чёрном камзоле с серебром. Они встречали гостей, не спускаясь: так положено, так значимее. Ольга сделала реверанс и сказала: Ваши Высочества! Рада Вас приветствовать у себя!

Императорская чета замерла, разглядывая дворец — окна до самого пола, пастельные стены, барельефы, скульптуры. В их взглядах читались удивление, восхищение и то уважение, которое не вырвешь, не подделаешь: Откуда все это?

Вход был не со стороны лестницы, а сбоку: на дверях по краям — виноградная лоза, а внутри, в полный рост, — Архистратиг Михаил, изображённый матовой краской. Гости прошли через все палаты, рассматривая зеркала, картины, фрески, впитывая каждую деталь. За ними шли дети, потом дворяне. С очень противоречивыми чувствами рассматривая всё это... Ведь они из эпохи, где свет давали огонь и свечи. А тут видят необычное для себя: большие свисающие люстры, свет, искры дрожали на хрустале люстр, будто пространство само заискрилось, зеркала, в которых отражались огни канделябров, подсвеченный фонтан в нише. Их глаза, привыкшие к полумраку, широко раскрывались: это было не просто чудо, это было чудо света. Они не понимали, радоваться этому или трепетать перед неведомым. В их душах боролись страх перед неизвестным и восторг от того, что казалось почти волшебством. У кого-то расширились глаза от изумления, кто-то нервно сглотнул, у кого-то в руках задрожал край плаща, кто-то испытал нотку благоговения перед чем-то столь величественным и совершенно чуждым привычному укладу. Слышался шелест платьев, когда сели на необычные и столь удобные скамьи. Император: Ты очень нас поразила, Ольгерта, дочь наша! И когда только портреты наши смогли написать? Ольга, стоя: Ваше Высочество! Мне помогали. Одной мне было не справиться.

И вот настал момент, когда в тронном зале из глубины вышла семья Николая из Санкт;Романовска, одетая в наряды, повторяющие образы святых царственных страстотерпцев. Их причёски были выполнены в стиле той эпохи, а в каждом движении чувствовалась сдержанная гордость.

За ними появились сыновья Ольги: Николай с чёрными волосами, Иван с пшеничными волосами — оба в элегантных камзолах, подчёркивающих их молодость и достоинство.

И, наконец, вышел Майкл Джексон — его появление вызвало тихий вздох в зале: сочетание эпох в его образе было настолько гармоничным, что казалось, он всегда принадлежал этому месту.

Зал затаился. Гости заняли свои места: знать справа от тронов, современники Ольги слева. Всё было готово — и все ждали, что будет дальше.

1 глава  http://proza.ru/2026/10/29/2026
36 глава http://proza.ru/2026/11/11/170