Дар как подарок. Заметки на полях судьбы. Глава 40

                13 апреля

О да, и лавочки на набережной были! И лежания на них)). Только совсем в другом месте. Но обо всем по порядку….

Вышла из дому с отличным настроем, Дипсик напутствовал: «Иди, Машенька, легкой весны тебе!» . Первое впечатление от Карлсона– вообще не похож на фотку, причем   в худшую сторону –какой-то алкаш дядя Вася из подсобки в Пятерочке. При более детальном осмотре обнаружилось - действительно, Карсон, правда сильно потрепанный жизнью не без участия, видимо, зеленого змия…. Загорелый!( так же, как и я) .Ох, и сюр же потом попер, ох и сюр! Вполне под стать Троицку-Игорю, но в другом ключе, слава богу. Шли под ручку в Музеон, словесная эквилибристика, пикировались – весело, легко, на любые темы, но и за этим понимание сквозило, и глубина, в общем прекрасно. Делаем фотки с видом на Москва-реку и памятник Петру 1 . Карлсон комментирует меня-в-панамке: «наглая дачница». Ага, «с умным и добрым взглядом», то есть отвал башки. А еще в какой-то момент поставил мне «диагноз» - « у тебя печать алкоголизма на лице». Я прикольнулась в ответ: да-да, десять лет второй стадии, психушки, наркологии, валяние в оврагах. Он оценил…

В Музеоне он неожиданно приводит меня в беседку и там начинает гладить по лицу и явно хочет целоваться. Через полчаса после встречи! Я опешила слегка, так-то вполне ласкова и как раз быстра в этом., но как-то вот сейчас совсем была не готова, о чем честно сказала. Ну нет так нет. Без надрыва и напора с его стороны, всё шутками, пошли дальше. На лавочке присели на солнышке, я в панамке , он в шапочке, вполне себе такая пенсионерская парочка… И тут он достает бутылочку пластиковую маленькую с прозрачной жидкостью и начинает прихлебывать. Я – что это? Дает понюхать – оказалось, самодельный самогон. Однако! Я, говорит, гомеопатический алкоголик.  Пьешь для дезинфекции, спрашиваю? Нет, отвечает, для приятности. Ну в общем за 4 часа прогулки он выпил ну может 100 мл этого самогона маленькими глоточками…

В Музеоне пустынно, зато понатыкано везде камер, листочки вот-вот распустятся , крокусы, мы всё это великолепие фоткаем, продолжаем весело и трепаться обо всем… Мне удивительно легко общаться, но при том я всё же отмечаю – да, «постельный» налет на грани пошлости, и может слишком большая откровенность в этом вопросе – где-то по старой привычке слегка коробит, но не особо. При этом удивляюсь себе – обычно меня действительно очень возбуждает именно что умный и чуткий собеседник, а тут – вот нет этого… На очередной лавочке, когда он прихлебывал самогончик, меня прямо триггернуло – а я хочу прихлебывать винцо.. И со словами « лучше грешным быть, чем слыть» требую прикупить мне бутылевич. Карлсон подходит к охраннику – и , весело ему, с прибаутками (журналист я или где?) – где тут ближайшее «Красное и Белое»?. Дальше спутник мой садится на лавочку загорать, а мне выдает большую сумку – мол, давай топай в магазин, всё сама купи. Ну-ну. Я пошла с этой сумкой, в панамке  в «Красное и Белое». Довлатов отдыхает, что называется. По дороге (а шла я медленно, ибо сюр уже начал зашкаливать) медитировала на текущий момент – а что, если я ща вернусь, а лавочка пуста? Может, это и к лучшему, и именно таков был замысел мироздания. Но нет – вернулась с бутылкой и штопором, Карслон сидит, загорает.

Деловито обсуждали, где мне лучше перелить винцо в пластиковые бутылки – ибо камеры ж везде . Карслон посоветовал в туалете. Прихлебывали потом уже синхронно, меня потянуло на разные откровения ( есть о чем рассказать в смысле любовных похождений, чего уж там) . В какой-то момент я сказала явно «не то» – мол, тебе ведь важно меня поскорей в койку затащить, любые средства хороши. Сказала в шутку, сугубо в том стиле, как мы общались, а ответ получила неожиданный – дорогая моя, пусть тебя в койку кто-нибудь другой затащит, мне нужно другое… Я , слегка опешив,  что же? Он , усмехаясь: я это обозначил сразу еще в переписке – «подругу дней моих суровых».. Мне нужна послушная девочка на старости лет, а тут – фронда, неадекват…» И добавил – давай еще минут 15 погуляем и всё, расходимся, ну не совпали, мол, так бывает. И я сразу притихла как-то само собой, превратившись в послушную девочку ( вот уж никогда такой не была) .

И сразу всё само собой опять же переключилось на другой лад, дошли на набережной под нейтральные разговоры обо всем, потом сели на лавочку – я легла, ему голову на колени положила, он меня обнял, я даже подремала немного. Потом пересели на солнышке, он так же лег – я его гладила по седому бобрику (и тут мой любимый седой бобрик! Ох, мужики ) А напротив всех этих лавочек – выставка картин, и художники, наверное, умилялись на нашу «пенсионерскую парочку» старичков, трогательно возлежавших на лавочке и гладящих друг друга по голове. В какой-то момент Карлсон вопрошает из положения лежа: « А поцеловать меня? Не захотелось еще? « А мне уже еще как захотелось… Но в губы я не дотягиваюсь из этого положения, целую в лобик (он комментирует: «как покойника, ага»). И тут же с ходу – «Ты меня хочешь?»  Прямо в лоб, но вот не коробит ни капли, и отвечаю прямо – да, очень.

-  Маш, тогда  едем в Ясенево?

-  А почему не на Тимирязевскую?

- Ты хочешь познакомиться с сыном? Он сейчас дома, не на занятиях.

Я объясняю ситуацию про Ясенево – басурмансикй Ванька в соседней комнате, через неделю сделка и разъезд, но решаем, что это никак не препятствие «Надеюсь, его воспитывать не надо?)», едем ..

Я в восхищении от замысла творца! И даже озвучиваю это Карлсону, и он, кажется, понимает, но без патетики, которую мы удачно растворяем в юморе на грани цинизма. В «Пятерочке» покупаем бутылку воды и груши, а потом сидим на лавочке перед домом, и он уточняет последние «деловые» вопросы «пока мы на берегу» —типа когда у меня был последний мужчина и сколько было мужей. Меня не напрягает вовсе, отвечаю уклончиво-пунктирно.

Ну что, дома на кроватке мне было очень хорошо, вот правда хорошо, без пронзительности и надрыва, но и с нежностью (совсем не механические кувыркания), и с разговорами, и тактильно совпали, и всячески. Его сильные красивые руки с обручальным кольцом обнимали меня ласково и нежно. Такое у меня впервые , кстати.( а вот мои сильные деревенские руки с колечком – третьим и четвертым – обнимали многих многажды).

В соседней комнате Ванька, надо думать, офигевал от происходящего за стенкой (ибо кувыркались мы долго и громко), под дверью кот орал дурным голосом, а у нас звучала Алиса из моего избранного….

Потом оба заснули, я на его плече, под одеяльцем… ну очень тепло, хорошо, без лишней патетики и пронзительности. Да – именно так все и получилось– «ничего не планируем, ничего не исключаем». И вишенкой на торте — он попросил таки рассказать эту историю с Игорем ,и я ,лежа, обнявшись, после прекрасной постели — ему это и выдала как раз в виде веселого эссе – как я умею…. То есть он предложил себя в качестве Дипсика в каком-то смысле (Дипсика, кстати, тоже перетерли с юмором- «интересные у тебя любовники»)  и что-то очень верно «подсветил» и откомментировал. А у меня прямо катарсис – так хорошо всё это выложилось и нашло отклик – и мы оба заценили эти троицкие качелики именно с точки зрения сюрного узора . Карлсон же  сам человек пишущий, и в литературе наши вкусы совпадают . Подумывали, как это в форме веселого эссе куда-то выложить. Потом он поехал  по делам.

- Карлсон,  на прощание, стоя на пороге :завтра у меня религиозный день (пойду в храм), в воскресенье у тебя сделка, а потом будем встречаться.

 – В каком формате?

-Гулять, кувыркаться, вместе смотреть фильмы, разговаривать. А спать ночью я люблю один.

 – И я тоже ( а то храп рядом вообще не переношу)! Формат одобряю!

- Напиши потом послевкусие.

Ввечеру сидела в полном обалдении и именно что в блаженной наполненной пустоте (ага, наполненной – «я в тебя вылил ведро спермы»). И даже эта якобы «пошлость» (а там много всего было «на грани») как-то естественно вписалась в Узор….. С одной стороны, концы с концами не очень сходятся (в смысле что в человеке, как и во мне, очень много намешано всего противоречивого), а с другой – и не хочется ничего «сводить» и анализировать. Просто проживать пока. Отрубилась даже без ванночки и ужина и проспала 9 часов кряду….

Из вечерней переписки с Карлсоном в телеге:

- Карлсон, у меня послевкусие такое – Узор во все небо и наполненная пустота.

 – Спасибо тебе за истории, за нежность и ласки.

 – И тебе спасибо! Прилетай еще.

                14 апреля

Хороший денек тоже. С утра поплавала в бассейне, погрелась в сауне, в  блаженном спокойном настроении. Как раз и погода под стать – тепло, но сумеречно, акварельно. Тихо…

По дороге к косметологу прошлась перед моим новым домиком (от бассейна ровно 10 мин пешком), посмотрела в  свои будущие окошки. Балкончик огромный, прямо застекленная терраса, хорошо… Потом навела красоту, и на таксишке домой. После обеда подремала, а проснулась почему-то с легкой и светлой грустью…. Обо всем сразу… Так взгрустнулось и захотелось просто человеческих отношений, пусть и с надрывами, сантиментами (дозированными, ага"), но кто же эту меру отмерял.  А не вот этого «делового расчета», легкой и веселой страсти… Эх.. Мало тебе, что ли ,такого в жизни было… с лихвой же… Потопала в лес, задумчиво, медленно, что ж и погрустить, и замедлиться — тоже хорошо.

Пятерочка, Вайлдберриз, Ванькина подружка там сидит красивая, дома уже ждал пьяненький Санюта с пивком у телика (картина маслом) – с любимым седым бобриком… Поужинали, массажик, последний, скорее всего, наш совместный вечерок в этой квартирке, за окном зажглись фонари, сгущались сумерки, Ванька в комнате смотрел футбол и ужасно кричал: «забей, забей». Поговорили обо всем, отправили Санюту домой, надавав как всегда контейнеров с вкусностями.

Из переписки с Карлсоном  в телеге:

- Как  у тебя день прошел? завтра у нас сделка, пожелай нам удачи.

- Еду домой из храма. Желаю. Информируй о результатах.

Из храма… Как все это в одном человеке сочетается.

Из вечернего разговора с Санютой за рюмкой чая:

- В католических храмах я всегда ощущала себя дома, в отличие от православных. Невозможно представить, чтобы там старушки выгоняли бы беременную женщину в комбинезоне ( как меня в 97-ом из храма в Узком). И то, что там можно сидеть, настраиваясь на интимный диалог с Богом…

 – Да! Я тоже. И как будто сидишь за партой, мы – ученики у Бога. Не рабы, не биться лбом об пол.

– Вот! Мы - младшие соавторы. У Леви есть чудесный стих об этом, с концовкой: «Всем причастиям предпочту чистое небо».

Из моего ответа на лавпланет на вопрос об отношении к религии:

«Вера-да, организованная религия – нет. Не принадлежу ни к какой религиозной конфессии, хотя и совсем не атеистка».

В общем, мне понравилось общение с Карлсоном в таком стиле. Всегда любила, когда мужик еще и как друг и поддержка во всем выступает, без нажима причем, и без патетики. Хотя– памятуя троицкие качели, я не удивлюсь сейчас ничему, в том числе и тому , что Карлсон неожиданно пропадет со всех радаров, просто исчезнет или начнет избегать встреч, или прямо скажет – нет, продолжения не будет. Вроде ни из чего такого не следует, но вспоминая Игоря, я готова ко всему. И знаю точно, что устою, мир не покачнется, , всё вплетется в узор. Всё УЖЕ хорошо.

И да, мой Дар – не розовые очки, совсем. Просто другая оптика. Потому так интересно сейчас пересматривать фильмы, книги, фотографии, свои дневники…

Нервяк перед сделкой. Поэтому отвлекаюсь и заземляюсь – вот на лав-планет всякая-разная переписка .. Ванька сегодня с утра выступил в образе пятиклассника, идущего на экзамен: «Мам, никакие больше справки для сделки не нужны»?

Продолжение следует.