Два чистых листа

Бабушка начала писать внезапно, когда ей было уже за пятьдесят лет и шёл второй год войны. Плюс — трое детей, эвакуация, полное безденежье и прочие, мне неведомые, напасти.

Как-то раз днём, когда в доме никого не было, она увидела на кухонном столе брошенную школьную тетрадку. В тетрадке оставалось ещё пара чистых листов.
Как так вышло — совершенно непонятно. Но она взяла эту тетрадку, ручку, долго смотрела на чистый лист, а потом, аккуратно выводя каждую букву, стала писать рассказ про военные времена.

Вся история уместилась на двух страницах. Она повествовала о странном состоянии человека, ожидающего что-то новое, какие-то перемены от любого внешнего обстоятельства, даже такого, как война. Миллионы людей стронулись со своих мест. Миллионы никогда не вернулись назад. Но было ещё какое-то странное чувство — надежда на перемены.

В рассказе главная героиня, Жанна, проводила нелюбимого мужа на фронт и впервые за много лет почувствовала лёгкость и возможность побыть наедине с собой. Она стыдливо молится и не понимает, что просить. Ей горько и стыдно, что она не хочет молиться за жизнь ушедшего на фронт мужа. Она надеется, что Бог сам знает, что ей нужно.

Война сдвинула её жизнь с места. Сама она не могла сделать в этой жизни даже шага по своей воле. А тут грозные военные бури понесли её судьбу по новому ручейку, не требующему от неё ни решений, ни усилий.

В военном мире Жанны всё казалось интересным и необычным. Эвакуация в Башкирию. Жизнь в маленькой комнатке. Близость уральских гор, бескрайние предгорья, душистый мёд. Люди, съехавшиеся со всех уголков страны, со своими историями, лицами.

В рассказе Жанна стала воспитателем в детском саду и школьной учительницей, которую все любили и слушались, потому что она была очень доброй и трудолюбивой. Дети её уважали и хорошо учились. Они брали на переменах её за руку и слушали истории о её далёкой родине. А потом её отправили в институт, чтобы стать настоящим преподавателем.

На этом двухстраничный рассказ закончился. Потом бабушка ещё пыталась делать рисунки к рассказам, неумело выводя фигурки людей.
Ничего из этого не сохранилось. Только отрывочные воспоминания мамы. Несколько тетрадей с десятком законченных рассказов и рисунков к ним бесследно и безвозвратно пропали. Осталась только светлая память.