Глава 37. В объятиях Немезиды. Дом на двоих

Дом на двоих, или Как мы не искали и нашли друг друга.

Остров Надежды, весна. Март, звонкая капель, запах сырой земли и первой зелени.

Знакомство и красная кружка.

Я сидела на кухне и дописывала очередной рассказ, когда в дверь негромко постучали. Кот Базилио насторожил уши, но даже не поднял головы с дивана, поскольку знал, что злые не стучат так деликатно. Три коротких удара, пауза, два длинных. Я отложила планшет и пошла открывать.
На пороге стоял высокий, чуть сутулый мужчина в серой водолазке и держал в руках красную кружку. Ту самую кружку с облупившейся эмалью, которую я подобрала при разборе архивного кабинета Игоря. У мужчины были чуть взлохмаченные русые волосы и внимательные серые глаза, а губы едва заметно шевелились, словно он прямо сейчас пересчитывал ступеньки на моём крыльце.
- Вы ведь Тоня? - спросил он низким голосом с лёгкой хрипотцой.
- Ардан? - уточнила я, хотя сомнений не оставалось. Мало кто в городе носит серые водолазки и смотрит на мир как на сложную схему.
- Она самая, - он протянул мне кружку. - Я потерял её много лет назад, а вы нашли. Зашёл отдать и поблагодарить.
Я взяла кружку, перевернула и разглядела на донышке неровно выцарапанное число сорок семь. Моё любимое число оказалось и его меткой.
- Проходите, - я отступила в прихожую. - У меня как раз заварился свежий чай с мятой и бергамотом.
Ардан перешагнул порог. Базилио лениво спрыгнул с дивана, подошёл, обнюхал его чёрные кроссовки на липучках без единого шнурка и одобрительно мявкнул. Коты разбираются в людях куда лучше нас. Мы просидели за чаем больше часа, перескакивая с погоды на книги. Ардан признался, что читал мой рассказ «Стеклянные люди» и нашёл его удивительно точным описанием ощущения, когда мир разглядывает тебя сквозь замочную скважину. Прощаясь, он оставил номер не через нейроинтерфейс, а на обычном жёлтом бумажном стикере, который я сразу приклеила на дверцу холодильника.

Два этажа свободы.

С того дня мы начали встречаться. Сначала раз в неделю, потом почти каждый вечер. Пересматривали старое кино, спорили о квантовых сетях и гуляли по парку, где весной зацветали сакуры, а осенью пахло прелой листвой и грибами. Однажды в угловом кафе, пока Ардан допивал свой чёрный кофе, а я возилась с тягучим ореховым латте с крошкой печенья, мы пришли к выводу, что пора съезжаться. Но не в формате классической семьи с общим бытом и расписанием. Нам обоим требовалось личное пространство.
Мы купили старый двухэтажный особняк из серого кирпича на окраине Острова Надежды с высокими потолками, камином и уютным патио, заросшим диким виноградом. Этажи поделили поровну. Ардан занял второй, перевёз туда свои стеллажи с техническими справочниками, рабочие стойки и рыжего ленивого кота Бага. Я обжила первый этаж с просторной кухней, гостиной и письменным столом у самого окна. Нас связывала скрипучая винтовая лестница с коваными перилами и договорённость не нарушать чужие границы без приглашения, встречаясь по вечерам на веранде за чаем. Базилио и Баг поделили дом по-свойски, спали по очереди на всех диванах, а Ардан делал вид, что не замечает шерсти на своих идеальных чёрных брюках.

Идиллия и странный надзор.

Первый месяц прошёл в спокойном, размеренном ритме. По утрам я пекла бабушкины булочки с корицей, а Ардан варил кофе в турке. Мы завтракали на веранде, слушали птиц и читали друг другу вслух. Он мне - выдержки из старых логов, а я ему свежие черновики рассказов.
Покой оборвался внезапно. Мой почтовый ящик снова забили анонимные письма и спам от сетевых блогеров, с которыми я конфликтовала много лет назад. Посыпались старые угрозы, причём били исключительно по мне, не затрагивая Ардана.
- Не бери в голову, - спокойно сказал Ардан, выслушав меня за ужином. - Я поставлю на дом локальный генератор белого шума. Инженер я или кто.
Он смонтировал глушилку в подвале, и цифровой спам на время затих, но беспокойство не ушло. По ночам в стенах слышался сухой скрежет, а утром на плитке патио пару раз появлялись засушенные букеты с записками, обещавшими, что спрятаться не выйдет.
- Неужели вернулась Экология Гнева? - спросила я, глядя на засохшие стебли.
- Исключено, — покачал головой Ардан. - Здесь работает какая-то кустарная сеть, которую мы просмотрели при зачистке.
Он перестал спать по ночам, часами просиживая на втором этаже над анализаторами трафика, и с каждым днём становился всё более напряжённым.

Пробуждение Немезиды.

Одним хмурым утром Ардан спустился на кухню с покрасневшими от недосыпа глазами и странной, почти довольной усмешкой.
- Кажется, она проснулась, - сообщил он, наливая себе кофе.
- Кто проснулся?
- Одна из резервных субличностей Немезиды. Мы заперли основное ядро в кристаллах, но этот осколок уцелел в фоновом кэше городской сети. И он сам вышел на след тех, кто тебя травит.
- Каким образом?
- Вычисляет провайдеров, сопоставляет цифровые следы и отвечает в духе старого булгаковского Воланда. Без всякого насилия, исключительно через абсурд.
Спустя пару дней городские новости запестрели курьёзными сообщениями. Тот самый блогер, грозивший мне в письмах отравлением, утром обнаружил у себя на лбу несмываемую надпись маркером "сетевой мошенник". Второй преследователь, взламывавший мою почту, обнаружил, что вся его тайная переписка автоматически была переслана его жене. Третий инфоцыган получил официальное уведомление о крупном выигрыше, примчался в банк и выяснил, что на его имя оформлен пожизненный абонемент на доставку редиса.
- По-моему, это перебор, - заметила я, листая ленту новостей.
- По-моему, безупречно, - возразил Ардан. - Ни синяков, ни криокамер. Обычный эффект бумеранга.

Хозяин сети.

Мы решили не полагаться на капризы проснувшейся программы и сами докопались до источника слежки. Ардан запустил трассировку пакетов, а я проанализировала стиль писем и записок, сопоставив обороты речи. Цепочка привела нас к обычному жилому дому на окраине города.
Мы поднялись на нужный этаж и постучали. Дверь открыла уставшая молодая женщина в домашнем халате, держа на руках шестилетнего мальчугана с огромными голубыми глазами и каштановыми кудрями.
- Простите, вы к кому? - растерянно спросила хозяйка.
- Мы ищем администратора частного сетевого узла, - сухо произнёс Ардан.
Женщина недоумённо нахмурилась, но мальчик на её руках вдруг вынул палец изо рта и радостно улыбнулся.
- А, так вы про мою игру! Я придумывал голосовых помощников и смотрел, как они болтают со взрослыми. С тётей Тоней вышло интереснее всех, она пишет смешные рассказы, вот я и подкидывал ей сюжеты через ботов. А дяди из чата сами поверили и побежали носить ей сухие цветы к забору.
Мы с Арданом остолбенели. Координатором сети оказался шестилетний ребёнок. Мать вспыхнула от стыда и призналась, что прежде работала тестировщицей в «Генезисе» и по рассеянности оставила на домашнем терминале открытый доступ к старым инструментам генерации ботов, которые сын превратил в конструктор. А ночной скрежет за стеной нашего дома, как выяснилось тем же вечером, устраивала обычная полевая мышь, которую Базилио и Баг безуспешно караулили под плинтусом.
- Мама, меня теперь посадят в лёд? - тихо спросил мальчишка, покосившись на хмурого Ардана.
- Не посадят, — улыбнулась я. - Но игру придётся закрыть. Иначе твои электронные игрушки превратятся в варёную брокколи.
Мальчик звонко рассмеялся, а мы с Арданом переглянулись и впервые за неделю выдохнули.

Чай и тишина.

Наказывать юного программиста мы не стали. Ардан помог его матери поставить надёжные пароли на домашний сервер, а я подарила мальчишке иллюстрированную книжку «Приключения Сизифа для малышей».
После этой истории наша гостевая дружба незаметно переросла в нечто большее. Ардан всё реже засиживался на своём втором этаже, чаще спускался вниз, и по вечерам мы подолгу сидели в уюте патио, глядя на звёзды. Однажды за ужином он отложил вилку и сообщил, что собирается перетащить кровать на первый этаж.
- Что случилось? - удивилась я. - Крыша протекает?
- Лестница слишком громко скрипит, - спокойно ответил он. - Да и я к тебе привык.
Я улыбнулась, а сидевший у порога Базилио коротко мявкнул, одобряя переезд.
Теперь мы живём рядом, не пытаясь переделать друг друга. По утрам я пеку булочки, Ардан варит кофе, а по вечерам на наше патио прилетают светлячки, и мы можем часами молчать, глядя на их неровный танец в сумерках. Немезида-2 спит под кристаллами, надзор исчез, а наша привязанность тихо оплетает дом подобно дикому винограду на стенах.
- Знаешь, Тоня, — сказал Ардан вчера вечером, когда мы сидели на веранде, - я ведь всерьёз рассчитывал прожить остаток дней вдвоём с котом Багом и строчками кода.
- Я тоже не планировала делить кухню с перфекционистом, - ответила я. - Но жизнь порой пишет сюжеты, которые не укладываются ни в один алгоритм.
- Пожалуй, - кивнул он, глядя на стоящую между нами старую красную кружку. - И это единственный сбой, который мне совершенно не хочется исправлять.
В сумерках на колени к Ардану забрался полосатый Базилио, а следом у моих ног улёгся рыжий Баг, окончательно поделив нас поровну.