Ч. 12. Советские и немецкие подводники

Война на Севере

Предыдущая страница: http://proza.ru/2026/11/11/1485

У немецких подводников также случались обвинения командиров подводных лодок в трусости перед противником.

Подводная лодка U-995 под командованием капитан-лейтенанта Вальтера Кёнтоппа совершила первое патрульное плавание в норвежских водах с 18 по 23 мая 1944 года.

Лодка вернулась на базу после боя с британским самолётом, в результате которого пять подводников были ранены, а сама лодка получила повреждения.

Второй патруль продолжался с 30 июня по 28 июля 1944 года.

Третий патруль проходил с 23 августа по 14 сентября 1944 года. Подводная лодка занималась постановкой мин, а также входила в состав волчьей стаи «Dachs».

Четвёртый патруль продолжался с 25 сентября по 3 октября 1944 года. U-995 участвовала в поиске союзного конвоя RA-60 в составе волчьей стаи «Zorn».

Во время этого плавания Кёнтопп отдал команду на погружение, опасаясь предполагаемой атаки с воздуха, хотя никто из вахтенных, находившихся в рубке, не видел самолёта. В результате U-995 потеряла связь с другими подводными лодками волчьей стаи.

Позднее Кёнтопп обнаружил конвой, но не сообщил о нём командованию и не решился атаковать его из-за сильного эскорта.

После возвращения в Нарвик действия командира вызвали подозрения в трусости перед противником. Есть сведения о том, что первоначальное обвинение исходило от офицера U-995.

Возник вопрос о возбуждении против него судебного дела. Однако вмешалось командование подводных сил в Норвегии.

Существуют две версии произошедшего.

Согласно одной из них, командующий подводными силами в Норвегии Рейнхард Зурен счёл, что Кёнтопп находился в тяжёлом физическом и психологическом состоянии. Он направил капитан-лейтенанта на медицинское обследование.

По результатам обследования Зурен не дал разрешения на передачу командира под суд, а отстранил его от командования подводной лодкой.

По другой версии, решающую роль сыграла жена капитан-лейтенанта Кёнтоппа, которая обратилась за помощью к командующему подводными силами адмиралу фон Фридебургу.

Обвинение в трусости перед противником могло привести к смертному приговору. Однако вмешательство высокопоставленных начальников и медицинское заключение помогли командиру подводной лодки избежать суда.

Был ещё один подобный случай в немецком флоте, но произошёл он не на Севере.

Командира подводной лодки U-572 капитан-лейтенанта Хайнца Хирзакера обвинили в трусости перед противником, нарушении дисциплины, неподчинении приказам о прохождении Гибралтарского пролива и предоставлении ложных сведений.

В третьем походе U-572 Хирзакер предпринял попытку пройти Гибралтарский пролив, но отказался от неё.

В последнем, шестом походе, в 1942 году, он фальсифицировал записи в журнале боевых действий (Kriegstagebuch), в частности сведения о повреждениях и обстоятельствах плавания.

После возвращения лодки офицеры доложили о подозрительном поведении командира. 18 декабря 1942 года Хирзакера отстранили от командования. Военный суд в Париже признал его виновным в трусости перед противником и приговорил к расстрелу.

24 апреля 1943 года, незадолго до назначенного срока исполнения приговора, в камеру Хирзакера, находившегося в военно-морской следственной тюрьме в Киле, тайно передали пистолет. Капитан-лейтенант покончил с собой.

В советском флоте обвинение командира подводной лодки в трусости могло иметь серьёзные последствия. Но и в германском флоте, несмотря на распространённое представление о большей самостоятельности немецких командиров, существовала жёсткая система военной ответственности.

Я уже писал об Оскаре-Хайнце Куше, командире подводной лодки U-154. Его расстреляли 12 мая 1944 года. Он критически относился к нацистскому режиму и презирал Гитлера.

Когда Куш принял командование U-154, он приказал убрать портрет фюрера из кают-компании, заявив: «Мы здесь не занимаемся идолопоклонством» (Wir treiben hier keinen G;tzendienst).

Вместо портрета повесили картину с морским пейзажем, написанную самим Кушем. Позднее портрет Гитлера вновь оказался в кают-компании, но в другом месте.

Первый вахтенный офицер лейтенант цур зее Ульрих Абель (Ulrich Abel), донёс на командира начальству.

26 января 1944 года состоялся военный суд. Куше обвинили в подрыве военного духа и прослушивании иностранных радиопередач.

Его приговорили к смертной казни. От просьбы о помиловании он отказался. Приговор был приведён в исполнение 12 мая 1944 года в Киль-Хольтенау.

Куша полностью реабилитировали в 1996 году, признав неправомерность вынесенного ему приговора.

Не стоит делать вывод, что советская и нацистская судебные системы работали одинаково. Но и в том, и в другом случае командир подводной лодки мог оказаться под судом не только за доказанное преступление, но и за поведение, которое начальство считало недопустимым.

А были ли среди подводников убийства, драки с тяжёлыми последствиями, кражи, сексуальные преступления, случаи насилия над гражданским населением, злоупотребления алкоголем?

Для ответа на эти вопросы необходимо изучить судебные дела 11-й, 13-й и 14-й немецких подводных флотилий, базировавшихся соответственно  в Бергене, Тронхейме и Нарвике.

14-я флотилия была сформирована в Нарвике только в декабре 1944 года. Необходимо также изучить дела военных трибуналов Северного флота в отношении командиров и членов экипажей подводных лодок за 1941–1945 годы, но я такими возможностями не располагаю.

Когда читаешь мемуары, создаётся впечатление, что в них описываются одни героические подвиги.

Однако у войны всегда была и будет грязная изнанка. Прекрасно сказано у Константина Симонова в романе «Живые и мёртвые»: «Война — паскудное дело».

В советской официальной истории об этом практически не писали. Например, не принято было рассказывать, что группы захвата при высадке десанта на плацдарм могли формироваться из штрафников.

Мой отец, которому довелось командовать корректировочными постами в десанте и высаживаться в составе группы захвата, однажды обмолвился, что то были настоящие головорезы.

Что особенно поражает: в штрафных ротах и батальонах были и женщины.  Однако специальных женских штрафных рот и батальонов не существовало.

Только 19 сентября 1943 года Генеральный штаб издал директиву № 1484/2/орг., запрещавшую направлять осуждённых женщин-военнослужащих в штрафные части. Писать правду об изнанке войны необходимо, иначе история войны будет неполной.

Советские подводники находились под тройным контролем: командования, политотдела и контрразведки. Но об этом — в следующей главе.

Продолжение следует

На картине: подводная лодка U-995. Сейчас она используется в качестве музея.