О магии бабочки в чёрном

Скакал когда-то я на тройке вороных, пленённый радужным сиянием Рунета, и вдруг завернул на платформу «Яндекс-Маркета». Здесь я периодически что-то покупаю. Я торопился, но всё же успел зафиксировать периферическим зрением галстук-бабочку чёрного окраса. Галстуки я люблю, поскольку с лета начала семидесятых прошлого века почти не снимал военной формы одежды. Не снимал аж до самой кульминации бордовой стихии девяностых… А галстук в той армии, как знают «советскоармейцы», был обязателен. Но не бабочка, конечно. Армия же не театр. Хотя, смотря с какого ракурса на неё посмотреть? Ведь Вильям наш Шекспир зря слов на ветер не бросал…

А тут, понимаете ли, она — бабочка ненаглядная. В общем, заказал я этот атрибут высокой культуры в маркете и стал томиться в ожидании. Однако не прошло и нескольких дней, как этот галстук я получил и бережно, но без охраны, отнёс домой.

И вдруг в жизни моей всё резко перевернулось. Нет, не от бабочки. А от того, что я по уши влюбился. Только не подумайте, что в женщину. В женщину я и без бабочки умудрился влюбиться, но это отдельная и довольно-таки щепетильная история. Сейчас же, став обладателем летучего галстука, я влюбился, как это ни странно звучит, в театр. Нет, уважаемый читатель, не как в сферу высокой культуры, а в конкретный питерский театр. Причём руководимый потрясающей воображение женщиной. И влюбился я в это сказочное учреждение с подачи мамы «Маленького принца», усадившей меня в авто и доставившей вместе с жителем астероида B-612 в театр с завлекающим названием «Карамболь». Произошло это знаменательное событие в июне прошлого года. За прошедшее время я успел насладиться только «Маленьким принцем» трижды. Представляете, какой магией обладает этот театр?

И вот, собираясь на мюзикл под названием «Иосиф и его удивительный плащ снов», который я уже успел посмотреть дважды, я достал свою драгоценную бабочку из шкафа, чтобы не забыть её в процессе подготовки (душ, мытьё головы, бритьё и прочее) к отъезду.

В театр мы выехали с мамой «Маленького принца» задолго до начала спектакля. Поэтому, выйдя из авто у Дворца искусств Ленобласти, я спустился в метро и поехал в Русский музей. Одет я был в чёрный костюм и белую рубашку, воротник которой закрепила бабочка. Сверху была накинута ветровка. Тоже чёрного цвета, а на голове — бейсболка сеточкой той же масти. Ну, а бабочку спрятать было нечем. Она кричаще смотрела по сторонам…

Когда же я встал на эскалатор, мне почему-то показалось, что пассажиры встречного потока смотрят именно на меня. От этого в моём сознании вдруг всплыли «Люди в чёрном». Однако пассажиры, в основном, улыбались. Наверное, из-за того, что из-под бейсболки выглядывали пряди моих пышных волос, достигающие аж до самых ключиц? Взбрыкнуть, понимаете ли, я решил на старости лет… Помните ходовое: «хипуешь, старая плесень»?

Когда же я вошёл в вагон, мужчина, сидящий у двери, вдруг вскочил с сиденья и предложил мне присесть на его место. Я поблагодарил его, но усадил обратно. Однако девушка слева повторила подобный манёвр. Но я опять увернулся. Ведь возраст — это состояние души.

А вот молодая женщина, стоящая лицом ко мне, доброжелательно улыбнулась и сказала, что я хорошо выгляжу. Однако я её огорчил, сказав, что являюсь ровесником мамонтов. Она расхохоталась и пожелала мне удачи. Чудеса, да и только. Виновата бабочка? Или же нестандартная причёска?

И у кассы Русского музея меня ждал сюрприз. Кассир отказалась от знакомства с моим пенсионным удостоверением, с улыбкой выбив и вручив мне билет.

А вот когда в гардеробе я скинул бейсболку и ветровку, улыбаться стали почти все гости музея. А женщины средних лет даже внимательно разглядывали. Может, приобрести красную бабочку? Вдруг что-то выгорит?

Улыбались, конечно же, и смотрительницы. Но здесь уже моя душа развернулась. Как человек, наделённый сверхъестественной общительностью, я впал в экстаз. Комплименты, цитаты и т.д.

А в музей я пришёл неспроста. Ведь он полюбился мне ещё в курсантские годы, когда я из Горелово ездил сюда не реже двух раз в месяц. Я даже мог подменить экскурсовода… Сегодня же я приехал в Русский музей, чтобы поздороваться и пообщаться с моим дорогим другом Мефистофелем. Однако его пришлось поискать. Причём одна из смотрительниц чуть не наградила моё сознание обмороком, сказав, что его убрали в запасники. По причине размещения на первом этаже выставки женского портрета… Однако я не поверил. Убрать этого любимца великого Гёте в запасники никто не решился бы…


И я не ошибся. Интуиция привела меня в нужный зал (скульптуру вместе с «Нестором Летописцем» и «Спинозой» перенесли на второй этаж), и я удовлетворил свою духовную потребность в полной мере. А сфотографировала меня рядом с другом студентка Университета гражданской авиации, с которой я разговорился не на шутку. Ведь специальность она выбрала интересную и перспективную — логистика. Я посоветовал девушке прочитать «Фауста» в переводе Бориса Леонидовича. Она пообещала, что прочитает.

А из музея мне уходить не хотелось. Я переговорил почти со всеми встретившимися мне смотрительницами. Почти все они пенсионного возраста, но две из них запали в мою душу до самой глубины. Мефистофель попутал, наверное? А что, если снова сюда прийти? Зачем тянуть резину-то? Мефистофель своё дело знает…

Глянув на часы, я вздохнул и направился в гардероб. Гардеробщицы, выдавая мне верхнюю одежду, высказали мне массу пожеланий. Знают ли они слова Мигеля де Сервантеса Сааведры или нет, я не в курсе, но читателю я их, на всякий случай, напомню: «Ничто не обходится нам так дёшево и не ценится так дорого, как вежливость». Правда, гардеробщицы были не просто вежливы. Они излучали доброжелательность.

Приехав на «Нарвскую», я не стал идти на эскалатор, а интуитивно встал напротив стенда с картой этой части города и стал её изучать, иногда поглядывая на пассажиров, выходящих из поездов, прибывающих с «Техноложки». Ведь у касс у меня была назначена встреча с Евтерпой. А вдруг я её увижу здесь? И время общения увеличится на целые минуты…

И вот, когда на часах «пробило» 18:15, из очередного поезда прямо на меня вышла Она. Интуиция? Или, всё-таки, магия бабочки?