Начало книги о работе подразделения по борьбе с ор

Начало книги

Шесть человек против целого мира

Волгоград — город вытянутый, как лента, на сто километров вдоль Волги. Город, который привык к разрушениям и восстановлениям, к тому, что история проходит через него катком, оставляя следы в виде обелисков и братских могил. Здесь каждый камень помнит войну, но мало кто из тех, кто родился после, задумывался, что у города есть и другая память — не парадная, не высеченная в граните. Память о временах, когда пули свинцом чертили новые границы — уже не фронтовые, а криминальные. Когда на асфальте, под коваными оградами и в продымлённых подъездах, писалась летопись, которую не включишь ни в один школьный учебник.
И вот об этой-то памяти и стоит рассказать.
Но прежде — о тех, кто эту память пытался удержать. Не для себя — для нас. Потому что если не они, то кто?

Отдел, которого не было
В конце восьмидесятых годов в Советском Союзе не существовало такого понятия — «организованная преступность». Это не значит, что её не было. Это значит, что в законе для неё не нашлось графы. В кабинетах на Краснознаменской й улице, где сидели руководители УВД Волгоградской области, пожимали плечами: «А что мы можем? У нас инструкций нет». Рэкет — слово, которое только-только проникло в обиход, — звучало дико, почти фантастически. Как будто речь шла о чём-то из американского кино, а не из жизни города на Волге, где вчера ещё пионеры маршировали на параде, а сегодня подростки с гантелями в подвалах качалок уже делили дворы на зоны влияния.
Единственной структурой, которая хоть как-то держала руку на пульсе, был КГБ. Там собирали досье на новых «хозяев» города: кто, где, с кем, за что. Фотографии, адреса, связи, привычки — кто любит выпить, кто держит нож под сиденьем машины, кто первым нажмёт на курок. Но после путча девяносто первого года, когда КГБ оказался под шквалом критики, многие из этих папок, по слухам, исчезли. Словно кто-то стёр память о тех, кого следовало помнить.
И вот тогда — в начале девяностых — в Волгограде появился Шестой отдел при УВД Волгоградской области.
Шесть человек.
Шесть человек против целого мира, который уже не играл по старым правилам.


Первые
Ниже приведены имена тех, кто стоял у истоков. Не все они доживут до того дня, когда их работа станет предметом книжных глав и журналистских расследований. Не всем из них повезёт дойти до пенсии в спокойном кабинете с портретом на стене. Но именно они — эти шестеро — были первыми.
Гаканов Александр. Один из тех, кто пришёл в Шестой отдел в самом начале, когда ещё не было ни отлаженной системы, ни базы данных, ни даже чёткого понимания, с чем именно предстоит работать. Гаканов был из породы оперов, для которых «разговорить» значило больше, чем «задержать». Он умел слушать. А в мире, где слово ценилось дороже пули, это было оружие не слабее табельного.
 
Щелоков Валерий. Человек, который знал город не по схемам и картам, а по запаху его подворотен. Щелоков пришёл в отдел с опытом уличной работы — из той школы, где учишься читать человека по тому, как он переступает порог: спокойно, или замирая, или бросая быстрый взгляд в сторону выхода. В девяностые годы этот навык стоил дороже любого аналитического отчёта.
 

Абрамов Валерий. Спокойный, методичный, не любивший громких фраз. Из тех, кто мог неделями вести одно дело, выстраивая цепочку от случайного свидетеля до организатора, и при этом не считал нужным рассказывать о своих успехах. В отделе, где каждый день приносил новое убийство или новую разборку, такие люди были фундаментом — незаметным, но без которого всё рухнет.
 
Новиков Сергей. Из поколения, которое пришло в милицию не за пайками и не за квартирами, а потому что иначе не умел. Сергей был из тех оперов, которые не уходили домой вовремя — не из геройства, а потому что дело не отпускало. Повернешься, и оно снова в голове: лицо, фамилия, номер машины, обрывок разговора.
 
 Мелихов Андрей. Его специфика была в том, что он умел работать с агентурой — а это ремесло, которому нельзя научить по инструкции. Либо ты чувствуешь человека, либо нет.
 
 

 



 Это время бездумных по своей жестокости разборок, в которых погибли десятки людей. Шла борьба за лидерство между наиболее влиятельными группировками. Город, вытянутый вдоль Волги, был поделен на зоны влияния: Центральный район — за Стариковым по кличке Казак, Красноармейский — за «нацменовскими» группировками, Спартановка — за «кастеринцами» и «соловьями», которые друг с другом жили в постоянном напряжении.
 Двадцать седьмого апреля 1993 года, в половине девятого утра, на седьмом этаже дома номер семь по улице Грушевской, тренер по греко-римской борьбе Виталий Стариков — Казак — посадил жену в лифт, махнул ей рукой и двинулся вниз по лестнице. На площадке между шестым и седьмым этажами его уже ждал человек в чёрном. Два глухих выстрела — и Казак упал, не успев понять, что произошло. Первое заказное убийство в Волгограде — или, по крайней мере, первое, о котором заговорили громко. Но об этом позже.

 


 

 


Это дело — а за ним другие, имена которых стали главами в книге: Сологубов, Зюзин и Субботин, расстрелянные у спортзала; Ямщиков, убитый в квартире на Комсомольской; Лапшин и Ванин, павшие у «Каштана»; Нестеров, застреленный тремя выстрелами на Канунникова; Галкин, погибший возле боксёрского мешка — все они легли в папки Шестого отдела. Все они стали делами, которые вёл Лукин и его товарищи.

 
 

 

 


   
 
 




 

 

 

 
 




 


 


 Все они — страницы книги, которую Лукин Виктор Александрович, полковник в отставке, много лет спустя напишет и назовёт так: «Кто убил Казака, не пощадил Кадина, кому перешел дорогу Деревянный», где представлены в том числе и репортажи с наиболее значимые мест убийств лидеров-авторитетов уголовно-преступной среды Волгограда.
1. Место убийства Казака. Утром 25 апреля 1993 года, около 8:30, на улице Грушевской, 7
2. Место расстрела боксеров чеченцами (Дом офицеров, кафе «У каштана»). В ночь с 4 на 5 июля 1993г
3. Место убийства Сологуба в бане на песках как заказчика убийства Казака. 16 июля 1993
4. Место убийства Зюзина около спортзала Казака «Юность». 19 января 1994г.
5. Место убийства дочери Мартиросян, тестя и тещи. В ночь с 21 на 22 октября 1994 года.
6. Место убийства Нестерова. 14 ноября 2001 г.
7. Место расстрела авторитета Деревянного (Птичий рынок) 3 сентября 1997 года
8. Место покушения и убийства Мартиросян Вагинака (16 июля 1998г.). Убийство тещи, тестя и дочери Мартиросян на Раздольной, 17(19.10.94)
9. Место убийства Вора в Законе Захара. 2 июля 1998г.
10. Место покушения на Анатолия Рогова (Дом Печати) в марте 2004 года на улице Коммунистическая у «Царицынского пассажа»
11. Место убийства Галкина. 26 октября 2009 года
12. Место убийства Вора в Законе Эльдара Квачахия (Детский сад «Олимпия»). 14 мая 2008 г
13. Место убийства Кадина (Ресторан «Фасоль») 18 августа 2011 г.
14. Место убийства авторитета Сергея Брудного (Кафе «Маруся»). 21 мая 2014 г.
15. Убийство авторитета Юрия Иванова (Ресторан «Гелидор») 28 августа 2018 г