Природа. Охота. Лес

                Досуг, свободное время.
Его, свободное время мы проводили по разному. Кто то бродил по окрестностям с
ружьем за плечами, кто то допоздна, а то и до утра засиживал за картами, а кто то
просто проводил свободное время в первопрестольной.
И конечно же хочется ещё раз сказать об охоте.

Поклонников прекрасной Дианы среди нас было предостаточно.
Я это дело знал ещё с детства, имел одностволку, кое какой опыт и трофеи и был очень
начитанным в этих вопросах. Шутка ли - с малых лет собирал и покупал книги на охотничьи
темы. К этому времени мне знакомы были Аксаков, Арсеньев, Арамилев, Шахов, Перегудов,
Тушкан, Саулин, Зворыкин, Герман, Пермитин, Перегудов, Туров и многие другие, известные

охотничьи писатели. Иван Арамилев. Его книги: В лесах Урала, Юность Матвея, Записки
охотника были пожалуй самыми любимыми книгами моего охотничьего детства. Как же я
зачитывался ими. Читал я, конечно, и Фенимора Купера с его Зверобоем и Следопытом.
Нравилось наверное, конечно интересно. Но с каким удовольствием я читал книги нашего
Арсеньева и Федосеева про путешествия, исследования Дальнего Востока. И Дерсу Узала

Арсеньева и Улукиткан Федосеева нисколько не уступают героям Фенимора Купера. Дальний
Восток. Этот восточный форпост нашей страны. Мне всегда очень нравились те места.
Уссури, Владивосток, Спасск Дальний, Амур - эти названия были знакомы с детства и
манили своей таинственностью,
неизведанными тропами и нехоженной дальневосточной тайгой.
Может все пошло от отца, который там служил лет 5 или 6 и так красочно все
 
рассказывал о тех местах. В этих вопросах я все таки патриот наших, родных мест,
наших писателей, наших книг и героев. И мне всегда намного больше нравился наш
среднерусский тетерев, отшельник глухарь или лесной кулик - красавец вальдшнеп
по сравнению со всякими, "не нашими", экзотическими птицами. Что может сравниться
с красотами среднерусских равнин и полей, с великолепием Байкала, Валдая и Селигера,

с таинственной прелестью белорусского и украинского Полесья, водными просторами
Волги, Лены и Амура. Какие заграницы могут заменить это. А теперь и наш Крым.
И есть ли больше радости и наслаждения чем просто посидеть в осеннем, золотистом
лесу на простом, замшелом пне. Ноги приятно гудят от усталости, еще не остывшее
ружье висит на суку дерева стволами вниз, а на удавках болтается тетерев и пара
 
лесных куликов - вальдшнепов. Или какое незабываемое впечатление оставляет случайная
встреча на лесной тропе с великаном лосем, истинным хозяином и старожилом подмосковных
лесов. Все это я испытал и в детстве, а затем и в прекрасных местах нашего Подмосковья.
Не бросаю это увлечение и сейчас и поддерживаю постоянную связь с охотничьей
редакцией "Охотничьих просторов".

А в то время этим прекрасным увлечением я "заразил" своих последователей. Валера
Васюков, Вадька Перцевой, Петька Коптюх, Валера Красносельский - все они с моей
подачи побежали за ружьями и стали настоящими охотниками. Как то, помнится,
пошли осенью на очистные, в сторону Наро Осановских прудов - Валера Васюков, Вадим
Перцевой и я. У всех ружья за плечами. В тех болотистых местах, вблизи очистных и по

берегу реки Нары всегда водилось много болотной дичи - бекасы, другие кулики и прочие
обитатели болот. Впереди над небольшим водоемчиком взлетела стайка куликов, штук,
наверное, двенадцать. Валерка и Вадим выстрелили почти дуплетом. Из стайки вывалились
и упали на воду три подбитых куличка. Кто из них сколько сбил, так и не разобрались. Я
шел немного сзади, поэтому и не стрелял. Правда из этих мест и у меня имеется памятное

событие - там, на берегу Нары, я впервые взял бекаса влет. Именно влет, так как бекаса,
собственно и стреляют только влет. А как летает бекас охотники знают, сплошные зигзаги
повороты и виражи. На земле, в траве его очень трудно приметить. На вечерних засидках
на болоте много садится всякой болотной дичи. А вот бекаса на таких охотах никогда не
встречал. Поэтому и остались в памяти эти интересные места и прекрасные охоты.

Но были и асы охотничьего дела и без моей подачи. Саша Раутбарт. Он был старше нас
на два выпуска, работал на пульте главным оператором. Как сейчас помню, - красивый
осенний лес где - то там, за прудом и тихий, нежный, ни с чем не сравнимый, свист
рябчика. Вот тогда то Саша и преподал уроки этой классической охоты на рябчика с
манком. После некоторой переклички Саши манком с рябчиком, а им он владел

мастерски, рябчик вспорхнул где - то рядом в ветвях дерева. И здесь я увидел, что
такое настоящая стрельба навскидку. Охотники знают этот прием стрельбы. Резкое
вскидывание ружья и в момент, когда стволы наведены на цель, палец жмет на
спусковой крючок. Вот это все блестяще и продемонстрировал Саша Раутбарт.
Потом, после окончания им ВКА, я встречался с Сашей. Мы тогда были уже старшими

офицерами. Он вернулся в ПРО, а меня судьба забросила опять в ПВО. Или еще
воспоминания из охотничьих походов. Тяга вальдшнепа. Одна из самых романтических
и любимых видов охоты. Прекрасно описана в романе Л.Н.Тостого "Война и мир".
Прекрасно тянули вальдшнепы и в наше, лейтенантское время , в близлежащих от
стройки лесах. Совсем рядом с городком. Зайди за линию возле строителей в лес и...

и прекрасная тяга. Надо просто искать березовый лес, а в нем искать просеки.
Как здесь не вспомнить своего первого вальдшнепа, взятого еще совсем мальчишкой на
вечернем перелете уток , когда я стоял на маленьком болотистом, осеннем пруду со своей
ижевской одностволкой. Вроде на утиных перелетах не стреляют вальдшнепов. А вот мне
довелось и помню все как было до мельчайших подробностей. Позже я нашел описание

такой охоты в одном из номеров "Охотничьих просторов", которые я читаю и собираю с
самого раннего детства и до сих пор. Вспоминаю эти свои детские охоты. Ибо как еще
назвать охоту, когда тебе лет 14, но уж еесть настоящее ружье и ты охотишься на самую
настоящую дичь. Да еще какую? Вальдшнеп - красная дичь, королевская дичь. Птица,
описанная классиками мировой литературы. Естественно, никакого охотничьего билета

у меня не было, кто ж его выдаст пацану 14 лет. Приходилось ходить без билета. Ружье
разбирается, приклад и цевье прячется под одежду, а ствол одностволки несется или в
руке, или так же где нибудь прячешь. И так до ближайшего леса или поля. А там уже
полностью собираешь и закладываешь патрон. Правда иногда уходил так рано, что и
прятать нечего, кто тебя увидит в часов 5 утра. Так вот о вальдшнепе. Как то раз, ещё

в детстве, я охотился на вальдшнепа на"грязи", как потом я вычитал, называется такая
охота. Вечером, уже в начинающихся сумерках, стоял на берегу небольшого пруда, в
камышах. Ждал вечернего перелета уток. Утки еще не пролетали, а на моем болотистом
водоемчике вовсю вовсю продолжалась болотная жизнь - то болотная курочка прошмыгнет,
то еще какой нибудь болотный куличок посетит это место. Иногда постреливал и в сумерках

искал свои трофеи. И вот здесь то и посетил мое укромное болото какой то большой кулик,
намного больше бекаса или погоныша. Здесь я, конечно, не промахнулся. Вот это и был мой
первый вальдшнеп. Потом были, и на вечерней тяге, и пролетные осенние. А это был
трофей именно на болоте во время вечернего, утиного перелета. Как оказалось, эта охота
существует и прекрасно описана в охотничьей литературе. Потом шагаешь в сумерках домой,

а на поясе болтается настоящая дичь - болотные кулички, курочки. И настоящий вальдшнеп.
Ружье уже не прячешь и приходишь домой как настоящий охотник. Эх, когда это было? И
охота, и природа, и лес - кто заронил в мою душу эти несравненные прелести детства. Вроде
из моих близких никто не занимался охотой. Разве только один из братьев отца.
Но он жил совсем в другом месте и виделись мы не так часто. Как то вечером я встретил двух

знакомых, которые вернулись с вечернего перелета уток. Один из них был без дичи, а
у другого (из известной охотничьей семьи Драчуков), на удавке болтались две утки.
Может после этого и меня заманили к себе и бескрайние поля, и тихие, вечерние болота,
на которых кипит своя жизнь и на которых так романтично постоять с ружьем в руках.
Или может все пошло от книг, от того изобилия охотничьих книг, которые я читал с

самого раннего детства. Читал и покупал  в магазине нашего военторга. А может и
от известного радио журнала "Родная природа", который я с таким упоением слушал тогда.
Помнится уже в начальных классах школы №8 я удивил своих сверстников и учителей, когда
нам задали писать сочинение на вольную тему. Вот я очень красочно и поэтично и описал
одну из классических охот - охоту на селезня с подсадной уткой. Но все таки самые яркие

воспоминания о природе, о настоящей дичи у меня связаны пожалуй с деревенской пасекой,
которая располагалась среди поля в старом, фруктовом саду с грушами и яблоками огромных
размеров и непередаваемого вкуса. И ко всему этому настоящий, липовый мед в любом
и неограниченном количестве. Была там и сторожка, а затем и отличный рубленный домик, в
котором и правил пасечник - мой дед по матери. Была там для охраны и
прекрасная ижевская курковая одностволка, с которой я впервые самостоятельно вышел в
близлежащие места с полями, с утиными болотами и озерами, с дикими голубями
на электропроводах. Видимо все это вместе соединилось в моем воображении и в голове.

Далее пошло все своим чередом - и своя первое ружье - настоящая одностволка,
которую купил на сэкономленные и частично заработанные деньги, и снаряжение патронов,
начинку к которым покупал в охотничьем магазине на улице Кима, что возле нашей третьей
городской школы. Покупал все сам - пыжи, прокладки, капсюли, дробь, гильзы. А для полного
снаряжения охотничьих патронов, как картонных, так и металлических, имел и

обязательный Барклай, и закрутку для снаряженных папковых гильз, и все остальное для того,
что нужно для зарядки охотничьих патронов. Вот только охотничий порох в магазине не
отпускали по причине моего возраста. Поэтому приходилось у кого то просить, чтобы купил
одну 200 граммовую банку бездымного "Сокола", которой хватало ровно на сто патронов
16 калибра. Все это было и все осталось в памяти.