Два вождя Александр Керенский и Владимир Ульянов

Александр Керенский и Владимир Ульянов-Ленин, мы привыкли их противопоставлять: вождь либерального периода Смуты 1917 года и вождь победившей диктатуры большевиков. А между тем у них поразительно много общего. Володя Ульянов в 1879 – 1887 годах учился в Симбирской классической гимназии, директором которой был Фёдор Михайлович Керенский, отец Саши Керенского. Саша, в свою очередь, родился и жил в этой гимназии в директорской квартире с 1881 по 1889 годы. Илья Николаевич Ульянов в это же время пребывал в должности инспектора, а впоследствии директора народных училищ Симбирской губернии. Семьи Керенских и Ульяновых поддерживали знакомство, хотя видимо нереально предполагать общение между мальчиками; Володя на одиннадцать лет старше Саши – слишком большая разница в возрасте в детские годы. В 1887 году, уже после того как был арестован и казнён Александр Ульянов, Ф.М. Керенский дал брату революционера Владимиру Ульянову положительную характеристику для поступления в университет. Оба наших героя окончили гимназический курс с золотой медалью и в дальнейшем получили юридическое образование. И наконец, день рождения Александра Керенского 22 апреля по старому стилю совпадает с днём рождения Ильича 22 апреля по новому.

…
Илья Николаевич Ульянов, будучи сыном бывшего крепостного крестьянина, дослужился до чина действительного статского советника, который в Табели о рангах соответствовал военному чину генерал-майора и давал право на потомственное дворянство. Мать будущего вождя — Мария Александровна, шведско-немецкого происхождения по матери и, согласно архивным документам Святейшего синода, еврейского — по отцу. Отцом матери Ленина был еврей, принявший православие, Александр Дмитриевич Бланк. До 1990 года подлинные документы о национальности Бланка были строго засекречены и упоминание о еврейском происхождении Бланка в СССР не допускалось.

В 1870 году у Ульяновых родился сын Владимир, него было пятеро братьев и сестер, двое старших и трое младших.

На популярной детской фотографии – это милый кудрявый мальчик.

Володя поздно начал ходить, голова его, вероятно, сильно перевешивала туловище, потому что при падениях он обычно ею сильно ударялся. Родители опасались, что это отразится на его умственных способностях. Акушерка, принимавшая у матери роды, говорила: «Либо очень умный, либо очень глупый выйдет».

Старшая сестра Анна пишет в своих воспоминаниях о братике:

«Игрушками он мало играл, больше ломал их. Так как мы, старшие, старались удержать его от этого, то он иногда прятался от нас. Помню, как раз, в день рождения, он, получив в подарок от няни запряженную в сани тройку лошадей из папье-маше, куда-то подозрительно скрылся с новой игрушкой.

Мы стали искать его и обнаружили за одной дверью. Он стоял тихо и сосредоточенно крутил ноги лошади, пока они не отвалились одна за другой.

… Володя любил петь: слух и способности к музыке у него были хорошие. Но и тут он не всегда утихомиривался. Меньшой братишка Митя в возрасте трёх-пяти лет был очень жалостливый и никак не мог допеть без слёз «Козлика». Его старались приучить, уговаривали. Но только он наберётся мужества и старается пропеть, не моргнув глазом, все грустные места, как Володя поворачивается к нему и с особым ударением, делая страшное лицо, поёт:  «Напа-али на ко-озлика серые волки…»    Митя крепится изо всех сил.

   Но шалун не унимается и с ещё более трагическим видом, испытывая брата, поёт: «Оста-авили ба-абушке ро-ожки да но-ож-ки», пока малыш, не выдержав, не заливается в три ручья. Помню, что я ссорилась из-за этого с Володей, возмущаясь, что он дразнит маленького».

В пять лет он выучился читать, затем был подготовлен к гимназии и девяти с половиной лет пошел в первый класс. По свидетельству одноклассников гимназист Владимир Ульянов ни в младших, ни тем более в старших классах, никогда не принимал участия в общих детских и юношеских играх и развлечениях, держась постоянно в стороне от всего этого. Гуляя даже во время перемен, Ульянов никогда не выпускал из рук книжки и, будучи близорук, ходил обычно вдоль окон, весь уткнувшись в свое чтение. По характеру своему он был до чрезвычайности скрытен и в товарищеских отношениях холоден: он ни с кем не дружил, со всеми был на „вы”.

В отличие от большинства своих современников, Володя Ульянов не выказывал никакого интереса к общественной жизни, одним словом был идеальным гимназистом, получал отличные оценки практически по всем предметам, включая закон Божий и поведение. Ничто в эти годы не изобличало в нём будущего революционера; напротив — многое свидетельствовало о том, что он пойдёт по стопам отца и сделает успешную служебную карьеру.

…
Дед будущего председателя Временного правительства служил священником в селе Керенка в Пензенской губернии. Младший сын отца Михаила Керенского Федор, хотя и окончил с отличием Пензенскую духовную семинарию, священником не стал. Проработав шесть лет в духовном и уездном училищах, он получил высшее образование на историко-филологическом факультете Казанского университета и затем преподавал русскую словесность, педагогику и латинский язык в различных учебных заведениях Казани.

Там же Фёдор Керенский женился на Надежде Адлер, по отцовской линии она была дворянкой русско-немецкого происхождения (опять совпадение, как и у матери В. Ульянова – немецкие корни!), а по материнской — внучкой крепостного крестьянина, который ещё до отмены крепостного права сумел выкупиться на волю и впоследствии стал богатым московским купцом. Он оставил внучке значительное состояние.

Когда Ф.М. Керенский получил назначение на должность директора Симбирской мужской гимназии, то через два года, в 1881 году в семье Керенских родился сын Саша, до него в семье появились три дочери.

Долгожданный сын рос мальчиком балованным, пользовался исключительной любовью родителей. В детстве Саша перенёс туберкулёз бедренной кости. После операции полгода он был вынужден провести в постели, и затем долгое время не снимал с ноги конструкции, похожей на металлический, кованый сапог с грузом. По воспоминаниям самого Керенского, он с трудом преодолел этот период, но зато пристрастился к чтению, склонность к чему сохранил и в дальнейшем, и во взрослой жизни. К 1887 году болезнь отступила.