Влажные мысли и ходячие мертвецы

Эпиграф

Мужчина редко понимает, как много значит для него близкая женщина. Во всяком случае, он не ценит её по-настоящему, пока не лишится семьи. Он не замечает тончайшего, неумолимого тепла, которое создаётся самим присутствием женщины в доме, но стоит этому теплу исчезнуть, как в его жизни образуется пустота, и он начинает смутно тосковать о чём-то, сам не зная, чего именно ему недостаёт.

Джек Лондон

Предисловие

Женщины — это то, что возвышает. Звучит чересчур банально и на первый взгляд просто, но у этого есть гораздо более глубокое ДНК.

ЛСП не очень хорошо относится к слабому полу, но и сами его представительницы, по моему мнению, нередко обесценивают себя. Огневой налёт — вот что будет вас раздражать. Женственность же — это святой ангел с крылышками, который сам как будто уже не принадлежит человеческому миру, а находится на совершенно другом уровне, восходя к грани чистой, новой искренности.

Джей Гэтсби затевает все свои труды ради одной-единственной женщины. У меня серьёзные проблемы в отношениях, и я никого не привлекаю, поэтому и привожу этот довод: моё трудолюбие никто не замечает. Я читаю и пишу, но меня считают самоучкой, которая сутками занимается бредом и думает только о том, почему у кореянок восемьдесят пять процентов девушек ходят в очках.

Такая у меня репутация, и ничего с этим сделать невозможно.

Поэтому прошу не видеть в этой выблеванной посредственности, в прямом смысле, близорукого и плохо видящего человека, а также не принимать её за какой-то примитивный зомби-апокалипсис.

Это прославление моей собственной девушки, которая ещё не столкнулась с моей реальностью. Это та самая истинная девственность.

И обычно именно из этого рождаются истинные шедевры.

1

Кок-Тобе было переполнено ходячими мертвецами. Как раз во время телевизионных эфиров они врывались туда и пугали окружающих. На Арбате больше не было играющих музыкантов, а курильщики остались без своих сигарет, потому что бутики закрылись. Некоторые обезумевшие команды пытались ломать перекладины, за которыми скрывался заветный яд. Они добивались своего, но после этого их съедали, и они сами превращались в таких же мертвецов. В общем, массы людей оказались втянуты в зарождение нового порядка.

Ночи были холодными, а эфиров больше не было.

Интернет заблокировали, и узнать обо всём происходящем можно было только из российских телепередач.

Жансулу. Жансулу, каналья, чёрт побери, как же её фамилия? Ах да, Сорсенова.

Никто не знал, что произойдёт через пару часов. Да и вообще, никто не имел ни малейшего представления о том, что будет дальше. В любой момент мог оторваться тромб — и всё.

Так вот, она надела свои очёчки. Странно: это были линзы, причём ни с минусом, ни с плюсом. Я никогда не понимал людей, которые носят очки ради эстетики.

Она была среднего телосложения, но от неё исходил непонятный, словно истраченный множеством светотеней, блеск воспитанности.

А говорить о её внешности мы не будем. Это и так понятно из приведённого географического пространства. Включите воображение.

Выйдя на площадку, она села на качели и начала раскачиваться. Конечно, на неё накричали, и, с заплаканными глазами, она пересела.

К перекурам она не привыкла, поэтому просто смотрела на листики.

В общей сложности мы всегда думаем о себе. И это глупо. Зайдя в магазин и купив торт, она съела его целиком, потому что поругалась с мамой. А почему?
— У тебя экзамены.


— Конечно, я знаю. Но я тоже хочу любить.

— Ты провалишь его.

— Да плевать! Я хотела. Он хороший, он филолог.

— А как он деньги-то зарабатывать будет?

Вкусные изделия делают в Кыргызстане. Ой, какие вкусные!

Она вернулась домой и уснула, ни с кем не обломившись.

2

На следующее утро она не пошла в колледж. Её паренёк обидел её, и по этой причине она просто не явилась на пары. Родители были на работе, а она думала, что кто-нибудь её спасёт. Но это чувство обманчиво и всегда ведёт к самопогублению.

Это было чистое чувство утраты. Меня искренне привлекает, когда из-за проблем с теоретическим экзаменом человек может закрыться в себе. Для девочки это мило.

А меня больше ничего не сдерживает, и мне абсолютно нечего терять. У меня отняли всё, что было на небесах, за один день: и деньги, и семью, и будущее.

Но это неважно. Она красива, и ей, как самой обычной девчонке, можно написать СМС.

Проклиная своего отца, я набирался опыта. И без привычной производительности во мне копится столько злости, что меня не остановит никто в мире.

В ней так много влажных мыслей и соплей, которые однажды застынут на её милом личике.

В моей просфоре выветрилось только одно:

«Будь в гневе, когда твой гнев праведен. Считай проклятие, если оно движет тобой, как подъёмный кран. Будь в безденежье, если это твоя личная роскошь, к которой ничто не подступится».

Ей было жалко разбитого электрического чайника. В порыве негодования она сломала маникюр на одном ногте, проковыряла им маленькую царапину, отряхнула жирные волосы, потому что не мылась уже целый день.

Она быстро взглянула в окно седьмого этажа и увидела то, что мы уже описывали.

Для неё это стало потрясением. Началась истерика микроскопического масштаба. Она кричала, её голосовые связки словно перетянули тугой верёвкой. Она била себя кулаками по рукам и еле-еле успокоилась, только когда на коже уже проступили синяки.

Затем она приготовилась печь свой пирог.

А в это время эти исчадия поднимались на собственных трепещущих ногах, с истинно поэтической грацией, беспрестанно позируя, словно для фотосессии.

Она занервничала, и несколько волосков выпало из её пряди прямо в приготовленное и тщательно перемешанное тесто. Когда всё испеклось, она швырнула пирог в толпу, после чего ринулась в другую сторону и упала, став тем, чем была.

Обыкновенным человеком со своими проблемами — такими, которые страшнее самых вредоносных монстров.
Всё пошло так, как и было. Всё перестроили, и снова заиграла эта бешеная методичность человеческого пресыщения, не замечающая чужой скорби.

Думая, что никого не найдёт, сосредоточившись на себе, изменившись и встретив человека, который полюбил её, Жансулу стала счастливой. Но она сделалась слишком капризной. Поэтому её переменчивый партнёр, бывшая спасительница, съехал из квартиры, пока она не остепенилась и её идиотическая эстетичная юность не сменилась детскими пелёнками.

Традиция человеческой мечтательности превращается в трагедийность.

И предположить было нельзя, что этот скороспелый мальчик с университета окажется таким жестоким.

Каждый из нас — беспонтовый чебурек, кем бы ты ни был. Всё равно придёшь к своему закату, а там — только однообразие и без восемнадцати плюс.