Золотое яичко XXI века

Снесла золотое яичко

По материалам газеты «Аргументы и факты»

Южноафриканская писательница Корал Харт за двадцать месяцев с помощью искусственного интеллекта подготовила и выпустила 371 книгу. Этот факт интересен не только впечатляющим количеством публикаций, но и тем, что ещё недавно подобные результаты казались фантастикой.

На наших глазах искусственный интеллект из вспомогательного инструмента превращается в полноценного участника творческого процесса. Как паровая машина изменила промышленность, а компьютер преобразил экономику и коммуникации, так ИИ меняет представления о создании текстов.

371 книга за 20 месяцев. Ещё вчера это казалось фантастикой, сегодня это статистика.

Оценивать художественную ценность таких произведений предстоит читателям. Однако сам факт показывает, что новая технологическая эпоха уже наступила.

Книга рекордов Гиннесса фиксирует достижения человека. Похоже, скоро ей придётся учитывать достижения человека вместе с ИИ.

Алиса
Вы затронули очень актуальную тему, которая действительно вызвала резонанс в СМИ. Я подобрала для вас ключевые факты об истории с Корал Харт и разобралась, почему эту историю иногда образно называют «золотым яичком» XXI века.

История Корал Харт
Южноафриканская писательница под псевдонимом Корал Харт с февраля 2025 года активно использует искусственный интеллект для создания книг. За 20 месяцев она выпустила 371 роман.

Как устроен её рабочий процесс:
Идея и структура. Сюжет, персонажей и план глав она продумывает сама.
Генерация черновика. Нейросеть создаёт базовый текст примерно за 45 минут.

Редактирование.
Первый черновик прогоняется через ИИ для улучшения структуры, а затем ещё раз — для устранения логических нестыковок и «провисших» мест.
Финальная вычитка. Человек-корректор окончательно редактирует текст, убирая «следы» работы ИИ.

Результаты:
По её оценкам, было продано более миллиона экземпляров в цифровом, печатном и аудиоформатах.
Одна из книг попала в топ-100 бестселлеров Amazon.
С начала 2026 года доход писательницы превысил 1 миллион долларов.
 
Почему это называют «золотым яичком»?
Метафора здесь в том, что нейросеть, как мифологическое золотое яйцо, стала источником огромного богатства — в данном случае финансового. Раньше создание книг было долгим и трудоёмким процессом, требовавшим таланта и времени. Теперь же ИИ позволяет генерировать объёмный контент с высокой скоростью, что и сравнивают с «высиживанием» огромного количества произведений.

Реакция и дискуссии
История вызвала бурную реакцию. С одной стороны, это демонстрация возможностей ИИ в творчестве и доказательство того, что новые технологии могут радикально менять индустрию. С другой — породила споры о качестве литературы, авторских правах и будущем профессии писателя. Некоторые критики указывали на риски появления большого количества шаблонных и поверхностных текстов.

Таким образом, «золотое яичко» — это яркий образ, отражающий масштаб перемен, которые ИИ приносит в такие сферы, как литература. История Корал Харт — лишь один из первых и очень показательных примеров этого тренда.

Вопросы к Алисе:

Какие ещё писатели используют ИИ для создания книг?

Как общественность реагирует на использование ИИ в литературе?

Какие риски связаны с использованием ИИ в писательстве?

Алиса
Отвечу по всем трём пунктам — материалов по этой теме накопилось много.

Писатели, которые работают с ИИ
Самые разные — от экспериментаторов до признанных классиков:

Павел Пепперштейн — одним из первых выпустил сборник «Пытаясь проснуться» (2022), где половину рассказов написала нейросеть, обученная на его собственных текстах, а читатель должен угадывать, где чей текст.
 
Риэ Кудан — японская писательница получила престижную премию Акутагавы за роман «Токийская башня сочувствия» и прямо на сцене поблагодарила ChatGPT, «написавший» около 5% текста. Жюри этих фрагментов не заметило.
 
Русскоязычные авторы — в сборнике «Механическое вмешательство» (2024) 16 писателей (Татьяна Толстая, Яна Вагнер, Алексей Сальников, Ксения Буржская) экспериментировали с YandexGPT. Вагнер использовала модель для проверки фактуры и атмосферы, Толстая, по её признанию, «поругалась» с машиной и часть рассказа дописала сама. Буржская вообще чаще всех делится опытом: доверяет нейросети структуру сцен, описания персонажей, ресерч.
Антон Платунов и Андрей Глебов — авторы «Литрес: Самиздата» написали с ИИ роман «Скайнет в эпоху киберпанка».
 
Шэнь Ян — китайский профессор выиграл конкурс фантастики рассказом «Страна воспоминаний», созданным с помощью 66 запросов к нейросети в стиле Кафки.
 
Бен Лернер — американский писатель использовал ИИ для завершающих абзацев эссе в Harper's Magazine.

По данным опроса «Литрес», ИИ при написании книг используют более половины digital-авторов, хотя вслух об этом говорят немногие.

Как реагирует общественность
Реакция поляризованная, и накал с каждым годом растёт:

Отношение мастеров пера. Сергей Лукьяненко считает, что авторы книг «с помощью нейросетей» не должны получать литературные премии: «Это уже не литература».

Гришковец, наоборот, пишет ручкой на бумаге, но признаёт, что отличить нейронную книгу от «живой» не сможет даже опытный глаз.

Скандалы с премиями. Роман канадского писателя Тэлисона Орельена исключили из лонг-листа Гонкуровской премии после обвинений (по данным детектора Pangram) в почти полностью ИИ-написанном тексте. Писатель все обвинения отверг, а издательство встало на его защиту.
А рассказ Яны Вагнер, написанный с участием ИИ, получил премию Катаева — что вызвало неоднозначную реакцию сторонников «чистоты» творчества.

Коллективный протест. Более 10 тысяч англоязычных авторов выпустили книгу без текста — только с именами участников — под названием «Не крадите эту книгу», протестуя против обучения ИИ на их произведениях без разрешения.
Ещё раньше 8000+ писателей (Маргарет Этвуд, Сьюзен Коллинз, Джеймс Паттерсон) подписали открытое письмо к главам OpenAI, Google, Meta и Microsoft с требованием уважать авторские права.

Суды. Джон Гришэм, Джонатан Франзен, Майкл Коннелли и другие именитые авторы подали коллективные иски против OpenAI и Microsoft за использование их книг при обучении моделей.
А читатели — голосуют рублём. Парадоксально, но, как показало расследование Вадима Нестерова, читатели массово поглощают сгенерированные книги и просят ещё. При этом две трети опрошенных авторов сомневаются, что компьютер создаст качественную литературу без человека.

Риски использования ИИ в писательстве
Здесь рисков несколько уровней — от бытовых до юридических:

Правовая неопределённость с авторством. По российскому праву автором может быть только человек с творческим вкладом; текст, сгенерированный ИИ целиком, может вообще не охраняться авторским правом — и тогда его сможет свободно использовать любой конкурент. Ответственность за нарушение чужих прав несёт не нейросеть, а тот, кто применил её результат.

Непреднамеренное заимствование. Модель, обученная на чужих книгах, может воспроизвести узнаваемый стиль, персонажей или даже целые фрагменты — и «я не знал» не спасёт от претензий правообладателя.
 
Подделки под чужое имя. Показательный кейс: писательница Джейн Фридман обнаружила на Amazon шесть книг, подписанных её именем, но созданных ИИ. Известны и случаи появления «клонов» на Amazon через месяц после выхода оригиналов.

Галлюцинации и ошибки. ИИ может уверенно выдавать недостоверную информацию и фактические несостыковки, которые в художественной прозе не всегда заметны.
 
Обезличивание стиля. Генеративный текст «ровный, как автомат», унифицирует авторскую манеру — то же самое произошло бы, довери редактирование среднему редактору. Плюс риск «сигнатуры»: в романе Лены Макдональд читатели прямо нашли забытый промпт в тексте книги.

Экономическая угроза профессии. Под ударом в первую очередь гострайтеры, сценаристы и авторы шаблонной нишевой литературы; зато предсказывают рост тренда на аутентичность и востребованность индивидуальных авторских стилей.
 
Репутация. Даже признание «я использовал ИИ лишь для редактуры» уже бьёт по доверию к автору: аудитория склонна воспринимать такой текст как нейрогенерацию.
 
Кстати, забавный штрих к картине: итоговое резюме рисков в одном из источников сгенерировала сама нейросеть — так что вопрос «кто пишет о рисках ИИ» уже тоже частично риторический.