Просто любовь

     Впервые Любаша влюбилась ещё в садике. Её избранником был Вовка Шапарин, светленький  и тихий мальчик. Они ходили в одну группу и жили в соседних квартирах. Он отвечал ей взаимностью. А как же иначе? Ведь все её любили, и Вовка не мог быть исключением.

Когда Любаша впервые побывала в гостях у Вовки, то увидела, что его кровать стоит у той стенки, где находится  детская комната, которую она делила со старшими сестрой и братом. Вернувшись домой она потребовала, чтобы её постель передвинули поближе к Вовкиной, чтобы спать вместе.

Узнав о таком её поступке, Вовка преисполнился решимости жениться на Любаше.
- Только муж и жена спят рядом, - солидно объяснил он и, взяв её за руку, повёл к своей маме, чтобы объявить о своём решении.
Тётя Лида, Вовкина мать, и Любашина мама пили чай на Вовкиной кухне.

- Мама, - торжественно начал он, - я решил жениться на Любаше. Она меня любит и мы уже спим вместе.
Тётя Лида поперхнулась чаем и, прокашлявшись, сказала:
- А ты у тети Раи просил Любашиной руки? Может она не захочет свою девочку выдавать замуж за тебя?
- Ну почему же? - возразил Вовка. - Я буду хорошим мужем. Не пью, не курю, никогда девчонок не обижаю...

- Но у тебя нет работы! - нашлась Любашина мама. - Жену ведь кормит муж.
- Так мы же в садике едим, - резонно возразил Вовка.
- А ужин? Ужин где будете брать? Да и в выходные поесть захочется...
Вовка почесал затылок и беспомощно посмотрел на Любашу.
- А мне еды не нужно, - пришла она на помощь. - У меня плохой аппетит.
- Но у Вовки-то - хороший!

Любаша внимательно посмотрела на Вовку и впервые в жизни подумала, что любовь, оказывается престранная штука. Ты любишь человека просто так, а он, оказывается, кроме тебя, любит ещё и поесть.
В общем на  семейном совете было решено с женитьбой повременить.
- Хотя бы школу закончите, а там видно будет, - подвела итог тётя Лида и Любаша с Вовкой согласились. А что там школа? Подумаешь, какие-то десять лет! Для настоящей любви - один миг.

     Потом Вовкиного папу перевели в другой гарнизон и они уехали. Нельзя сказать, что Любаша сильно огорчилась. Конечно, она часто скучала без Вовки, но время шло и понемногу образ любимого потускнел в её памяти.

***
     Потом Любаша влюбилась в Давида. Он был младше её на два года и ниже на полголовы. Любаша ходила в детски центр на дзюдо, а Давид  в том же центре пиликал на скрипке. Давид тоже, видимо, крепко влюбился в неё, потому, что всегда дожидался окончания тренировки, чтобы вместе идти через пустырь.

- Ты будешь на мне жениться? - без обиняков спросила Любаша тяжело дыша и потирая свои ссадины, после очередного нападения дворовых мальчишек на её возлюбленного.
- А это обязательно? - поинтересовался Давид, выходя из-за кустов, где прятался, пока Любаша расправлялась с обидчиками.
- Ну, конечно. Мы так подходим друг другу. Ты маленький и слабый, а я тебя всегда буду защищать.

     Давид посоветовался с мамой и она уговорила его подождать с женитьбой до окончания музыкальной школы. Любаша с неохотой согласилась, хоть ждать нужно было всего четыре года.
Но после окончания музыкальной школы Давида увезли в Москву поступать в консерваторию, а взять Любашин адрес он не догадался.

***
     Следующую любовь Любаша встретила в институте. Роман с Ромой вспыхнул и разгорелся с такой силой, что Любаша чуть не вылетела из института.
- Вы, Вострякова себе отчёт отдаёте, куда скатились!? - орал декан на исхудавшую Любашу. - Вы были гордостью факультета. Мы прочили вам блестящее будущее... И что теперь? Вы чем думаете, чем занимаетесь?
Не могла же Любаша рассказать ему, что Рома не сдал ни одного курсового и ей пришлось после ночного дежурства в больнице скорой помощи ещё и писать за него работы.

     К выпускному Любаша была уже беременна, но всё же сдала гос.экзамены и готовилась  к будущей свадьбе.
На ночном дежурстве она  хлопнулась в обморок и фельдшер Антон отправил её домой:
- От греха подальше. Выглядишь - страшнее атомной войны. Довела себя - днём учёба, ночью дежурство. Не заболела ли часом? Ты бы, Люба, обследовалась, что ли.

Пока Любаша лежала в больнице и пыталась сохранить беременность, Рому за неуспеваемость исключили из вуза и он уехал в свой Зажопинск, чтобы навсегда исчезнуть из её жизни.
Она родила дочку и от отчаянья назвала её Надеждой.

     Дальше с любовями как-то застопорилось. Не до этого было. Растила Надюшу и, усердно работала. Своим трудолюбием и внимательным отношением заслужила такое уважение окружающих, что  незаметно даже для самой себя превратилась в Любовь Леонидовну.

***
     С Владиславом Васильевичем  познакомилась, когда его назначили главным врачом в  поликлинику, где она работала заведующей терапевтическим
     По вступлении в должность  он собрал весь персонал в конференц-зале и произнёс  малопонятную речь, сплошь состоявшую из трескучих слов. Дамы встретили завершение речи жидкими аплодисментами, а мужики - враждебным молчанием.

- Ишь, щелкопёр какой, - шепнул на ухо Любови Леонидовне Иван Борисович, уролог, давно перешедший порог пенсионного возраста.
- Демагог, - шепнул в другое ухо моложавый кардиолог Виталий Петрович, который сам было мечтал стать главным, но не срослось.

Она ничего не сказала. Ей хотелось побыстрее домой, потому что Надя тяжело болела ангиной и она мысленно перебирала все возможные препараты, которые могли бы облегчить течение болезни. Потому  обрадовалась, когда Владислав Васильевич пообещал продолжить знакомство с каждым индивидуально, чтобы устанавливать более близкие отношения, и собрание закончилось.

     Пока Любаша боролось с Надиной ангиной, в поликлинике закипели нешуточные страсти.
Новый главврач стал знакомится со всеми индивидуально. Он поочерёдно вызывал в кабинет кого-нибудь из персонала, в основном помоложе и женского пола. С некоторыми знакомился довольно бегло и молоденькие, неопытные врачихи выскакивали оттуда, как ошпаренные. С некоторыми знакомство затягивалось. Иногда на несколько посещений.

Штатное расписание стало обновляться с бешеной скоростью, в результате чего Иван Борисович был молниеносно уволен, а Виталия Петровича должны были перевести в урологи, но он сам поспешил уволиться. Одна Любовь Леонидовна никак не удостаивалась индивидуального знакомств
- Ой, Любка, берегись, это неспроста, - подзуживала Таисия Ивановна, работавшая офтальмологом. - Ты баба видная, умная, красивая. Что-то здесь не так... Обкладывает...   

Но Любашу это мало волновало. Она себя чувствовала уверенно, все коллеги её уважали за трудолюбие и обширные познания, пациенты просто обожали. И у неё всё шло в обычном режиме.

     Новогодний корпоратив Владислав Васильевич начал с того, что назначил Любовь Леонидовну королевой бала. Все шумно поаплодировали, а Таисия Ивановна торжествующе сказала: - Я права! Теперь держись. Он тебя добивается.
- Не выдумывай, - дёрнула плечом Любаша. - Случайность выбора не может быть доказательством...
Таисия противно хихикнула и пошла танцевать.

Владислав Васильевич пригласил Любашу. И странное дело. Он был внешне хорош, как могут быть хороши мужчины в зрелом возрасте, танцевал превосходно и умело вёл партнёршу среди танцующих пар, но когда он нечаянно прижимался к её телу слишком близко у Любаши возникало какое-то чувство... Похожее на отвращение или гадливость.

Но он  всё приглашал и приглашал. Вскоре уже никто другой не мог подойти, чтобы хотя бы парой фраз переброситься. Любаша почувствовала себя раздавленной и тихонько улизнула пораньше.
- Это всё Таська виновата,- думала она, поскрипывая сапожками по заснеженному тротуару. - Болтает невесть что, и подтекст какой-то гадкий.

     После праздников она удостоилась приглашения на индивидуальную беседу. Тщательно приготовилась. Собрала всю статистику по пациентам, сгруппировала положительные и отрицательные результаты. Пронумеровала все замечания и предложения по работе, в зависимости от их значимости.

В кабинете её ждал стол с шампанским и фруктами.
- За БЛИЗКОЕ знакомство, - многозначительно провозгласил Владислав Васильевич,закрыв дверь на ключ и наливая шампанское...

Из кабинета она выскочила, как ошпаренная и, придерживая халат, закрылась  у себя. Потом немного поплакала.
Когда начался приём, впервые в жизни она слушала вполуха, путала пациентов и назначения.
На следующий день ей принесли приказ, что "в связи с многочисленными жалобами" она  переводится в  участковые терапевты.

- Хорошо хоть не в урологи, - грустно пошутила она у Таисии в кабинете.
- Да ты со своими знаниями и трудолюбием, каким угодно специалистом можешь работать, - утешила подруга. Потом жалобно сморщилась и сказала:
- Ну, чего ты кочевряжишься? Подумаешь, переспать... Да с ним... Многие просто мечтают.
- Противный, - отрезала Любаша, отодвигая чашку с недопитым кофе. - Не  могу!
- Ну и дура!

     После нескольких попыток индивидуального знакомства с целью познакомится поближе, Любаша была уволена.
Надя очень радовалась. Ведь теперь мама будет больше времени проводить с ней!
     Любаша и впрямь с головой окунулась в домашние дела, которых накопилось с избытком. Перебрала вещи и половину, за ненадобностью отнесла на помойку. Вымыла до блеска освободившуюся квартиру и... затосковала. Провожала утром Надюшу до школы и вернувшись в пустую квартиру бродила, как неприкаянная из угла в угол.

Поиски работы пока не приносили успеха. То она не подходила, то ей не подходило.
В образовавшуюся пустошь заползли воспоминания, мысли и размышления, которым раньше не было места.
В результате размышлений Любаша поняла, что она полная дура и что никакой любви не существует, а есть только физиологическая потребность в сексе, которую поэты начинили разными красивостями и вознесли на немыслимые высоты.

- Вот у некоторых, например,  от рождения нет почки, или пальцев, или слуха... Такая физиологическая особенность. А у меня нет потребности в сексе, - поставила она себе диагноз. - Но от этого не умирают. И хорошо, что я, не понимая этого, успела зачать и родить Надю. И со всеми этими... слюнями надо завязать.

     Как взрослый и рациональный человек она так и сделала. К тому времени и работа нашлась. Потом Надюша вошла в сложный подростковый возраст и на все эти слюни просто не хватало... Слюней.

***

     С Ильёй Любаша познакомилась случайно.
Обливаясь потом, она тащила мешки с провизией закупленной, по обыкновению, на неделю вперёд, когда какой-то мужик просто вырвал их из ослабевших рук и припустил почти бегом вперёд.
- Помогите, обокрали, - хотела закричать Любаша, но из пересохшего горла вырвалось только шипение.

Шапка сползла чуть ли на нос и потеряв равновесие она свалилась в  грязную лужу. Пока  поправляла шапку и барахталась в снежной кашице, мужик вернулся и помог встать.
- Что ж вы так... Неаккуратно.
Любаша оттолкнула его руки и тяжело дыша сказала:
- Как вам не стыдно! Попросить трудно, что ли? Я бы вам добровольно отдала.
- Простите.
Незнакомец кажется немного смутился.
- Не догадался. Ещё раз - простите великодушно.
- Не совсем пропащий, - подумала Любаша. - Смущается ещё. Значит может вернуться к нормальной жизни.
Отряхнув грязное пальто великодушно предложила:
- Раз вам так надо - забирайте.

Незнакомец легко подхватил тяжеленные мешки и пошёл рядом. Они шли и молчали, но Любаша чувствовала, как он искоса посматривает на неё и от его быстрых, как скользящие возле лица искринки взглядов, разгораются щёки и быстрее стучит сердце.
- Остановись, - предостерёг внутренний голос. - Если уж тебе так приспичило заняться сексом, найди кого-нибудь поприличнее.

- Вам не мешало бы найти более интересное занятие, чем..., - прокашлявшись, наконец-то, выдавила она и кивнула подбородком на мешки.
- Мне это доставляет удовольствие...
- Клептоман? - мысленно предположила Любаша, потому что беглый осмотр спутника утвердил её в мнении, что налётчик не из нуждающихся.

Она замолчала, не зная что ещё сказать. Внутри родилось и стало разрастаться ощущение непоправимости происходящего. В голову лезли ненужные воспоминания  о крепкой мужской ладони, обхватившей предплечье, о тесноте прикосновения тел, когда незнакомец тащил её из лужи...
- Господи, -  мысленно взмолилась она, - помоги!
Он моментально откликнулся - оказывается, они уже подошли к её дому.
- Слава, Богу, - вознесла хвалу со слезами на глазах. - Сейчас эта мука закончится.

Но незнакомец с мешками вломился в парадную и потащился следом. Дом был без лифтов и Любаша поняла, что это только часть плана. Сейчас он также вломится в квартиру... А там Надя...
Странная слабость сковала её тело, а душа разрывалась на части. Поэтому она снова обратилась за помощью.
- Господи! Освободи меня от этого всего!
И Он откликнулся. Правда, как-то странно.
 Незнакомец, тяжело дыша поставил мешки на коврик у её квартиры и со словами: - Спасибо за приятный вечер, - пошёл выше.
- А вы куда? - растерянно и жалко пропищала Любаша, ощущая, как что-то оборвалось внутри и стало так... Кажется больно.
- Наверх. Я над вами живу.

     Она втащила мешки в квартиру и обессиленно прислонилась к стене. Сердце колотилось как бешеное, а внутри почему-то родилось разочарование, которое медленно заполнило её всю, а избыток не замедлил выкатиться горячими слезами.
- Мама, ты плачешь? - испугалась вышедшая навстречу Надюша.
- Не говори глупостей, - отмела беспочвенные подозрения Любаша. - Это вода. На улице - месиво и я просто испачкалась, когда упала.
- Ты упала!?
- Упала... Очень низко...
- Падают всегда вниз, - согласился какой-то лохматый подросток, появившийся вслед за Надюшей. - Но вы не расстраивайтесь. Как говорит папа, внизу тоже есть жизнь.
Любаша с немым изумлением посмотрела на дочь.
- Мама, это Денис.
- Очень приятно, Денис. А я - Любовь Леонидовна.
- Да я знаю. Мне Надя сказала.

Денис схватил мешки и поволок на кухню, а Надюша торопливо затараторила: - Денис ключи от квартиры забыл, вот я и предложила посидеть у нас, пока его отец с работы  вернётся.
Надины глаза блестели, щёки горели и у Любаши родилось нехорошее подозрение. Но она ничего не сказала, а пошла в ванну отмываться.

     Денис ушёл. В полном молчании они кое-как поужинали и Любаша, чувствуя во всём теле сковывающую усталость, забралась в постель с книгой. Глаза бездумно бегали по строчкам, в голове проносились суматошные мысли.
- Мам, правда Денис классный?
Надюша забралась к ней в постель и обвила руками шею.
- Он тебе понравился?
- Н-н-не зная, - проблеяла Любаша. - Я его мало знаю.
Откуда он вообще взялся?
- Они с папой в прошлом году переехали в наш дом. И он пришёл в нашу школу. Я же тебе рассказывала! Забыла, что ли?
- Нет, нет, - торопливо заверила Любаша, стараясь не смотреть дочке в глаза. И чтобы не дать времени на дальнейшие вопросы сказала: - Просто мне всегда было странно, как люди легко меняют место жительства. Ведь это же стресс.

- А они не легко. У них четыре года назад умерла мама и они не смогли дальше жить в той же квартире. Поэтому и переехали...
Надюша уснула рядом и Любаша с лёгкой грустью подумала, что дочка взрослеет. Уже и первая влюблённость...
Здесь она  споткнулась о слово и хотела провести мысленную дискуссию по этому поводу, но произошедшие события так утомили, что не заметила, как сон склеил веки.

***
     Субботнее утро началось как обычно. Не снимая пижам они неторопливо завтракали на кухне, наслаждаясь редкой возможностью полениться, как раздался звонок. Любаша с немым вопросом посмотрела на дочку и та, недоумённо пожав плечиками, пошла открывать дверь.
На пороге стоял Денис.

- Пошли гулять в парк, - пригласил  Надю и она с немым вопросом оглянулась на подоспевшую Любашу. У дочки было такое жалобное и одновременно счастливое лицо, что ничего не оставалось делать, как согласно кивнуть головой.
- Тогда я сейчас!
Надюша метнулась в спальню, а Денис сказал:
- И вы тоже собирайтесь.
- А я-то вам зачем!? - удивилась Любаша. - Сами не погуляете?Маленькие, что ли?

- Не так, чтоб маленькие, но небольшой присмотр не помешает.
Отодвинув Дениса плечом, на пороге появился вчерашний провожатый. Протянул руку и представился: - Илья.
- Любовь Леонидовна.
- Да я знаю. Ещё в прошлом году узнал, как вас увидел.
Она вложила свою руку в его широкую ладонь и почувствовала, как сердце ухнуло и полетело вниз.
- А можно без отчества? - спросил Илья, не выпуская руки. - Просто Любовь?
Она кивнула головой в знак согласия и полетела... Вверх.