Десятое октября

 — Здравствуй, Лёшка, — услышал он рядом с собой женский голос.

От звука этого голоса все его нервные окончания словно получили мощный разряд электрического тока. Мужчину передёрнуло. Меньше всего на свете он ожидал услышать именно её.

Алексей медленно начал поворачиваться в сторону голоса. В этот момент он напоминал сапёра, который обнаружил под ногой мину.

Это была она. Рита. Невероятно, но факт. После их расставания прошло тридцать лет. Ей уже должно было исполниться пятьдесят, но она почти не изменилась. Такая же стройная, красивая, стильная.

— До свидания, — дрогнувшим голосом выдавил он и быстрым шагом направился прочь.

Ему было всё равно куда. Главное — подальше от неё.

Но Рита быстро догнала мужчину и вцепилась в его руку.

— Прошу тебя, подожди минутку. Не уходи сразу. Только объясни, почему ты тогда исчез? Почему ничего не объяснил? Что тогда случилось?

— Оставь меня в покое! Мне не о чем с тобой говорить и нечего тебе объяснять.

— Не отпущу, пока не объяснишь!

— Отпусти!

— Нет! Тебе придётся меня ударить!

— Отстань от меня!

— Не отстану, пока не объяснишь, что тогда произошло!

— Ты прекрасно знаешь, что тогда произошло! Не строй из себя невинного ангела!

— Я понятия не имею, о чём ты говоришь! Ты исчез из моей жизни, ничего не объяснив.

— Я не исчезал из твоей жизни. И знаешь почему? Потому что я в твоей жизни никогда не был! Ты что, действительно настолько глупа, что думаешь: если я ничего не знаю, значит, ничего и не было? А тебе никогда не приходила в голову мысль, что я могу всё знать?

— Я ничего не понимаю. Ты о чём?

— Не понимаешь? Чего именно ты не понимаешь? Не понимаешь, как за два часа до нашей встречи ты трахалась, как последняя сука, у себя дома? И тебя никогда не посещала мысль, что я мог вас видеть и слышать? Что я мог находиться в соседней комнате?

— Ч-что? — На её лице появился ужас.

— То! В тот день, 10 октября, я ехал на трамвае мимо твоего дома и увидел, как ты, обнявшись с человеком, которого представила как-то мне как своего двоюродного брата Диму, заходишь в подъезд. На следующей остановке я выскочил из трамвая и со всех ног помчался к тебе.

Дверь оказалась открыта. Я вошёл, но в коридоре задел какую-то игрушку. Быстро нырнул в комнату твоих родителей. Вы в это время уже были в твоей комнате.

Ты услышала какой-то звук и спросила, закрыл ли Дмитрий дверь. Когда он ответил, что не помнит, ты вышла в коридор. Ничего подозрительного не обнаружила и закрыла дверь.

А потом вы трахались. А я слушал твои страстные стоны, твои: «Давай, давай, глубже, глубже! Возьми меня так, возьми меня этак!»

Я вышел из комнаты, зашёл на кухню и взял нож. Потом вернулся к твоей комнате и заглянул в щель неплотно прикрытой двери. И увидел, как ты...

А потом меня отпустило.

Потому что я понял: мы с тобой представители двух разных биологических видов. Вдруг совершенно ясно осознал, как мне повезло, что я заметил вас, зашёл и всё увидел.

И вся моя обида на тебя как на женщину исчезла. У нас с тобой всё равно никогда ничего не получилось бы. У нас разная физиология.

Как к женщине у меня к тебе больше нет никаких претензий. Но за эти полтора часа я перестал считать тебя человеком.

Ведь это ты объяснялась мне в любви. Это ты не позволяла мне ничего лишнего, не подпускала к своему телу, повторяя, что всё будет только после свадьбы.

Единственное, чего я так и не понял, — зачем я тебе вообще был нужен? У меня ведь ничего не было. Да и красавчиком я никогда не считался. На кой чёрт я тебе сдался? Ты извращенка? Получаешь удовольствие от того, что причиняешь другим боль?

Рита застыла с открытым ртом, не в силах вымолвить ни слова.

— Ты правда хочешь знать, почему я исчез? Я исчез потому, что ты меня убила. Убила мою душу. Просто растоптала её. И у тебя ещё хватает наглости спрашивать, почему я исчез из твоей жизни?

— Почему ты мне тогда ничего не сказал? — Она обхватила голову руками и зарыдала.

— Потому что я, какой-никакой, мужчина. У меня была гордость, чувство собственного достоинства...

Алексей развернулся и сделал шаг, собираясь уйти, но вновь услышал голос Риты:

— Лёша, подожди ещё секунду. Ты ещё не знаешь всей правды.

Он снова обернулся.

— Когда мне было шестнадцать, отец проиграл меня в карты. С тех пор я снималась в порнофильмах. В тот день, 10 октября, у нас с Дмитрием была последняя съёмка. Именно её ты и видел у меня дома.

А тебя я любила.

С шестнадцати лет два раза в неделю я должна была на камеру исполнять все прихоти Дмитрия. Через полгода отца убили за то, что он пытался играть краплёными картами, а мать уехала за границу с новым любовником.

Теперь ты знаешь всё.

Я действительно все эти годы не понимала, почему ты исчез. И мысль о том, что ты мог всё видеть, мне даже в голову не приходила.

Тридцать лет я надеялась, что перед тобой чиста. Как же глупо это было с моей стороны...

Как ни странно, именно эта надежда, этот самообман помогали мне жить. Я закончила университет, стала модельером, вышла замуж, открыла десяток собственных магазинов. И всё это время мечтала о том, что мы когда-нибудь встретимся и начнём всё сначала.

А ты просто знал, какая я дрянь...

Тридцать лет Алексей видел во сне эту сцену. Он снова и снова пытался понять, что за жужжание услышал тогда. И даже представить себе не мог, что это жужжала камера...

Алексей выдернул свою руку и сел на скамейку. Лицо его побагровело, на шее вздулись вены. Словно в замедленном кино, он несколько раз безуспешно пытался просунуть руку в карман куртки. Наконец ему удалось достать таблетки. Он вынул одну из блистера, сунул в рот и проглотил.

— Что? Что с тобой, Лёша? — Рита присела рядом и попыталась прижаться к нему, но он отстранил её рукой.

— Всё уже в порядке. Просто давление иногда барахлит.

Рита хотела что-то ещё сказать, но вдруг начала тяжело дышать. Она хватала ртом воздух, словно выброшенная на сушу рыба.

Алексей изумлённо смотрел на женщину, а потом наконец спросил:

— Что мне делать? Скажи, что делать?

Уже почти задыхаясь, Рита указала на сумочку.

— Там...

Алексей схватил сумочку и одним движением вывалил всё её содержимое на скамейку. Среди разных женских мелочей и потрёпанной фотографии, на которой они вместе, оказался ингалятор.

Он быстро взял его и поднёс к губам Риты.

Она смогла лишь утвердительно моргнуть.

Алексей дважды нажал на баллончик. Рита вдохнула и с трудом прошептала:

— Пока хватит.

Она немного подождала, восстанавливая дыхание. Алексею показалось, что эта минута длится целую вечность. Затем она притянула его руку к своему рту.

— Когда я выдохну, нажми ещё один раз.

Через пять минут приступ прошёл.

— Давно это у тебя? — спросил Алексей.

— С детства. Но с годами приступы случаются всё чаще и переносятся всё тяжелее.

— Может, скорую вызвать?

— Нет необходимости. Уже легче.

— Уверена? Давай позвоним твоему мужу или детям. Ты не выглядишь здоровой.

— Мужа давно нет. Он был геем. Женился на мне только для того, чтобы рядом была красивая женщина. Для статуса, чтобы ни у кого не возникало подозрений насчёт его ориентации. А когда его родителей не стало, скрывать больше не было необходимости. Да и времена изменились. Вот он и выбросил меня, как ненужную вещь.

— А дети?

— Детей тоже нет.

— Почему? — спросил Алексей.

— Судьба порноактрисы, Лёша. Ты ведь видел меня с Дмитрием? Производственная травма. У Дмитрия была соответствующая фамилия — Мамонтов. Я долго не обращалась к врачам, всё запустила. Началось воспаление, потом были долгие годы лечения. В итоге я не могу иметь детей. Да и обычной половой жизнью жить не могу. Почти всё пришлось удалить...

Рита уткнулась лицом в колени Алексея и заплакала.

— Так мне, стерве, и надо... — услышал он её сквозь всхлипывания.

Алексей погладил её шелковистые волосы и вдруг произнёс:

— Представляешь, у меня тоже детей нет...

— Почему?

— Как-то поздней осенью полез по тонкому льду спасать щенка. Провалился. Простудил простату. Тоже терпел до последнего, пока не началось воспаление. В результате тоже кое-что вырезали. Жена ушла через месяц.

Он немного помолчал, а потом спросил:

— Оклемалась уже?

— Почти.

— Помнишь, я обещал 10 октября сводить тебя в ресторан и просадить там всю стипендию?

— Помню, Лёшка, помню.

— Так вот, сегодня как раз десятое. У моих студентов стипендия, а у меня — зарплата. Гуляем на все!

12.11.2026. Владимир Романюк (Степаныч)