Не твоё дело

— Почему ты не спросила меня?!

— Это моё дело! — возмутилась Алла.

— Это уже не совсем твоё дело! Я твой жених, ты забыла об этом? — рассердился Валентин.

— Не забыла. И что? — насмешливо спросила Алла.

— Ничего. Уже ничего! — бросил Валентин и, сев в машину, быстро уехал.

— Совсем офигел… — ошарашенно проговорила Алла, опуская сумку с вещами на асфальт и доставая телефон, чтобы вызвать такси.

Она находилась в аэропорту и только что прилетела из другого города: была в гостях у родственников. А Валентин приехал её встретить, как они договорились. И уехал.

— Вот нахал, — возмущалась Алла, открывая приложение для вызова такси. — Это как вообще понимать?!

Она хотела позвонить Валентину, чтобы высказать ему всё это, но обнаружила, что он заблокировал её номер.

— Ну и ладно! Не очень-то и хотелось! — выкрикнула Алла и заплакала.

***

Когда Валентин впервые увидел Аллу, то был просто потрясён её красотой. Огромные выразительные глаза, милые крошечные губки, курносый носик, который её не портил, а лишь только добавлял очарования. У Аллы было очень гармоничное личико, а светлые, немного вьющиеся, аккуратно постриженные локоны до плеч обрамляли и дополняли его. Фигурка у Аллы была миниатюрная, будто кукольная. Валентин влюбился.

Молодые люди стали встречаться. Алле тоже понравился Валентин. Он был симпатичен, обходителен, вежлив и очень галантен, это подкупало. С ним Алла чувствовала себя, словно важная персона на светском приёме. Валентин всегда пропускал её вперед, входя в здание, бережно поддерживал под локоток и смотрел так восхищённо, что Алла таяла.

У себя на работе она привыкла совсем к другому обращению. Она работала в большом офисном центре, в холле и по этажам которого сновали сотни людей. Все спешили, были очень заняты и порой им было просто некогда любезничать.

Алла всегда возмущалась, когда какой-нибудь здоровяк, идя по коридору, уткнувшись в телефон, толкал её, не замечая, словно она была не живой человек, а мешающая пройти декорация. И даже не извинялся. Такое часто происходило.

И в самом офисе, где она работала, мужчины были такие. Слить последнюю воду из чайника себе в кружку, прямо перед стоящей с пустой чашкой Аллой было для них обычным делом. Подойти и в один миг слопать все крекеры, которые лежали у них на блюдечке на общем столе — за милую душу. Намусорить, налить на пол воды и не убрать, вытащить последний лист бумаги из принтера… Всё это происходило ежедневно.

Один раз Алла на своих высоких каблуках, которые очень любила носить, сильно поскользнулась на мокром полу и чуть не упала, после того как кто-то из мужчин пролил свой чай, пока нёс его к рабочему месту. И никто не ужаснулся, не поспешил ей на помощь. Никто даже не заметил, все были заняты своими делами.

Печенье и другие сладости в офис приносили в основном три пожилые женщины, которые любили печь и часто баловали коллег своими домашними шедеврами. Вот их и лопали мужички с большим удовольствием. Сами они никогда ничего не приносили, им это даже в голову не приходило. Громко смеясь, и рассказывая анекдоты, они выпивали из огромных кружек свой растворимый кофе, отправляли в рот солидную горсть печенья и отправлялись за свои компьютеры.

Там они были неподражаемы. С этим Алла вынуждена была согласиться: мужички были очень умными. Но манеры у них были довольно грубые. Все они были убежденными холостяками и не спешили обзаводиться семьями. А пожилые женщины-коллеги их с удовольствием опекали и баловали.

Алла держалась немного в стороне от всего этого, но её не осуждали. Просто приняли такой, какая она была: молчаливой и строгой.

Валентин был из другой среды. Хоть профессия у него была не романтическая, но просто сам он был другой. Нежный, ранимый, тонко чувствующий. Алла часто грустила о нём, сидя за своим компьютером во время рабочих будней, с тоской глядя на коллег. Она скучала.

Восхищение Валентином её внешностью Алла не разделяла. Кудряшки её бесили, и она часто распрямляла их плойкой, добиваясь абсолютной прямоты. А свой милый курносый носик Алла называла «картошкой» и стеснялась его. Веснушки тщательно прятала, замазывая всеми возможными способами, покупая для этого тонну косметических средств. Всё ей было не так.

Валентин смотрел на это снисходительно, как на милые чудачества, и заверял Аллу, что любит её именно такой. Это было правдой. Алла мило улыбалась в ответ и продолжала борьбу со своими «недостатками», которые были заметны лишь ей одной.

Валентин работал вахтовым методом. Он был поваром на северном месторождении. Месяц работал — месяц находился дома. Работа ему нравилась и готовить он любил, но с его романтическим характером в работе имелись некоторые нюансы.

— Мы триста мужиков в день кормим и знаешь, что иногда обидно? — рассказывал он Алле. — Никакой благодарности. Хоть бы кто спасибо сказал, или похвалил, что вкусно. Но, контингент не тот. Они там в жёстких условиях труда, в пыли и копоти им не до сантиментов. Взяли плошку с борщом и хлебают. Угрюмые, неразговорчивые. Руки чёрные, натруженные, не отмываются, сколько не три. Понимаю их, но и нам не легче. Попробуй, покрутись целый день на кухне! Пар, жар, духота от этих котлов. А душа просит чего-то другого, утонченного…

— Устраивайся в ресторан, — пожала плечами Алла. — Там будет романтика. Красивая атмосфера, нарядно одетые люди, музыка.

— Неее… Своих ребят я не брошу, — улыбнулся Валентин. — Это я так, ворчу просто. А вообще, денег там платят хорошо, ещё не известно, сколько я буду получать в ресторане. Шеф поваром меня не возьмут, лучше здесь останусь. На машину накопил, на квартиру коплю, поди плохо? Алл, выходи за меня!

— Ты серьёзно? — спросила Алла, удивившись резкой смене темы.

— Абсолютно, — подтвердил Валентин, целуя Аллу в щёчку. — Вот приеду после следующей вахты и подадим заявление!

— А давай! — согласилась Алла.

Так и решили молодые люди пожениться. На следующий день Валентин уехал на вахту и его не было ровно месяц. Всё это время молодые люди активно переписывались, однако по приезду Валентина ждал сюрприз.

Когда Валентин поцеловал Аллу при встрече, она отстранилась от него и схватилась рукой за свой нос.

— Тебе больно? Что с носом? — испугался он и только сейчас заметил, что у Аллы как-то по-другому выглядит лицо.

Сама Алла хитро улыбалась.

— Я сделала операцию по изменению формы носа, — торжественно произнесла она.

Валентин отошёл от Аллы на шаг и стал внимательно вглядываться в её лицо, а потом тихо сказал:

— А это точно было нужно? Мне твой прежний носик нравился…

— А мне нет, — улыбнулась Алла. — Что ты так испугался? Всё прошло нормально!

— А если бы нет? — напрягся Валентин.

— Моё тело — моё тело. Что сделано, то сделано. Всё, закроем эту тему, хорошо?

Валентин пожал плечами и промолчал. У него было своё мнение, но он решил его не высказывать. В принципе, Алла права. И если уж ей так не нравился свой нос, то никто не имеет права запрещать его исправлять, тем более, если это сделает её чуточку счастливее.

Прошло два месяца. Молодые люди пока не подавали заявление. Они решили праздновать свадьбу с размахом и потому немного отложили её, чтобы накопить денег.

Невзирая ни на какие приметы, Алла вместе с Валентином уже несколько вечеров подряд выбирала свадебное платье, разглядывая фото в интернете.

— Я совсем плоская, ни одно платье на мне не будет смотреться! — вдруг со слезами заявила она.

— Что ты говоришь, ты очень красивая! — в который раз возразил Валентин, подумав о том, что у любимой вероятно на почве предсвадебных волнений сдают нервы.

— Я хочу увеличить грудь!

— Чтооо? — Валентин подумал, что ослышался.

— Деньги у меня есть. Я давно копила, плюс папа мне подкинул, ну ты знаешь же, что они с мамой в разводе и папа частенько дарит мне солидные суммы. Представляешь, как будет смотреться на мне это платье? — мечтательно прищурившись, спросила Алла, указав на одну из фотографий. — А сейчас мне в нём показывать нечего! Я совсем плоская, как доска.

— Что ты такое говоришь, Алла?! — Валентин встал и начал ходить по комнате взад-перёд.

Потом, увидев умоляющий взгляд Аллы, он сел, обхватил голову руками и глухо произнес:

— Господи, ну увеличивай, ладно… Только мне всё это не нравится, так и знай! Я люблю тебя такой, какая ты есть, никаких улучшений не надо, только ты этого будто не слышишь…

Алла вытерла слезы и поцеловала Валентина в макушку.

— Ты у меня самый лучший, — сказала она.

Грудь была увеличена: Алла в тот же вечер записалась в клинику. После удачно проведённой операции она просто порхала от счастья, а Валентин ходил, мрачнее тучи.

Он надеялся, что хоть мать Аллы сможет на неё повлиять, но нет. Оказалось, что в последнее время она и сама активно улучшала себя с помощью пластической хирургии. И с тех пор, как он её видел полгода назад, мать Аллы серьёзно изменилась. Она сделала подтяжку лица и стала похожа на куклу.

Они встретились все трое в кафе, чтобы обсудить предстоящее торжество, и Алла то и дело восхищенно ахала, предлагая Валентину оценить, «как помолодела мама». Валентин же, напротив, упорно отводил глаза от будущей тёщи. Выглядела она очень неестественно.

Через неделю Алла собралась съездить в гости к своим дальним родственникам. Аргумент прозвучал немного странно. Она хотела лично пригласить их на свадьбу. Сама свадьба всё откладывалась и откладывалась. Мешало то одно, то другое. Они всё никак не могли определиться с датой и всё это растянулось на долгие месяцы.

Валентин не сильно расстраивался по этому поводу. Они уже фактически жили, как семья. А штамп в паспорте — это простая формальность. Только Алла смогла удивить его ещё сильнее. По договоренности, Валентин приехал к ней в аэропорт, чтобы встретить из поездки, но его ждала не Алла. Точнее, это была она, но абсолютно на себя не похожая. Вместо шикарных светлых локонов, на её голове красовались абсолютно прямые чёрные волосы. Губы же у Аллы были странно припухшие.

— Да. Я сделала выпрямление волос, окрасила их, увеличила губы, что тут такого?! Что ты так орёшь? — заявила Алла, после того как Валентин, не выдержав, разразился ругательствами.

— Ты меня хотя бы спросила!

— Да что тебя спрашивать, ты был бы всё равно против! А то я не знаю! Это не твоё дело! — заявила Алла, поправляя свои волосы цвета вороньего крыла.

— Господи… — поморщившись, произнёс Валентин и отвёл взгляд.

Он не мог на неё смотреть. Это была совсем не та девушка, которую он любил.

Алла заметила его взгляд, и принялась кричать о том, что она свободная женщина и имеет право делать с собой всё, что посчитает нужным, и никого не спрашивать.

Тогда Валентин не выдержал, сел в машину и просто уехал, оставив Аллу стоять одну со своей сумкой.

Так они и расстались. Валентин просто физически не мог воспринимать Аллу по-прежнему. Она стала для него совсем чужая.

На работе Аллу тоже не узнали. Появление её в новом виде произвело фурор. Даже те мужички-холостяки, компьютерные гении, наконец, оторвались от своих компьютеров и, придирчиво разглядывая девушку, принялись обсуждать её изменения.

— А очень даже неплохо, — сказал один из них, откинувшись в кресле и шумно потягивая из кружки обжигающий кофе.

— Женщина-вамп, — произнёс другой и отправил в рот горсть крекеров.

Под их взглядами Алла почувствовала себя ужасно не комфортно. Она возмущенно выскочила из-за стола и пулей вылетела в коридор. За спиной она услышала осуждающий шепоток местных кумушек-бабушек, тех самых, которые так любили печь свои печенья и «кудахтать» над коллегами-мужчинами.

***

— Вы очаровательны, — заявил Алле приятный незнакомец.

Она сидела в кафе одна и скучала. Алла в душе посмеивалась над собой, что «грустит о своём поваре». Но это была правда, она действительно грустила. Но Валентин обиделся и вычеркнул её из своей жизни. Мама Аллы заявила дочери, что он не понял своего счастья и по глупости потерял его. А значит недостоин Аллы...

К ней подсел симпатичный мужчина. Немного старше Валентина, но такой же галантный и обходительный.

Выглядела Алла и правда, эффектно. Её черные волосы лежали гладко, стрижка каре необыкновенно шла ей, увеличенные губы были яркие, красивые, такие, какие она всегда хотела. Она была искренне рада своим изменениям.

С тем мужчиной, Сергеем, Алла стала встречаться. Отношения развивались очень стремительно. Буквально через два месяца они поженились. Несмотря на молодой возраст, мужчина оказался вдовцом: с его женой случилось несчастье.

Он рассказал Алле об этом однажды. И ей стало жалко ту незнакомую женщину, бывшую супругу Сергея. Бедняжка умерла на операционном столе во время пластической операции.

— А что, если тебе изменить форму скул? — спросил Сергей, выведя Аллу из грустных размышлений. — Денег я дам, как раз за новый проект заплатили. По-моему, тебе пойдёт.

Сергей оценивающе посмотрел на Аллу, а у той по спине пробежал холодок. После темы про безвременную смерть его жены, такое предложение звучало, по меньшей мере, неуместно.

— Д..дорогой… я как-то не думала об этом, — нервно сглотнув слюну, произнесла Алла.

— А ты подумай, — заявил Сергей. — Ведь так я буду любить тебя ещё больше!

Алла задумалась. Как отличались эти слова Сергея от тех, что говорил ей Валентин!

Однако она согласилась, и операция была сделана, хотя Алла до самого последнего момента сомневалась. Но мать поддержала её, заявив, что «раз муж всё оплатит, надо соглашаться». Сама она не могла бесконечно «улучшать» свою внешность лишь потому, что банально не хватало денег и потому не понимала дочкиных сомнений.

Потом Сергею захотелось исправить супруге форму подбородка. Потом, чуть-чуть приподнять верхнюю губу, а потом… Потом Алла просто не смогла больше заставить себя лечь под нож. Она всё чаще вспоминала несчастную безвременно умершую жену Сергея, почти перестала спать и её буквально трясло от одной мысли про хирургическое вмешательство. Поэтому Алла сказала «хватит!» и ушла от мужа.

— Вот это номер! — удивилась мать Аллы. — Ты что, дypoчка? Он же всё оплачивает! Живи, да радуйся.

— А я не радуюсь, мам, — грустно сказала Алла. — Он меня уже вообще не спрашивает. Он ходит со мной на консультации к хирургам и прямо-таки заказывает ту внешность, которую ему хочется. Я не хочу быть его пластилиновой куклой!

— Точно, дypoчка, — констатировала мать. — Тебе же на работу теперь придётся ходить, чтобы себя обеспечивать! Муж не пил, содержал, что тебе ещё надо?!

Алла не стала объяснять матери, та бы всё равно не поняла. Вместо этого она с теплом подумала о своей оставленной работе. Надо попробовать туда снова устроиться, может возьмут? Не такими уж и плохими ей теперь казались те мужички-компьютерщики и бабушки-кумушки. Нормальные люди.

Не то что Сергей. Вот он точно ненормальный. Алла всерьёз уверилась, что с ним что-то не так. Потому, наверное, и расписались они так поспешно: он увидел в ней ту, из которой можно было слепить всё, что душа пожелает, вот и торопился.

— А это насилие над телом и личностью… — грустно вздохнула Алла.

Валентина она вспоминала с теплом. Только он был уже «занят». Случайно в одной социальной сети она наткнулась на его страницу. Рядом с ним на фото стояла девушка, удивительно напоминающая Аллу до всяких «преображений». Светлые кудряшки, вздернутый носик, маленький росточек, субтильная фигурка. Валентин смотрел на неё влюблённым взглядом и держал за руку.

Следующее фото было из ресторанной кухни, где на Валентине был фартук и белый поварской колпак.

— Он всё-таки туда устроился… Романтик… — печально улыбнулась Алла, вспомнив их разговоры.

Сергей всё звонил и писал ей и от него было не так-то просто отделаться. У него, как всегда, имелась куча идей, как ещё можно улучшить внешность Аллы. Но она решительно подала заявление на развод.