Глава 7. Сватовство дяди и новый приступ безумия

В тот самый миг, когда Аврора разговаривала с Абелем, на экране её телефона вспыхнуло сообщение от нового директора-«француза».
— Смотри, что он мне пишет, — хмыкнула Аврора, зачитывая текст Абелю. — «Мисс Аврора, не могли бы вы организовать праздник для детей?» Праздник… Ну конечно, у меня же вагон свободного времени! Это значит, теперь придётся с ними стихи учить, театр устраивать, танцы ставить… Всё сама.
Абель на секунду замолчал, поражённый, а потом с глубоким уважением произнёс:
— Да сохранит тебя Святая Мария от всего дурного… В тебе есть и это? Я даже не сомневался, что ты талантлива абсолютно во всём.
Он немного помолчал, словно обдумывая какую-то мысль, и вдруг лукаво, но с явным интересом спросил:
— Слушай, Аврора… Мой дядя холостой, он хочет жениться. Хочешь, я тебя за него сосватаю? Правда, он по вечерам каждый день пьёт, и у него на стороне есть ещё одна, нелегальная семья, хотя на данный момент он просто так живёт с одной девицей — несерьёзно. Но от жены он требует полного покорения: брюки носить нельзя, он очень консервативный, голову нужно закрывать шалью или косынкой, он верующий… Ну и всё в таком духе. Хочешь?
Аврора даже растерялась от такого описания и резко отрезала:
— Извини, конечно, Абель, но у твоего дяди какие-то двойные стандарты. Я думаю… нет, я точно не смогу это принять. Как это — он верит в Бога и одновременно каждый день выпивает, да плюс ко всему у него фактически две семьи?
Но Абель не отставал. В чат тут же прилетело сообщение:
— Вот, посмотри на фото дяди.
Аврора открыла снимок. На нём был запечатлён мужчина зрелых лет, уже плотный, с заметной сединой в волосах. Локацией был какой-то бар, на столе перед ним красовалась бутылка виски или текилы, а сам он, приобняв под ручку, танцевал фламенко или танго с той самой девицей. Он выглядел откровенно старым, а она рядом с ним — совсем молодой.
— Нет, Абель, не хочу, — категорично ответила Аврора. — Он слишком староват для меня. И я уверена, он уже был женат и развёлся.
— Ладно… — тихо и как-то облегчённо отозвался Абель. — Не хочешь — не надо тогда.
Он вздохнул, и его голос снова потеплел:
— Аврора, спасибо тебе большое за фотографии племянницы. Сестре очень понравилось, они прямо все интересуются, кто это так красиво сделал. Я сказал, что просто друг, и всё.
А затем Абель резко посерьёзнел, и в его голосе проскользнули тревожные нотки:
— Аврора, а знаешь, что случилось? Мне та самая позвонила… Ведьма из Детройта. Говорит, чтобы я приехал к ней на свидание. Я сначала отказал, но она не отстаёт, караулит меня. В итоге я согласился, но сказал: «Лучше ты ко мне приезжай, а не я к тебе. Как только сойдёшь с автобуса на станции в Чикаго — позвони мне, я заберу тебя и отвезу в отель».
Аврора от возмущения даже выпрямилась на стуле:
— Как?! После всего, что вы друг другу сделали в Детройте? После тех побоев, криков, спрятанного паспорта… она теперь за тобой как собачонка бежит? Где у неё вообще гордость?!
— Она не знает, что такое гордость, — хмуро бросил Абель.
— Ладно, пока, Абель, — вздохнула Аврора, чувствуя, как внутри всё переворачивается от этой дикой истории. — Пойду сценарий писать для детского праздника. Поговорим ещё, дай Бог.
— Дай Бог, — тихо отозвался он. — Иди с Богом.