Трасса

  Трасса ложится грязной, измятой лентой сквозь хмурый осенний пейзаж. Асфальт чёрен от дождя, узкая колея местами блестит, как мокрая полированная сталь.
По обочинам бегут голые деревья, их тёмные, корявые ветви тянутся к небу, будто моля о пощаде.

 Мчу в неизвестность, в лобовое стекло летят редкие снежинки — они тут же тают, оставляя косые разводы.
  Сейчас так хочется вон туда, в поле, топкое и вязкое, будто скатертью выстланное липким туманом. Идти и вязнуть, но физически ощущать смысл, двигаться вперёд, с трудом вытаскивая ноги из тёмно-бурой земляной жижи, раскисшей от проливных, холодных осенних дождей.
  Идти, да неважно куда, хотя бы в ту деревню, что виднеется вдалеке. Может, именно там есть тот, кто ждёт именно меня?
  Поднимая ворот выше, пытаясь устоять от порывов пробирающего насквозь ветра, что упрямо кидает ледяную крупу в лицо и хлестко бьёт ею по уже покрасневшим, замёрзшим щекам, идти с осознанием, что где-то там есть тепло, о котором грезит измученная душа.
  Редкие сухие стебли, цепляясь за одежду, встают немой преградой на пути. Воздух обжигает лёгкие при каждом вдохе — до того холодный! Изо рта пар, руки озябли, почти онемели, но идти надо, ещё немного, уже недалеко.

  Пустые грёзы это, мир сужен до границ салона автомобиля. Здесь вроде бы нехолодно, но отчего-то неуёмная дрожь охватывает всё тело.
  Пальцы крепко сжимают руль: не столько, чтобы удержать машину, а чтобы вообще хоть что-то чувствовать и попытаться унять дрожь.
  Дорога — это возможность побыть с самой собой наедине, через боль, через проживание утрат. До сих пор ещё смотрю в зеркало заднего вида и вижу дорогого человека, невидящим взглядом смотрящего в окно. Он так и останется на этом месте, как и в моем сердце, навсегда.
  Там, глубоко в груди, уже почти не болит, слёзы не рвутся наружу, как раньше. Приняла ли, нет ли — неважно вовсе! Жизнь, как эта дорога, увела дальше в суету привычных будней и дел.
 
 Смена пейзажа за окном, как мелькание дней — всё проходит, пронесётся мимо. И кем станем мы на финише, какие выводы сделаем, какой опыт получим — зависит от нас самих.
 
  Пальцы чуть разжимаются — уже не судорожно вцепляются в обод, а лежат спокойно, уверенно. Не радостно, не легко, но твёрдо. Впереди только туман и мокрый асфальт, небо давит своей серой тяжестью. Но внутри становится чуть тише. Не потому, что боль ушла, а потому, что я перестала с ней бороться. Да, вот так сейчас. И этого хватит, чтобы проехать ещё один километр, прожить ещё один день.