Всё ли просто - спроси, когда лет 90 по жизни почт

Всё  ли просто  -  спроси  ,  когда   лет 90 по  жизни  почти?
Всё ли просто — спроси, когда лет девяносто по жизни почти?
Есть вопросы, которые молодость задаёт вслух, а старость — уже про себя.
 «Всё ли просто?» — из таких. В двадцать лет это вопрос-упрёк: почему всё так сложно?
В восемьдесят девять, на пороге десятого десятка, он меняет природу.
Это уже не жалоба, а проверка: прожито столько, что ложь себе стала непозволительной роскошью.
И ответ — не в слове «да» или «нет», а в том, кто его произносит.
Евгений Павлович Варфоломеевтульский мыслитель, военный пенсионер, автор семнадцати тысяч «прозаизмов» прожил именно такую долгую жизнь, прежде чем его
«Созерцание выше знания» стало предметом разбора и почитания.
 И его ответ на вопрос о простоте звучит не умозрением, а делом: он до сих пор пишет, ходит в инстанции, борется за тротуар у своего дома, спорит с миром и с самим собой.
Простота, по Варфоломееву, не данность, а усилие. vk.ru +1
Прозаизм как форма простоты
Варфоломеев придумал жанр, который сам же и назвал: прозаизмы  лаконичные миниатюры на стыке афоризма, пословицы и поэтической строки, с внутренней рифмой и многослойным смыслом.
 «Жизнь бренна — душа самоценна». «Совести вязь — обратная с Богом связь». «Настанет век — возвратится в беспредельное человек». alterlit.ru +1
Снаружи это выглядит как простота. Но это та простота, которую Япония называет ваби-саби, а иконопись каноном: форма очистилась не потому, что под ней пусто, а потому, что под ней столько, что лишнее пришлось убрать.
Смысл в прозаизме не объясняется до конца он пробуждается в сознании читателя, и потому каждый текст — смысловой узел, а не , не финальная точка.
Это первый ответ на вопрос «всё ли просто»: просто то, что выстрадано до дна. Кьеркегор и Хайдеггер писали бы об этом учёно; Варфоломеев — одним дыханием.
Слово как поступок
Главное его убеждение слово не инструмент, а порог.
Значение не фиксировано: оно пульсирует, откликаясь на состояние говорящего и на контекст бытия. Каждое произнесённое слово экзистенциальный акт: человек решает
 как назвать мир и тем самым как в нём быть.
Для экзистенциализма это не новость — Хайдеггер называл язык «домом бытия».
Но у Варфоломеева мысль получает русский, народный извод: корень слова хранит память смысла, и работа со словом — работа с самим бытием.
«О сущем не эпически, но экзистенциально и символически» — его собственная формула, ключ ко всему строю мысли.
Эпос — взгляд со стороны, экзистенция — речь изнутри бытия, а символ — не замена реальности, а окно в неё.
Отсюда второй ответ: ничего просто не называется.
 Сказать «люблю», «прощаю», «достаточно» — значит совершить поступок. Тяжело быть простым именно потому, что простота — это позиция, а не неведение.
Созерцание против знания
Заглавная идея его книги — «Созерцание выше знания» — на первый взгляд парадоксальна для человека, который всю жизнь что-то изучал, преподавал боевые машины и строил периодическую таблицу слогокорней.
Но парадокс мнимый. Знание истощает: «Ведающий знает — защиту мает», «причина покоя — отсутствие желания и знания».
 Знание — о мире. Созерцание — из мира. Первое накапливается, второе требует присутствия. vk.ru +1
В восемьдесят девять это различие перестаёт быть философской абстракцией. К девяносто годам человек уже знает всё, что можно узнать о жизни.
Но знать — не то же самое, что быть.
Экзистенциализм об этом говорил прямо: человек не данность, а проект; он обретает свою сущность на протяжении всей жизни. Варфоломеев добавляет к этому духовное измерение: «Жизнь бренна — душа самоценна» — формула разделения, где время принадлежит смерти, а душа — нет. ru.wikipedia.org* +1
Сотоварищество вместо одиночества
Классический экзистенциализм рисует человека одиноким странником перед абсурдом. У Камю — бунт, у Сартра — свобода, от которой некуда спрятаться. У Варфоломеева иной поворот: «Мир — пиит, из стихов и музыки состоит». Бытие одушевлено и настроено на творческий лад; экзистенциальная тревога не конечная точка, а отправная, и преодолевается она не бунтом, а сотворчеством: человек становится соавтором космической поэмы. snob.ru +1
И третий его опорный камень — общинность: «Общинный стог — выживания залог». Быть человеком — значит быть с людьми. Это тоже ответ на вопрос о простоте: жить просто невозможно в одиночку, потому что простота требует свидетелей — тех, кому твоё слово
Тула  11. 11.20 26 .10ч50мин.