Последний сон Гостомысла. Рорик

Основано на исторических и археологических изысканиях
и их анализе.

ПРОЛОГ

Буривой стоял на берегу, обнимая Моранай и держа на руках полугодовалого сына, который улыбался утренним лучам солнца. Только старый Седень не улыбался, он смотрел на солнце и знал, ведал, что придут ещё времена лихие, и дети нынешних детей опять возьмут мечи за счастье и свободу славянского рода-племени, а пока только вставало солнце, солнце славян…
- Седень, - неожиданно обратился к нему Буривой. - Дай имя нашему сыну! Смотри, как он солнцу радуется!
- Нареки его Гостомыслом, и сына его тоже. Пусть выстроят здесь, на берегах Ильмень-озера, град красивый и богатый, и пусть как хозяин радушный принимает гостей со всего света и славится город этот вместе с ними, Гостомыслами. А уж народ наш будет поддерживать их со всеми начинаниями в делах добрых.
- Слышишь, Гостомысл, сын наш! - воскликнул Буривой. - Будешь радушным хозяином града нового, удивительного, будешь славить землю нашу на зависть всем, и дети твои такими же будут!
 
Глава 1. Рорик. Встреча.
 
Балтийские волны омывали каменистый берег и мерно плескались у ног. Сегодня выдался не штормовой день, а, к счастью, хороший солнечный, каких не так много на Балтике. На берегу шла обычная жизнь приморского городка, который вздумалось пограбить проплывавшим мимо варягам. Остров Рюген воспитывал из них настоящих мужчин, но и был жесток по-своему. Просто одной рыбой сыт не будешь, поэтому сызмальства мальчишки учились выживать на море. Так было и с Рориком. Теперь Рориком Ютландским. Когда-то его отец, варяжский конунг, был убит в одной из морских битв и отправился к Свентовиту, а мать Умила отдала его под попечение брата мужа, одного из многих ярлов Балтики, которые получали пропитание, славу или смерть за счёт грабежей и войн на морских просторах. Умилу видел редко. Жила она в прибрежном селении, бывшем во владении покойного мужа, рядом с Рюгеном. Врагов у варягов было не мало, но грабить и убивать владения морских разбойников особо никто не решался, зная, что месть будет жестокой. К пятидесяти годам Рорик уже был довольно известным морским разбойником, имел несколько кораблей и хорошую разношёрстную дружину из закалённых вояк.

А сейчас они просто спокойно грабили один из немногих городков, расположенных на южном побережье. Всё бы ничего, но к городку приблизилось войско Людовика Немецкого, который давненько желал поймать Рорика. Рорик уже успел побывать в заточении и особо не пылал желанием попасть туда снова. Тюрьмы тех времён, увы, роскошью не славились. На побережье въехала кавалькада из нескольких всадников. Один из них отделился и подъехал к берегу, где на камне словно со скучающим видом сидел Рорик.
- Здравствуй, Рорик!
- И тебе также, Юрген, - ответил Рорик. - Ты также отлизываешь тощий зад Людовика?
- Нет, я уже вырос, теперь вытаскиваю ему козявки, а жопу мне, кстати, тоже вытирают! А ты всё никак не угомонишься, старый пират? Пиявки давно ползают по твоему брюху в морском рассоле!
Оба рассмеялись. Знали они друг друга давно, с первых стычек, поэтому они уже были больше друзьями, нежели врагами.
- Рорик, у нас к тебе предложение. Я думаю, оно тебя устроит.
Рорик смотрел, как его люди нагло, не спеша грузятся на драккары. Если протянут время, то отбиться от Людовика они не смогут, войско слишком большое, ещё и конные, да и крови прольётся немало.
- Людовик предлагает тебе дать ему присягу…
- И?!
- И делать то же самое, что и сейчас, только наоборот.
- ??????
- Ты будешь защищать побережье от набегов!
- Вы там совсем охренели?! Не ты ли это придумал, сучий хвост?!
Юрген рассмеялся.
- Надо же помочь старому товарищу! Хоть живот растрясёшь, бегая по берегу!
- Как я своим объясню?!
Юрген посмотрел в сторону кораблей.
- Ну, скажем, то, что взяли, - это некий задаток. Для начала. Что добудешь в битве - это твоё. Людовику нужно спокойствие в этих землях. Пропитание будешь получать на каждое рыло с городских старшин.
- И это всё?!
- Нет. Ещё в знак доброты Людовик дарует ваши жизни.
- Что?!
- Оглянись!
Рорик посмотрел по сторонам и присвистнул.
- Вот дурень! - сказал он сам себе.
Увлекшись грабежом, надеясь на лёгкую и быструю добычу, он пренебрёг главным - осторожностью, и теперь с разных концов города выходили воины Людовика, и очень много лучников, которые готовы были их всех изрешетить в одно мгновение.
- Уговорил, на время… - выдохнул Рорик.
- Пойдём в часовню, старый бродяга, там ждёт твой знакомый монах, который тебя крестил, он же приведёт тебя к присяге. Твои люди нам безразличны! Главное, что присягнёшь ты. - Юрген с улыбкой повернул коня в сторону центра городка, где стояла каменная часовня. Подбежавший к Рорику варяг остановился по его знаку.
- Хельги, мы не уходим. Нам предложили пожить в гостях. Собирай всех на берег и хватит грабить! Всё! Скоро вернусь.
Варяг кивнул и не спеша пошёл к кораблям.
 
В часовне было темно, только у алтаря горело несколько свечей. Рорик вошёл один. Юрген остался у дверей с несколькими воинами. Встретивший его монах с низко надвинутым капюшоном тотчас же вышел. Второй, стоявший в центре часовни, снял капюшон и повернулся к Рорику.
- Давно не виделись, Рорик.
- Да уж, Людовик! - аж крякнул от неожиданности тот.
- Мой брат Лотарь не шибко тебя жаловал, мне даже пришлось тебя спасать из его темницы.
- Было дело. Ты с братьями так мило жил, что любой их враг для тебя был другом.
- Не скрою. Но сейчас другое время. Мне нужна защита берега и моих торговых путей.
- Я не буду драться со своими.
- А у тебя есть выбор?
- Есть, Людовик, я ухожу, совсем…
- Да ну?! Ни за что не поверю, что такой знатный викинг, гроза Балтики, так возьмёт и уйдёт?!
- Я нашёл свой последний берег!
- Только не со мной рядом!
- Я уйду на восток!
- В эти леса к медведям? С ума сошёл?!
- Появилось то, что изменило мои планы.
- Что же?
- Сын. Видишь, я не скрываю?! Я назвал тебе своё слабое место. Я действительно ухожу.
Людовик внимательно посмотрел на Рорика. Пламя свечей всколыхнулось от воздуха. Он протянул руку.
- Я принимаю это! Скрепим рукопожатием и уходи, но помни: ты крещён нашей верой, и ты никогда уже не сможешь быть ни даном, ни викингом, ни венедом, только варягом, как твои воины с вашего острова, без рода и племени, возможно, ты создашь своё, или твои потомки. Но ты, Рорик, здесь не смог удержать ни пяди, чему ты научишь своих детей и внуков?! Они также будут терять и приобретать, как ты, за счёт силы, а силы много не бывает. Юрген!
Дверь отворилась, вошёл Юрген. Он кивнул Людовику.
- Хм… Мы уходим, прощай, Рорик, было приятно с тобой проводить наши весёлые времена. - сказал с улыбкой Людовик и вышел с Юргеном. Рорик вышел вслед за ними. В часовню проскользнул выходивший монах.
 
Через несколько минут он стоял шокированный на берегу. На него тянуло гарью. Два драккара горели. Однако его драккар был цел и невредим. На берегу лежали связанные его люди, многие были ранены, ровно пятьдесят человек. Ровно столько, чтобы отплыть отсюда к чертям собачьим на последнем драккаре. Остальные были убиты. Рорик оценил благодарность Людовика.
Рорик развязал варяга, с залитым кровью лицом, лежавшего у причала.
- Хельги, что здесь было?!
- Рорик, как только ты ушёл, вышли лучники, обстреляли нас, затем копейщики загнали в угол. В живых оставили только нас. На берег пришёл твой дружок Юрген, с каким-то монахом, который ему всё время что-то говорил. Он отобрал тех, кто был на твоём корабле, других приказал убить и сжечь два драккара с убитыми. Нас связали и сказали ждать тебя! Ты нас предал, Рорик?
- Нет, Хельги, предали меня… В который раз. Но теперь я знаю, куда мы уйдём, где возьмём то, что нам нужно. Помоги освободить и развязать остальных, Хельги. Мы уходим. На Рюген. Пополним запас, найдём ещё два корабля и пойдём.
- Куда, Рорик?
- Помнишь мою маму, Хельги?
- Умилу? Да, она всегда к нам хорошо относилась, даже угощала вкусными пирогами, когда приносила их к тебе. Мы её очень любили!
- В последний раз она прислала весть, что там, на востоке, меня ждёт мой старый дед и целый город! Представляешь, Хельги, город и леса, реки — всё его?!
 
Глава 2. Рюген
 
Рюген встретил Рорика недружелюбно. Весть о гибели двух драккаров с варягами пришла раньше. Рорик выдохнул и пошёл на совет. В центре острова строилась крепость, впоследствии ставшая неприступным оплотом балтийского пиратства. Внутри его ждали. Несколько вождей, входивших в совет, стояли на улице и переговаривались. Рорик подошёл к ним. Здесь были братья Сигфрид и Хальвдан, племянник Рудольф Харальдссон, Бьёрн Железнобокий, изгнанник-конунг Анунд, Соломон-иудей и сам Хозяин, вождь ранов, тот, кто владел Рюгеном.
- Как твои дела, дядя? - с ехидцей спросил Рудольф. - Говорят, повстречался со своим другом Людовиком?
- Тебе-то что, он тоже тебя ждёт не дождётся, племянничек!
- Рорик, у нас к тебе дело, раз мы тут собрались, - сказал Бьёрн.
- Что за дела в такую погоду? Может, промочим глотки? - ответил Рорик, не желая вступать в неприятные для него разговоры.
- Нет. Всё по делу. Мы собираем поход. Твой опыт нам нужен. Да и в команде веселее, а то твои одинокие рейды ни к чему хорошему не привели - только людей потерял и корабли.
- Так, парни, давайте по делу! Я завязываю и ухожу в последний рейд!
- Куда, в Вальхаллу? - присвистнули Сигфрид с Хальвданом.
- Единственное, что я хочу сказать: мне нужно два корабля с командами, деньги - сейчас. Я играю на все!
- Хо-хо! Дядя, ты где сокровища нарыл? Может, мы тоже с тобой?
- Нет! Зато обещаю хороший торг! Если оттуда, куда я плыву, я пришлю «купца» (торговый корабль), никто в накладе не будет. Хватит всем!
Соломон-иудей хитро посмотрел на Рорика.
- Рорик, я дам два корабля - вернёшь четыре! Если не вернёшь - не обессудь, будешь работать на меня, - осклабился он.
- По рукам!
 
Глава 3. Ладога.
 
Драккары входили в Ладожское озеро, которое встретило пришельцев штормовой погодой. Проводник из чуди показал им прижиматься к берегу.
Так вдоль берега и прошли они на вёслах к незнакомым берегам другой реки, впадавшей в Ладогу.
- Волхов! - с уважением произнёс чудин.
Войдя в Волхов, они увидели городище, обнесённое деревянными стенами, и две башни, обращённые к Ладоге. Задымили сигнальные костры.
- Нас встречают, - сказал Рорик, обращаясь к Хельги.
Три драккара с хищными носами уткнулись в берег у пристани. Один из удальцов-варягов по привычке спрыгнул в воду, надеясь дойти до берега, и тут же пошёл на дно. Вовремя сброшенная верёвка спасла ему жизнь. Нахлебавшийся волховской воды, тот обалдело смотрел на смеющихся товарищей, которые хлопали его по спине. Ссаживались с носа, уже осторожно поглядывая на плескавшую речную волну. На берегу стояла делегация из славян с вооружёнными воинами. Не раз приходилось схватываться с ними в набегах. Вперед к Рорику вышел высокий седой старик.
- Рорик!
- Дед!
Они обнялись. Старик был ещё силён и не так немощен, как казалось.
- Тебя столько лет не было. В последний раз ты был с Умилой двадцать лет назад. И то мы встречались у Плескова.
- Да. Много лет. Я по делу.
- Да?
- Мать послала перед смертью весть, что ты меня звал. Откуда ты узнал, что я иду сюда?
- Так хотел тебя посмотреть, что вести о твоём прибытии мне сорока на хвосте принесла, - ухмыльнулся в седую бороду старик. - Однако ладно, давайте сначала располагайтесь, а потом мы пообщаемся.
- Хельги! Командуй! Всем на берег! Встаем лагерем!
 
Вечером прямо на берегу был устроен небольшой пир. Гостей чествовали радушные хозяева. Гостомысл ради встречи внука хлебосольничал на славу.
- Отойдём-ка, Рорик, - сказал Гостомысл, сидя за импровизированным столом рядом с Рориком.
Они встали и вышли на берег Волхова. Сзади маячили вои Гостомысла, сзади Рорика пил мёд и присматривал стоя один Хельги, тот самый, который упрекнул его в предательстве. Но сейчас этот пронырливый малый почему-то ни на шаг не отходил от Рорика, ловил каждое его слово и достаточно ловко выполнял его поручения.
- Я слышал, ты женат? - спросил дед.
- Да, на Ефанде, дочери урманского ярла. Есть сын Ингвар, но он ещё мал.
- Хорошо.
- Ты помнишь Вадима?
- Поборника справедливости?
- Ты ещё помнишь, как вы сцепились из-за того, что ты взял без спросу меч, а наказали гридня?
- Да, помню. Как он?
- Всё так же якшается с простолюдинами на Торговом конце. Ходит в походы. Недавно на жмудь ходил. Вместо того, чтобы привести этих мерзавцев и затребовать выкуп, он взял и отпустил. По его пониманию — они достаточно наказаны. А купцы, а товар? А выгода Новгорода где? Так и не набрался ума-разума.
- Весёлый парень!
- Теперь, к делу. В Новгороде - я власть и сила, хотя выборная, но сила. Но правит у нас вече.
- Как у нас тинг, - сказал Рорик.
- Но у вас и другая власть имеется… Короли, которые строят державы…
- Ты это имеешь в виду? Хороша власть! Того и гляди - либо отравят, либо убьют! Голова под короной не стоит и ломаного гроша, когда она под короной!
- Ты хочешь взять власть?! Поэтому меня и пригласил?!
- Да, Рорик.
Они замолчали. Белая ночь начала расползаться по земле туманом, пирующие стали расходиться. Лишь где-то в тумане маячили вои Гостомысла и Хельги.
- Допустим, дед, но ты же понимаешь, что встанет твоё вече?!
- Встанет, но у тебя сила и опыт! Возьмёшь заложников — я укажу кого.
- Однако! Ты всё продумал!
- Конечно, внучек! Скоро будет вече. Будем выбирать князя для охраны границ наших. Сами уже не справляемся.
- И велики ли границы?! С пяток твоих Фрисландий будет.
- Ты и это знаешь?!
- Земля слухом полнится, а в землю пухом ложится.
- Что мне с того, дед? Мне дружину кормить надо! У меня долг — четыре драккара! Мне нужна война и добыча!
- Будет! Поход в Биармию за пушниной и данью. Новгороду нужен товар и торговля, а ты поможешь удержать торговый путь!
- Так и сделал бы совет из купцов и правил!
- Ты не понимаешь! Вече - это сила, это воины, ремесленники, ополчение, это селяне, рыбаки и охотники наши! Без них - мы ничто! И никто!
- Если будет поход, то я останусь.
- Значит, жду в Новгороде. Там впереди пороги. Я оставил тебе Путяту, кормчий наш, он проведёт. Не спеша - три дня перехода. Я тем временем предупрежу наших сторонников. Да и подмаслить кой-кого надо.
 
Глава 4 Новгород
 
Проплывая мимо капища, варяги заметили стоящего на берегу старца, похожего на белое изваяние.
- Всё-таки привёл гостей, Гостомысл… Как я и ведал, лишь одного не ведал - каких…
Старец посмотрел им вслед. Обернулся к идолу Велеса, поклонился, откинул подползшую к ногам черную гадюку и побрёл в лесную чащу.
 
Ночь. Покои Гостомысла. Что-то давило на грудь, тёмное и страшное пыталось завладеть им во сне, он отбивался и под конец, помня старые поверья, просто вслух отматерился: «Сгинь, б..ь, к х..м! Чур меня!»
Гостомысл резко встал, он был в мокром поту. За окном начинался рассвет. Гостомысл вышел в горницу, там его ждал Седень, сидя на лавке. Вроде придрёмывал — значит, ждал давно.
- Мара мучает?
От неожиданности Гостомысл вздрогнул.
- Она самая.
Гостомысл уже не спрашивал Седеня, откуда он всё ведает. Поговаривали, что сам Велес дал ему дар видения и долгой жизни. Как будто читая его мысли, Седень сказал:
- Мне уже пора на покой. Задержался я. Воля дида и Велеса исполнена. Теперь другие времена. Другие боги. Ложные. Как раз для людей, с кривдой живущих. Правда, когда у вас родилась, Кривда уже в сапогах ходила. Может, оно и правильно, что ты задумал, но тебе их разве не жалко? Всё же кровь от крови твоей?
- Сам не знаю, Седень. Порядок хочу. Вперёд не вижу. Одно знаю: с вечевым разбродом хорошего тоже ничего не будет. Это каждому кузнецу и пашцу или купцу кланяться - то спина отвалится! Власть - не их дело!
- Хорошо говоришь, Гостомысл! Прямо как василевс византийский, может, и веру их примешь, ромейскую? Чую я, что не ты, так потомки твои это сделают, и ради веры этой на берегу Волхова нашего столько крови прольют, что и не снилось! Что ж за вера такая, с крестом на крови?! Не ошибись! Ошибка твоя людям дорого обойдётся и не на раз - на века, Гостомысл! Пойду я. Стар совсем стал. Покой нужен…
С этими словами Седень, громыхая нарочно посохом, вышел.
 
Утро. Торговый конец встретил всех шумом, суетой и криками. На площади собралась толпа народа. В круг вышел Гостомысл.
- Люди добрые, народ новгородский, гости наши да воины наши-защитники, слово молвить дозвольте?!
- Говори, Гостомысл, говори, что за новости ты привёз?!
- Снился мне ночью сон, вещий! И решил я его вам поведать!
- Во как! Давно ль ты, Гостомысл, волховать начал, али смену Седеню составишь?!
- Так вот, люди добрые, приснился мне град наш, и застило его тучами, да змеи со всех сторон повылазили и к городу ползут, к жёнам нашим, детям…
- Да, змей-то у нас как у коня навоза!
- И ползут они, шипят. А сверху летит сокол с вОронами, да как начали они войско змеиное расклёвывать, да по закоулочкам разбрасывать!
- Ишь как завернул! Ты нам дело сказывай!
- Все вы знаете, люди новгородские, что уже год мы без князя и дружины. То жмудь, то корела с чудью, то на Ладогу викинги налетят. Войско нам нужно, опытное и сильное, чтобы не дёргали мы в ополчение кузнецов да кожемяк, пашцев от сох не отрывали. Прибыл на днях внук мой, Рорик с дружиной своею «сине» и «труво». Предлагаю пригласить их на защиту нашу!
- Ох, ты как завернул!
- А о прошлом годе чего не звал, а из наших стал набирать?
- Темнишь, Гостомысл!
Гостомысл стоял и слушал выкрики толпы. Из толпы вышел такой же высокий, как и он, русоволосый худощавый мужчина с проседью в бороде, поклонился Гостомыслу, потом людям.
- Дозволь слово, люд новгородский!
- Давай, Вадим, отчихвости деда!
- Закрути за бороду, чтоб не пахло смородом!
Вадим поднял руку. Вече стало утихать.
- Я не против родича, тем более знатного и с дружиной доброй!
Гостомысл приободрился.
- Но я за выбор! Что за спешка, дед?! Ведь решено было этот год самим обороняться, да и нам полезно, хоть мечи да луки держать научимся!
- Верно, Вадим! Не колами от врага обороняться!
- Вадим, - обратился к нему Гостомысл. - Каждый должен заниматься своим делом! Курица - нести яйца, корова - давать молоко!
- Да, дед! А ты видел, как безоружных разбойники-ятвяги избивали и насиловали? Если бы они могли защититься, сколько жизней было спасено!
- Правильно говоришь, Вадим! - крикнули из толпы.
Гостомысл заворчал про себя, но взял себя в руки.
- Люди! - начал он. - Давайте сделаем так: придёт Рорик, и вы сами увидите силу его, а ради убеждения сходит и жмудь с ятвягами уймёт!
- Согласны! - закричали с купеческого конца.
Вперёд вышел дородный купчина Корень.
- Я согласен! Пусть товар наш сбережёт и до Рюгена проводит!
- Всё вам выгода нужна, толстопузые! - заорали из толпы.
- Люди! - выкрикнул Вадим, он уже чувствовал, что напряжение нужно сбросить, иначе начнётся драка. Накал стал достигать предела.
- Стойте, за спрос денег не берут! Пусть Рорик себя покажет! Если и верно удержит литву от разбоя, да на море дорогу защитит, то почему нет? Он же не пешим пришёл? - повернулся Вадим к деду.
- Нет, не пешим! Три драккара, и все с воями!
- Решили! - заорали из толпы. - Решили!
 
Рорик с дружиной вышел в поход. Часть людей он оставил в Новгороде обустраивать лагерь на облюбованном им месте. Варяги вышли к селению жмуди, откуда в последнее время, по словам вепса-разведчика, приходили разбойники. Разведчики донесли, что один из отрядов вернулся из набега на полоцкие земли с добычей и полоном и сейчас отдыхают. Из белёсого густого тумана вылетели меткие бесшумные стрелы — сняли часовых. Затем появились дружинники Рорика. Рорик с товарищами с топорами встали у ворот и ворвались в городище, когда перелезшие через частокол разведчики в лёгких кожаных доспехах их открыли. Бегущие навстречу воины-копейщики их не остановили. Разведчики указали верные пути по городищу, а копейщиков сбили с ходу стрелами. Бой был быстрый. К выведенным из городища жителям прибавили полон из полочан и общим гуртом погнали в Новгород. Следом шёл обоз с добычей и трофеями. А поселения не стало. Варяги сожгли его дотла.
«На углях воины не растут», - так сказал Рорик Ютландский.
 
Глава 5 Противостояние.
 
Вече шумело. Литовский полон Рорик повёл в Ладогу, обоз с добычей отправил в Новгород. Шум начался из-за дележа. Купцы уже считали барыши, однако недовольные были всегда и везде.
Вадим стоял напротив Гостомысла.
- Скажи мне, пошто полоцких полоняников с литовцами на торг повели? Они же наши, словене!
- На лбу, Вадим, не написано! И не было там полоцких! С приграничья они!
Из толпы понеслось.
- Брешешь, старый мерин! Я сам полочанин! Дочка там у меня! Князю-то полоцкому всё скажу!
Из толпы вылез небольшого роста мужичонка и погрозил Гостомыслу кулаком. Народ зашумел ещё больше.
Гостомысл не стал ждать.
- Тихо, люд новгородский! Гонца я к Рорику отправил следом. Если ошибка, разберётся с полоном! А вот добычу надо поделить честно. Правом, мне данным, третья часть выделяется Рорику за службу, третья с продажи каждому новгородцу, а третья в казну!
- А что же напополам с Рориком не поделили?! - раздалось из толпы.
Гостомысл, не обращая внимания на выкрики, продолжил:
- Добытая бронь и оружие на переделку! Мастер Хват! - обратился он к предводителю кузнецов и оружейников.
- Я здесь!
- Бери это добро, да в перековку, может, путнее что сделаете.
Вадим вышел из круга и смотрел на деда, как ловко он жонглировал с вече, готовым взорваться в любую минуту. Вадим понимал, что это не его стезя, его мечта - увидеть вече не жадное, не бушующее, а спокойное, рассудительное, живущее на благо равно как купцу, так и простому смертному. Мрачные думы одолевали его. С появлением двоюродного брата дед начал себя вести по-другому, более чётко стали проступать совершенно другие черты его характера. Не так себе представлял это Вадим, совершенно не так.
 
- Ха, Рорик! Рад тебя видеть! - с берега от приставшего драккара к Рорику с широчайшей улыбкой, раскинув объятия, устремился Соломон-иудей.
- Вот, не ждал кого, так это тебя!
- Ну надо же тебя проверить, всё-таки четыре корабля на кону! О, ты никак с добычей?! - Соломон начал оглядывать приведённый варягами полон и часть обоза с добычей, где была доля Рорика и Гостомысла.
- Ты мне это уже в оплату привёл?!
- Нет, хитрый Соломон! Как договаривались - я плачу в срок и частями, а вот продать тебе по сходной цене могу.
- Хм, ну и кто из нас хитрый? По сравнению с франками и данами, рабы здесь что надо, пойдут за хорошую цену. Остальное потом гляну. В добыче ты не ошибался, Рорик. Но за твои товары, если будешь возить в Рюген, я буду брать свой табаш, - всё так же улыбался Соломон.
- Как дела на море?
- Рудольф, твой племянник, куда-то пропал. Говорят, сунулся к Людовику. Бьорн Железнобокий тоже. Всё меняется, Рорик. У нас также ходят слухи, что ты сгинул. Ну так как, ты получил наследство?
- Скорее якорь в задницу, но подумать есть над чем. Дед обещает золото и шелка, но играет по-своему. Их вече слишком шумное, а купцы слишком жадные. Ещё и братец нарисовался. Правдолюб хренов! Больше мороки с ним. Деньгами не купишь.
- Да-аа, вижу, жизнь твоя весёлая. Хочешь совет? Я плохого другу не посоветую!
- Станешь тебе другом - кормом в море для кита! Лучше с тобой быть старым врагом!
- Ха-ха-ха! Слушай меня, Соломона, и твоя жизнь наполнится счастьем! Всё просто, Рорик, ищи слабые места, и если это можно купить, то продай с выгодой!
Рорик задумался.
- А ты долго будешь жить, Соломон!
К пристани подскакал гонец.
- Рорик, Гостомысл весть прислал!
Гонец достал кусок бересты с какими-то знаками и подал Рорику. Тот раскрыл бересту, просмотрел и вернул обратно.
- Скажи на словах, проверили, полоцких не было. Тех, кто был, по дороге отпустили по домам. Понял?!
- Ясно! - Гонец повернул лошадь в обратную сторону, но всё-таки внимательно посмотрел на стоявших у пристани полоняников и поскакал в Новгород, не торопясь…
Соломон, с изумлением глядевший, как Рорик читает берестяное письмо, тихо сказал:
- Тебя опасно иметь врагом, да и другом тоже… Ладно, торг?!
- По рукам! Торг…
 
Глава 6 Столкновение.

За городом Вадим присмотрел место, где и начал обучать простолюдинов ратному делу. В «дядьки» он приставил старых дружинников отца, не раз ходивших на литву и морских разбойников, всё ещё крепких стариков. В свободное от работы и хозяйских дел время люди приходили и охотно занимались этой новой затеей Вадима, а кто просто смотрел.
Рорик с Хельги конно объезжали город с целью усмотреть слабые места обороны. Тут они заметили оживлённую поляну. Там, в центре круга, сам Вадим, распоясанный, крутил «свилю» с тремя здоровыми мужиками. Те падали, но всё равно стремились победить Вадима, который ловко уходил от их медвежьих захватов.

Рорик подъехал и слез с коня. Хельги остался сидеть верхом. Борьба остановилась. Мужики ретировались в толпу. Вадим и Рорик остались в центре поляны.
- Ну, здравствуй, брат!
- Здрав будь, Рорик!
- Как поживаешь, Вадим?
- Как видишь, в делах, заботах.
- Вижу, вижу. Зачем тебе это всё? Думаешь, что это мужичьё сможет осилить одного варяга? Их всех перебьют! Давай проще - возьми меч и в круг! Пусть видят, что это такое, или разучился?
Вадим молча подошёл к сломанной берёзе, где были сложены его вещи, достал из ножен отцовский меч и встал в круг.
- Бой! - крикнул с коня Хельги.
Звякнули мечи. Вадим отбил сильный удар Рорика и пошёл в противоход. Рорик крутанулся в другую сторону, надеясь достать Вадима. Тот упал на колено, меч прошёл над ним. Тут же подножка Рорику! Еле удержав равновесие, Рорик отскакивает в сторону. Рорик, как хищный сокол, кружил над добычей, но и Вадим не был беззащитным. Удары сыпались с искрами. Стоявшие вокруг люди переживали за поединщиков, каждый за своего. Сжимались кулаки от волнения, хлопали в ладоши от неудачного удара.
Рорик начал выдыхаться, лишний вес и броня давали знать. На удивление ему Вадим так и не сбил дыхание.
Рорик остановился.
- Верю, брат, ты в хорошей форме, а вот их, - он показал мечом на людей, - их надо гонять в семь потов! Давай, рад встрече!
Рорик протянул раскрытую ладонь Вадиму. Вадим хлопнул по ней своей пятернёй и почувствовал, как Рорик со всей силы стал сжимать свою. Вадим напрягся и не дал усилию Рорика зажать руку. Они стояли и молча смотрели друг на друга. Вадим не понимая, а Рорик оценивающе исподлобья.
- Я тоже рад, брат, - сказал Вадим.
 
Гостомысл сидел напротив Рорика, Хельги был у входа в горницу.
- Я думаю, Рорик, что Вадим не просто так стал готовить людей, но всё же это нам на руку. Их нужно спровоцировать на что-то.
- Ты сказал, у тебя на вече был мужик из полоцких…
- Был, сейчас нет.
Рорик посмотрел на деда.
- Хватко.
- Я не могу сопли жевать. Что с торгом?
Хельги молча встал, вышел, через какое-то время он вернулся и положил на дубовый стол перед Гостомыслом большой кожаный кошель. Тот развязал его и посмотрел внутрь.
- Потом пересчитаю. Что ты будешь делать с Вадимом?
- Я не хочу его убивать.
- Но он встанет против тебя!
- Я подумаю.
- Думай, времени немного. Через три дня вече!
 
Вече шумело как всегда. В этот раз народу было больше. Прибыли посланцы от вассальных и дружественных Новгороду племён.
Рорик был рядом с Гостомыслом. Позади грозно стояла варяжская охрана, возглавляемая Хельги. Напротив — Вадим и его сторонники, ближе к Гостомыслу — основная купеческая верхушка, да ещё старшины нескольких ремесленных семей, что побогаче. Вокруг них сплотилась горластая толпа новгородского люда.
Вадим вышел.
- Рорик, и ты, Гостомысл, объясните люду новгородскому, как так получилось, что полоняне полоцкие домой не вернулись?
Рорик исподлобья ответил:
- Людей опросили, те, кто был с полоцких земель, тех отпустили, или ты прикажешь, чтобы мы их под белые рученьки и дому проводили и солому подстелили?
- Нет, Рорик. Но прибыл вестник от полоцкого князя с просьбой вернуть людей!
Тут встрял Гостомысл:
- А почему он ко мне не явился, вестник ваш?! Есть порядок, самим же вече установленный!
- А не явился, потому что другого убитого в кустах придорожных нашли!
- Кого?
- Того мужичка, который дочку искал?
- Тати на дорогах, али не знал?!
Толпа зашумела. Выскочил вперёд молодой парень лет двадцати с мечом, завёрнутым в тряпицу, в руках. Он шёл из кузни с обновой, похвастать дяде Вадиму. Уж очень хотелось ему научиться так же махать мечом, как и он, и ходить в походы для защиты новгородских селений от врагов.
- Дядя Вадим, врут они! Сам видел, как два варяга за мужиком шли после вече!
Тут кто-то в толпе сильно толкнул парня в сторону варягов. Тот с мечом полетел в их сторону. Дружина расценила это по-своему. Дзиньк! Меч с развёрнутой тряпицей, даже без оплетённой рукояти, полетел в сторону. Рядом упал парень, побледневший как полотно. Спустя мгновение земля под ним окрасилась кровью.
Толпа расступилась в молчании. Варяг стряхнул кровь с клинка, вытер тряпицей и встал в строй, ощерившийся мечами и щитами.
- Убилиии!!! - чей-то крик всколыхнул людей. Вадим стоял неподвижно, смотрел на племянника, лежавшего в луже крови, переводил взгляд на Рорика и Гостомысла, потом опять на племянника.
Гостомысл, Рорик и варяги стали дружно медленно отходить к дому Гостомысла, оттуда в лодьи и переплывать в лагерь Рорика на другом берегу.
К Вадиму подошёл кузнец Вольга и положил ему руку на плечо.
- Что делать будем, Вадим?
 
Глава 7 Новые гости.
 
Гостомысл глядел на костёр, на котором два воина готовили добытого на охоте кабана. Вдруг что-то произошло в лагере и началась какая-то лёгкая суматоха.
К нему подошёл Рорик.
- У нас проблемы.
Гостомысл оглянулся.
- У Ладоги заметили несколько кораблей. На одном русалка Анунда.
- Может, на торг?
- Нет, это нападение. Видно, Соломон всё-таки проболтался. Нужно выдвигаться. Подожди, я соберу своих.
- К чертям! Это мои проблемы, и теперь я здесь живу, и мои парни! Они влезли на мою территорию! Ты лучше здесь порядок наведи! Чувствую я, что сегодняшняя буча со знакомым дымом.
- Как знаешь. Нужные люди уже ищут того, кто толкнул этого бедолагу на твоего дружинника. Парня не вернёшь. Я приказал отнести семье виру за погибшего. Не хочу кровной мести. Тебе бы поговорить с Вадимом.
- Ты затеял это всё - ты и говори! Мне некогда! Хельги, отплываем! Бери три драккара, один здесь!
Хельги побежал отдавать указания.
 
Корабли медленно приближались к берегу. Шесть. И во главе действительно был знаменитый корабль Анунда с русалкой. Её зловещее лицо с развевающимися волосами, которые Анунд постоянно приказывал держать в порядке, говорят, что специально снимал волосы вместе с кожей с пышноволосых пленниц, а то и вовсе крал девиц где придётся, смотрело на берег Ладоги в преддверии ужаса, который будет бродить по этой земле несколько дней. Но их уже ждали.

Корабли подплыли к причалу, но их встретила тишина. Викинги взялись за щиты. Тишина. Осторожно выглядывая из-за щитов, несколько смельчаков спрыгнули на землю. Ничего не понимая, за ними с осторожностью стали ссаживаться другие и составлять боевые порядки. Сомкнув щиты, викинги стали подходить к городищу. Ворота были открыты.
- Ярл! Анунд, ворота открыты! Все ушли!
Оборачиваясь по сторонам, воины заходили в Ладогу. Было такое ощущение, что жителей выгнало что-то неведомое, всё говорило об их недавнем присутствии.
К Анунду подбежал Нори, один из данских вождей, присоединившийся к походу со своим кораблём.
- Анунд, они, верно, перепугались и ушли в лес, мы их найдём. Дальше болот не уйдут.
- Хорошо. Будьте настороже. Осмотрите каждый дом. По одному никуда не ходите!
Воины стали расходиться по городищу.

Через час, собрав всё, чем можно было поживиться, на площади викинги собрались вокруг вождей, решавших, что делать дальше.
- Анунд, ты куда нас привёл? Это даже не добыча, так - для селян штаны поддержать!
- Я же говорю, Соломон не врал! Здесь что-то не то!
На совет вбежал один из викингов.
- Анунд! Корабли! Их много!
- Где? Откуда?!
- Одни встали у Ладоги, другие пришли по Волхову. Прямо из тумана вынырнули!
Раздался звук рога.
- Сомкнуть щиты! Выходим!
Выйдя за ворота, Анунд увидел, как со стороны леса и стороны реки к городищу подходят два отряда. Тот, что шёл из леса, остановился в трёхстах шагах, из строя вышел Рорик.
- Анунд, выйди ненадолго поболтать!
- С какого хрена?!
- С такого, с какого ты здесь оказался!
- Мне и тут неплохо!
- Ну ладно, я только кораблики твои заберу!
- Рорик, придурок! Только попробуй! Я надеру тебе задницу, посажу в клетку и отвезу к Людовику!
- Только не говори, что он тебя послал!
- Может, и он! Говорят, голове твоего племянника одиноко торчать на пике!
- Сука! Выходи!

Пока они препирались, подошёл второй отряд. Вышел улыбающийся Соломон.
- Ба! Кого я вижу! Какая встреча! Анунд, каким ветром здесь?!
- Таким же, каким и ты, Соломон!
- А ты, Рорик?!
- Пошёл к чертям!
- Ха-ха! Вообще я пришёл поглядеть на новый товар, но на драку тоже согласен! За то, что я здесь стою, вы мне будете должны половину трофеев при условии победы!
- Сука! - это уже было сказано и Рориком, и Анундом одновременно.
- Анунд, предлагаю поединок! Пожалей людей! И своих и моих! - крикнул Рорик.
У ворот заспорили. Нори подошёл к Анунду и что-то яростно доказывал. Тот огрызался. Нори вышел из строя.
- Эй, Рорик! Я тут мимо проходил! Подыхать не хочется! Я уйду?!
- А зачем ты мимо шёл, Нори?! - спросил Рорик.
- Ну так, дай, думаю, зайду, проведаю старого знакомого!
- Вот он я, мог бы и предупредить! Накрыл бы стол! Нехорошо гостя голодным оставлять! Я тебе, Нори, честно предлагаю в гости, пока на год, дальше сам решишь! Доля по закону!
- Не шутишь?!
- Нет!
- Хорошо! Мы в сторону отойдём!
Нори с людьми, опустив щиты, вышли из строя и отправились к берегу.
Анунд заорал в бешенстве:
- Нори, стой! Ты что делаешь?!
Нори оглянулся.
- Спасаю себя и людей от дурака, который нас сюда позвал!
Анунд встал как вкопанный. Сзади опять зашумели, и ещё один отряд отправился вслед за Нори.
- Твои условия, Рорик?! - заорал Анунд.
- Нори и его люди идут ко мне с кораблями! Ты отдаёшь всё, что награбил по дороге, то, что взял здесь, - возвращаешь, я тебе оставлю один драккар и лети попутным ветром, заодно передай Людовику: долг платежом красен! Это так здесь говорят, даже через сто лет!
 
Строй кораблей Соломона выпустил драккар Анунда в Ладогу. Соломон стоял на берегу с Рориком и потирал руки от удовольствия.
- Жаль, не подрались, немного крови бы не помешало.
Рорик, смотря, как в городище возвращаются из леса жители, ответил:
- Мне люди нужны, Соломон! Чтобы удержать это всё! И ещё! Я хочу пойти по рекам на юг, говорят, можно дойти до земли василевса.
- Смело! Если ты это сделаешь, то твоя земля будет богатой. Нам тоже прибыль, да и в последнее время в Балтике силы поменялись. Даны, франки и христиане чёртовы объединяются, назначают себе королей. Стало мало места, а здесь, если ты удержишься, всего хватит всем. Ладно, по рукам! Долг ты вернул! Когда позовёшь?!
- Утрясу одну проблему, и заезжай. Встречаться будем здесь, в Ладоге. Не забудь, кстати, меня ведь тоже крестили!
- Договорились, удачи! А твоё крещение не считается!
-Почему?
-Твой крестный, Людовик, известный мужеложец! Или он тебя своим «крестом» крестил»? Ха-ха-ха!
-Иди на хрен!
Соломон отправился к уже своим кораблям, стоявшим у причала. Часть команды ему составили люди Анунда, ушедшие с Нори. Нори же готовил свои два драккара к выходу: они плывут с Рориком в Новгород.
 
Глава 8 Братоубийство
 
На волховском берегу у пристани Рорика ждали. Как только носы драккаров показались перед Новгородом, на берег стала выходить и строиться собранная вечем новгородская рать, разномастно вооружённая, но серьёзно готовая к бою. Во главе был Вадим.

Драккар Рорика приблизился к берегу.
- Рорик, плыви обратно! Нет места тебе и твоим людям! - крикнул Вадим. - Если подойдёшь, сожжём и тебя, и корабли!
Строй расступился местами, и Рорик увидел готовые жаровни и пылающие костры.
- Парни, тут посерьёзнее будет заваруха! Плывём в лагерь! - крикнул он своим варягам. Те беспрекословно стали разворачивать драккар.
- Мы же их сомнём! Давай сделаем это раз и навсегда! - выступил Хельги.
- Нет! Они могут повредить корабли! Да и людей нужно беречь! Пойми!
 
Через час Рорик сидел у костра с Гостомыслом и Хельги, чуть поодаль примостился на бревне Нори.
- Рорик, не вздумай убивать народ! Нас проклянут и возненавидят! - говорил Гостомысл, смотря на внука.
Тот сидел, глядя в пламя костра и вспоминал Фризию, где подстрекаемые жители восстали против него.
- Я нашёл на той стороне людей, которые нас поддержат, - продолжал Гостомысл.
- Ты можешь делать, что хочешь, - наконец заговорил Рорик. - Не забудь: ты мне уже должен за то, что я спас тебя от разорения викингами Анунда. Ты мне должен за то, что ты меня сюда позвал, просто за то, что позвал, и я с моей дружиной впрягся как вол в это твоё вечевое дерьмо!
Тут Рорик повысил голос.
- А что сделал ты, дед?! Ты продолжаешь свои интриги! Ты, именно ты вцепился в эту власть, стоя на краю могилы!
- Я не христианин, как ты! - металлом ответил Гостомысл. - И не беспринципный тоже! Твои шашни с вашим жидовином-пиратом мне известны! И здесь, внучек, ты на моей земле, не забудь!
Рорик встал и пошёл к драккару, Хельги тоже пошёл вслед за ним, один Нори спокойно сидел, доедал кусок жареного мяса и запивал мёдом.
 
Утром двух драккаров не было, не было Рорика и Нори, Хельги распоряжался на берегу. Варяги не спеша, вооружённые, грузились на корабли. Гостомысл подошёл к Хельги.
- Где он?
- Ушёл с Нори.
- Куда?
- Не знаю.
- Врёшь, Хельги!
- Я действительно не знаю, - с прищуром посмотрел Хельги на Гостомысла. - Он сказал, чтобы я собрал дружину для твоей охраны и привёз тебя туда.
Хельги показал на противоположный берег, где был Торговый конец и дома ремесленников.
- Зачем?
- Сказал, что будешь говорить с твоими людьми…
Гостомысл, задумавшись, пошёл на драккар, указанный Хельги. Тот ещё раз посмотрел на старика, ухмыльнулся, покачал головой и продолжил руководить сборами.
 
В намеченное время носы драккаров уткнулись в противоположный берег Волхова. Сначала вышел Гостомысл и посмотрел на стоявшее на берегу ополчение.
- Я на разговор! - крикнул он.
- Медовые речи, да во рту горько! - раздалось в ответ.
- И посадник, и купец - все к нам на один конец! - заржали следом.
Гостомысл хмуро посмотрел на кричавших. За его спиной с борта спрыгивали варяги.
Сзади толпы раздался шум. Вышел кузнец Вольга в выкованной для себя кольчуге, в шлеме по норманнскому образцу и опоясанный мечом в полтора локтя.
- Гостомысл, останови их! Бой будет!
Хельги подошёл сзади к старику и отодвинул его назад. Вперёд вставала варяжская дружина. Сзади выстраивались лучники.
- Гостомысл! Людей не губи!
Гостомысл молчал, он не понимал суть происходящего.

Тем временем на засеку с охранением, устроенную новгородцами, напали. Молча из чащи вышли варяги во главе с Рориком. Двое новгородцев, вооружённых копьями, были сразу же убиты. Рорик увидел Вадима, отбивавшегося от двоих варягов, ещё один уже валялся с отрубленной рукой. Вадим, чувствуя неладное, с утра пошёл проверять сторожу, и как бабушка нашептала!
- Он мой! - крикнул Рорик. - Эй, Вадим! Ты и я! Это будет финал!
Вадим, подрубив варяга, напавшего на него с двумя топорами в руках, не успел обернуться, стрела, выпущенная кем-то сзади, пробила ему горло, и он упал, попытался встать, упал снова, в этот раз навсегда.
- Кто стрелял?! - заорал Рорик. В ответ из кустов выскочил всадник с луком за спиной и помчался в сторону городища. Конь был спрятан в чаще леса.
Новгородцы встали, ошеломлённые гибелью Вадима, варяги остановились и ждали команды Рорика. Тот подошёл к Вадиму, наклонился, закрыл ему глаза, перекрестился и поднял голову к новгородцам.
- Вы видели?! Я его не убивал! Хотел, но в бою! Честном бою, а не так! Кто был у вас окомонь?!
- Конь Вадима, он на нём приехал, - сказал молодой рыжий детина с копьём. - А вот того, кто ускакал, не знаем вовсе.
Рорик прокрутил в голове всю картину скоротечного боя. Когда летела стрела он был на краю гибели. Одно неверное движение и всё! Он стоял с Вадимом на линии выстрела, когда вызвал его на бой, а тот в это время ещё отбивался от противника. Однако всё обошлось.
- Слушайте меня! - обратился он к новгородцам. - Сейчас идите и говорите вашему вече, что случилось. Мы идём следом. Также передайте, что с другой стороны тоже идут мои воины. Мы вас просто сотрём! За убитых моих воинов будете платить! Ваших - хороните сами!
Мужики, немного постояв и что-то друг другу тихо сказав, быстро двинулись в сторону Новгорода. Варяги даже оружие у них не забрали.
 
- Убили! Вадима убили! - раздалось в толпе.
Гостомысл вздрогнул и побелел. В толпе началось возмущение.
- Да что ж это творится! Тати!
- Люди, смотрите, Рорик идёт!
Народ развернулся. Рорик с частью дружины и Нори со своими людьми шли с разных концов городища к Торговому концу, к пристани. Сзади Рорика на импровизированных носилках несли Вадима.
Рорик подошёл к шумевшей вооружённой толпе.
- Надеюсь, что ваши люди уже успели прибежать и сказать, что произошло?!
Он повернулся назад и показал на носилки с Вадимом.
- Его убили! Не я! Сзади!
Толпа зашумела, переглядываясь. Гостомысл стоял бледный.
- Но это ещё не всё! Вы беззащитны! Я обошёл городище! Ваша сторожа слепа! Вы не умеете биться! Ваши дороги открыты! Как вас защищали - я не знаю! Вы просто откупались и вас не трогали!
Кто-то, соглашаясь, закивал головой. Рорик продолжал.
- Я уйду! Я не хочу жить с такими дураками, которые стреляют в спину! Но завтра я приду! Приду грабить вас!
Толпа зашушукалась, зашумела. Вышел Вольга-кузнец и какой-то купчишка не из богатых.
- Вот что, Рорик, - сказал Вольга. - Мы вечем порешали: быть тебе князем нашим сроком на пять лет. За охрану границ наших мы сообща платить будем, за гостей наших и заморских - пущай сами за себя мзду тебе дают! Но в дела наши - не лезь! Твоё дело сторона! А ежели оплошаешь - вот тебе дорога обратная!
Вольга показал на Волхов.
- Живи на своём берегу, где место взял! И клятву дай, что не обманешь!
- Убитых наших в распре мы тебе простим и сами тризну справим, виры за твоих ты не получишь. Так честно будет! Ну?!
Рорик посмотрел на Гостомысла. Тот кивнул.
- Хорошо! Клянусь вече новгородскому, что в установленный срок буду защищать город ваш Новгород от татей и ворогов, а также гостей ваших и заморских от грабежа!
Вольга подошёл к Рорику и протянул руку к его мечу.
- Дай!
Рорик с удивлением отдал ему меч, вытащив из ножен. Вольга подошёл к ближайшему кострищу, оглядел меч, раскалил конец клинка и подошёл обратно к Рорику.
- Дай руку!
Тот протянул руку. Вольга положил раскалённый конец клинка в ладонь.
- Клянись!
- Клянусь! - заорал Рорик больше от боли.
Вольга отнял меч и остудил его в волховской воде.
- Договор скреплен! - крикнул он толпе, а затем повернулся к Рорику. - За деньгами к нему!
Показал Вольга на Гостомысла и пошёл к вече.
 
Вече расходилось, дружина уже растекалась по торговым рядам на полных правах и уже где-то торговалась, билась об заклад, продавала трофей, заглядывала на новгородских девок. Рорик стоял на пристани с Гостомыслом.
- Зачем? — спросил Гостомысл. - Зачем ты его убил?
- Я? Вот тут ты не туда попал, дедушка! Стрела в меня летела, он только случайно ближе к ней оказался! Если ты никого не подсылал, я не убивал, значит, есть те, кому это надо.
 
- Нори! Твой хвалёный человек - мудак! Не попасть с пяти шагов!
Нори пофигистически чего-то жевал и запивал мёдом, понравился ему этот хмельной напиток — не чета элю!
- Нори, ты слышишь?! Нас чуть не поубивали!
- Чего ты плачешь, Хельги?! Мы в выгоде! Попали в Вадима, Рорик-конунг Новгорода, нам платят за защиту целых пять лет! Я в сказке не мечтал! Блукаться по морю, пока тебя не утопят?! Нет уж! Меня здесь всё устраивает! Держись его, Хельги! Он нас к деньгам выведет!
- Столько лет ждал! Брат останется неотомщённым!
- Чего несёшь-то?! Его брата убили — убили! Значит, отмщён.
- Он его сам завалить хотел! Он узнал про твоего человека, велел его привести и сам с ним разговаривал. Даже меня не пустил!
- Погоди-ка! Это что же получается? Ты что, моего человека ему сдал?!
- Нет, и откуда ты знаешь, чей он? Ты его где нашёл?
- В Ральсвике.
- А с Анундом как сошёлся?
- Меня туда Соломон-иудей позвал.
- А человек сам откуда?
- Сказал, что с Соломоном приплыл, бежал из Фризии… А чего?
- Опять Соломон! Он это устроил, чёрт! Нам уходить надо! Этот человек мог про нас Рорику рассказать!
- Не смог уже… Я его сразу за Новгородом убил. Он ко мне в засаду попал, когда в Полоцк мчался. Рассказал, да не всё, значит. Я его сразу там и прикончил. Тогда он не промахнулся, а мы играем в игры Рорика как всегда.
 
Глава 9. Спустя пять лет.
 
Ладога. Гостомысл умер сразу после вечевых событий. Видно, не выдержало сердце старика. Рорик переехал в Ладогу, оставив в Новгороде малую дружину. Сейчас в отстроенных хоромах Рорика шёл совет, только совет весь состоял не из славян, вепсов и корел, а из прибывших на встречу разношёрстных варягов и викингов всех мастей, тех, кто откликнулся на зов Рорика. Уже минуло пять лет с тех пор, как он ступил на эту землю. Несмотря на неприязнь, вече снова доверило ему охрану рубежей, особенно ратовали купцы, кому он открыл дорогу и защиту на Балтике. Те, что посмелее, пытались дойти и до Англии, и до франкских земель, но там были даны, для которых варяги с Рюгена были врагами. Не все смельчаки возвращались оттуда целыми.
— Итак, Хельги, берёшь с собой Ингвара и три корабля. Мальчик вырос, ему пора учиться драться и управлять войском. Путята-кормчий идёт с вами. Он знает реки и пороги. До большой реки с вами пойдут две лодьи с новгородцами. Мы их наняли валить лес и делать волоки, иначе, как говорит Путята, через пороги вы не пройдёте. Волоки не уничтожать — они нам потом нужны будут! Дойдёте до реки, что выходит в море, вас встретят. Там степи и много кочевников. Снаряжайте броню и луки. Дойдёте до города, узнайте, где эти два засранца Аскольд и Дир. Они ушли пешими два года назад. До сих пор вестей нет. Если они от нас отошли — наказать, дружину вернуть! Сберегите этот город — это ключ к морю! Мы туда придём и будем жить без этого вече, разборок и прочей дряни! Хельги, ждите с Ингваром меня там! Шлите гонцов и купцов! Ты старший! Понял?!
Хельги, уже заматеревший вояка, кивнул.
— Разведайте путь к этому василевсу, Бьорн железнобокий ходил морем. Там они уже готовы наверняка. Флот у них есть и с греческим огнём. А вот с севера ходили только мои предки, и греки забыли, как это бывает. Я хочу брать дань за спокойную жизнь с этих греков! Понятно?
— Скёлл, Рорик, за тебя!
— За успех!
Раздавались выкрики за столом и тёк эль, мёд и даже вино. Так решалась дальнейшая судьба будущей державы. Не вечем, не народом, а варягами, соколом и вОронами из сна Гостомысла…

На краю леса чуть шевельнулись ветви. Тихо ступали обратно в лес по мху ноги человека, а, может, уже и не человека. Седень и сам не понил, сколько он жил на белом свете. Белка прыгнула ему на плечо. Впереди, высунув язык, бежал молодой волчок, его новый сторож.
Дорога к капищу начала забываться людьми, да Седеню того и надо. Здесь, в лесной тиши, у болот, под зелёными ветвями елей было спокойно и тихо, а там, на земле, ради которой он столько радел, помогал, лечил, общался с богами, начиналась новая жизнь, шумная, кровавая, бестолковая, и без правды…