Некто фотографировал одно и то же,

* * *


Некто фотографировал одно и то же,
Дом, улицу, дерево, фонарь, скамейку,
Каждый день года, оставляя говорить времени.

А если вот так же каждый день говорить
Те же самые вещи, единственно важные:
Бог, любовь, радость, мир, родные,
И всё это сотворённое, до самого малейшего,
Какой бы тогда был смысл, что утаилось бы
В этой тавтологии, так открываясь тождеством?
И было бы это тождеством? а если нет, то чем?

А иначе чем тогда мы здесь занимаемся,
Говоря, пиша, загадывая друг другу этим загадки,
Как будто хотим удивить, и что дальше?
Неужели это только такое временное утешение
В странствии неразумных детей, не знающих чем заняться,
Чему отдать время, чему посвятить чувство и тишину?

И если бы не было у нас такого занятия,
Мы сдуру поразбивали бы себе головы,
Покалечились бы, занимаясь явной ерундой,
Пусть уж будет хоть что-то как бы полезное,
Какое-то такое благоумное занятие, где мы могли бы
Что-нибудь проявить, засвидетельствовать,
Сами того не замечая, в увлечении мнимой важностью
Этих наших смешных дел: слово, образ, создание?

И что же это – то, что проявится между делом,
Второстепенно случайное, а на самом деле
Не окажется ли именно оно самым важным?
И что это тогда? Какое? Что удерживали словом,
Как в какой-то повторяющейся сердцевине
Фотографии огромного мира одной малой жизни?

Какой остаётся след (а мы ведь можем ли оглянуться,
Чтобы увидеть по-настоящему себя и свой путь,
Или это может лишь посторонний, или и он не может?

И только Господь, судящий живых мёртвых,
Хотя и не судит, как мы, а Он просто есть,
Сотворил, а потом ещё и дал Себя в жизнь новую,
И каждый, кто хочет, идёт к Нему, чем бы ни занимался,
Только Он знает, хотя и каждый Им мог бы видеть,
Чем занимается, куда идёт, чему родствен.

Удивительное, чудно утаившееся от нас самих.


Ноябрь 2026.