Мир которому нечего терять-продолжение

               8

      Мир которому нечего терять

Тишина в кабинете сгустилась настолько, что казалось, будто сам воздух превратился в остывающий свинец. Защищенный терминал на тумбе звякнул еще раз — мягче, почти жалобно, словно напоминая, что за пределами толстых стен бункера время больше не принадлежит людям.
Советник коснулся пальцами сенсорной панели. На матовом экране вспыхнули короткие строчки шифра: Женева подтверждала прием сигнала. Резервный канал Красного Креста ожил после трех лет полного молчания.
— Они на линии, — тихо произнес советник, не отрывая взгляда от бегущих строк. — Но предупреждают: верификация займет не меньше двадцати минут. Генеральный секретариат требует подтверждения кодов безопасности с нашей стороны. Те самые коды, которые хранились у министра обороны.
Глава государства медленно вернулся к креслу, но садиться не стал. Опершись ладонями о полированное дерево стола, он посмотрел на карту, расчерченную багровыми и черными крестами. Северное крыло действительно висело на волоске — автоматика периметра умела считать минуты лучше любого стратега.
— Передай им старый протокол, — бросил он через плечо. — Тот самый, который мы согласовывали еще до прорыва фронта у озера. Они знают этот шифр. Если и там сидят те, кто помнит довоенный мир, они поймут: это не ультиматум. Это приглашение договориться над руинами.
Снаружи, прямо над бетонным козырьком вентиляции, глухо заурчал тяжелый дизель-генератор — фильтры в очередной раз сменили режим, очищая воздух от очередной волны пепла, принесенной с запада. Война подходила к своему финалу не триумфальным подписанием актов в освещенных софитами залах, а медленным, неизбежным остыванием железа.
— Что с западными территориями? — спросил советник, уже вводя код на пульте. — Если мы вычеркнем этот пункт, они потребуют компенсации в энергетическом секторе. У нас не хватит ресурсов для автономного питания столицы следующей зимой.
— Следующей зимой, мой друг, здесь не останется тех, кому понадобится свет, — устало ответил глава государства, поднимая ручку и наконец снимая с нее колпачок. — Пиши. Мы отдаем им побережье под международный мандат. Но буферная зона останется нашей. И пусть генералы в бункере напротив знают: пока эта ручка у меня в руке, мы еще хозяева своей гибели.
Экран мигнул, сбрасывая зашифрованный пакет данных в холодную пустоту цифрового эфира. На востоке горизонт окончательно прорезала бледная, почти нереальная полоса света — холодное солнце поднималось над миром, которому было больше нечего терять.
    
Продолжение следует