Побежденные

  Давно это было, в самом начале 90-х годов прошлого века. Я еще молодой, даже челка еще была на голове...
 Только развалили Советский Союз, тот нерушимый, могучий, который строил коммунизм. Кто развалил? Да, мы и развалили, не без помощи бывших союзников, конечно. Коммунизм построили, а людей готовых жить при коммунизме не получилось воспитать. Разбрелись народы по своим комнатам, только стали ли они счастливы от этого?
 С приходом независимости в Украину пришла инфляция, деньги обесценивались быстро, сбережения, которые люди копили всю жизнь пропали, деньги стали дешевле бумаги, на которой их печатали. Но нужно жить, идти дальше.
 В колхозах появилась должность коммерческий директор, нужно было уметь менять продукцию производимую колхозниками на необходимый, или ликвидный товар. Это сейчас есть компьютеры и интернет, а тогда все в телефонном режиме, и на личных связях делали бизнес.
  Вот и я, городской парень из семьи госслужащих приезжаю в деревню, не очень далеко от Азовского моря. С Божьей помощью справился, колхоз был с топливом, урожай убрали, еще и прибыль была хорошая, люди не голодали.
 Жил я на квартире у бабы Кати, еще не старой, но уже беззубой женщины, пережившей ребенком войну.
 Вечерами мы с Бабой Катей ужинали, иногда и по рюмахе могли пригубить. Баба Катя мне рассказывала о жителях деревни, кто от куда сюда переехал, как жили раньше, при коммунистах. В своих рассказах Екатерина дошла до Великой Отечественной войны, когда она была маленькой девочкой.
 Вот тут и начинается история, которой я хотел с вами поделиться.
 Я еще маленькая была, -начала свой рассказ баба Катя-, когда началась война, мы жили в этом доме большой семьей, у меня тогда было 4 брата, все старше меня. Самые старшие ушли на фронт в самом начале войны, а я и мой брат, ему только 17 исполнилось, мы помогали по хозяйству родителям.
 Осенью 1941 года в село зашли фашисты, зашли самые страшные из фашистов- румыны. Если бы ты видел, что они тут творили! Грабили и насиловали, убивали людей ради развлечения. Народ в ужасе, пришлось идти в райцентр, искаль гауляйтера и жаловаться, другого выхода не было. Пешком в Новотроицкое пошла наша соседка, ее насиловали румыны, а родителей ее убили. Вроде бы не далеко, 15 километров, но пешком на морозе. обдуваемой ветром степи, это было не просто.
 Нашла соседка гауляйтера, немца лет 40. Рассказала ему про ужасы, которые творят  в их деревне румыны, попросила навести порядок.
 Гауляйтер выслушал, вызвал адъютанта, что-то на немецком языке накричал ему. А нашей соседке сказал: "Ауфведерзейн" и отправил ее домой.
 На следующий день в село приехали два грузовика с немцами, собрали все село на площадь возле правления колхоза, собрали румын- оккупантов.  Напротив селян построили румын, сам гауляйтер спросил у людей, кто их обижал? Люди вышли и пальцами показали на тех. кто убивал, грабил и насиловал.
 Суд был короткий- виновных отвели в сторонку и на глазах у всех расстреляли, остальных румын отправили на фронт. В селе остались стоять оккупационными войсками немцы.
 В наш дом поселили двоих офицеров, молодых и очень вежливых. Гюнтер и Макс, так они представились. Это были интеллигентные парни, которых призвали на войну, сами они воевать не хотели.
 Очень я им понравилась, Гюнтер говорил, что у него в Германии дочь такого возраста. Когда квартиранты получали свои офицерские пайки, то приносили их домой и все вываливали на стол, отдавали моей маме, чтоб готовила из  этих продуктов на всю семью. Мне доставались шоколадки.
  Мой брат Гриша, молодой еще мальчишка, пошел в партизаны. Где тут в степи можно партизанить? Так и партизанили, делали всякие диверсии ломали немецкие машины, грабили склады, вредили как могли.
  Как-то утром притащили к нам в сарай Гришу партизаны, ранили его немцы. Гришу оставили в овчарне, а сами убежали. Мама перетащила Гришу в дом, не на морозе же бросать сына. 
 Мама все рассказала Гюнтеру и Максу, что Гришка раненный, лазил где-то. Немцы все поняли, это Гришка с приятелями ночью склад сожгли, помимо имущества сгорели два немца. Партизан искали по всем хатам, но на квартиру к офицерам не пришли искать. Не выдали Гришку, приносили из своего санбата разные лекарства и бинты.
  Но Гришка умер от туберкулеза уже весной, немцы помогли его похоронить.
 Баба Катя налила по рюмке самогона на помин души брата, мы помянули.
 Невероятную историю мне рассказала баба Катя, я не верил, чтоб фашисты так себя вели. Но какой ей смысл придумывать, зачем ей фантазировать?
 Я предложил бабе Кате найти этих квартирантов-оккупантов, вроде бы кончилась холодная война, можно попытаться.
 По свой работе в колхозе мне приходилось много ездить по всей нашей бывшей стране, вроде бы и нет Союза, но мы первое время пытались выживать все вместе.  Я бывал в Москве, менял зерно на топливо, встречался с бизнесменами, бывшими коммунистами-аппаратчиками. И как-то после подписания одной сделки мы ужинали в ресторане, там я и рассказал историю о квартирантах-оккупантах. Зная связи бывших аппаратчиков, я попросил у них помощи найти этих Макса и Гюнтера, если они выжили, конечно.
  И тут невероятная история уже перестает быть таковой, а становится историей чудесной. Не бывает случайных случайностей, если это к добру. то все сложится хорошо. Нашли мне адреса и Гюнтера и Макса, выжили они, живут в Германии. Я написал им письма, что баба Катя мне рассказала историю, как они спасали ее брата.
 Немцы встретились в Германии, ответное письмо уже написали вместе,баба Катя получила его и плакала, меня благодарила.
  Зимой в колхозе особо делать нечего, утром встречались в правлении у председателя, потом объезжали ферму, мехбригаду и склады. В 11 часов уже делать нечего, мы собирались у кого-нибудь, или у агронома, или у заведующего  током, или у заведующего фермы и играли в домино под бутылек  домашнего вина, вино делали в каждом дворе. Вот и рассказал я эту военную историю своим коллегам. Родилась идея пригласить этих бывших оккупантов к нам в гости, пусть приедут и посмотрят, как мы тут хорошо живем без них.
 Председатель нас поддержал, выписал красивое приглашение на колхозном бланке.
Весна пришла внезапно, только в шубе ходили в начале апреля, а тут в конце апреля и в пиджаке жарко.  Весенние работы в поле были окончены, все готовились к празднованию Дня Победы. И тут, как по волшебству приехали оккупанты, с женами и внуками, приехали на своих новеньких "мерседесах".
 Поселились немцы в доме у бабы Кати, конечно они ее. а они их узнали не сразу, ведь прошло около 50 лет.  "Мерседесы" поставили во дворе, мне приходилось ночью охранять машины, не все в деревне были рады приезду бывших фашистов. могли  спалить машины местные парни.
 Для колхоза приезд немцев, да, еще бывших оккупантов это событие, да, еще к Дню нашей Победы приехали, вообще чудесно. Наш председатель дал распоряжение строить шатер, как на свадьбу, чтоб поместились всем колхозом.
 Пока строили шатер, наши гости жили у бабы Кати, хорошо, что не забыли немцы русский язык. А внуки их по-русски не говорили, но бегали рано утром по курятникам соседним и приносила домой куриные яйца. Если бы вы видели, сколько восторга в глазах детей, этих потомков оккупантов, вызывали простые куриные яйца! Раньше они видели яйца только в супермаркетах.
Баба Катя смотрит на этих детей и говорит: "Точно, как их одноплеменники в 1941 году бегали по курятникам и кричали "яйко!", наверное у них это в крови!"
  9 мая был большой праздник, в шатре собрались почти все колхозники со своими семьями, это был действительно народный праздник. Немцев посалили на почетном месте, возле председателя с супругой. Гюнтер и Макс как-то говорили по-русски, но их жены ничего не понимали, им все переводили мужья.  Выпили за нашу Победу, баба Катя рассказала всем, как эти бывшие оккупанты спасали ее брата-партизана, как делили со всей ее семьей свои пайки, как расстреляли беспредельщиков румын.  Информация для многих была новая, но русское сердце огромное, мы помним добро, но и зла не забываем.
 Сидим за столом, общаемся, немецкие жены, в знак уважения сделали комплемент жене председателя, какое у нее красивое платье. Мужья перевели, а супруга председателя и говорит, что этому платью уже 8 лет, одевает его по большим праздникам, поэтому и выглядит платье так хорошо.
 Немки послушали и одна из них говорит, что одно и тоже платье она больше двух раз не надевает, покупает новое.
 Мужья это не стали переводить.  У меня на душе так стало муторно, так обидно. что мы сидим за одним столом, и побежденные и победители, но жены побежденных больше двух раз одно платье не надевают, ездят на мерседесах, а жены победителей носят одно красивое платье 8 лет.
  Улетели немцы домой на самолете, "мерседесы" оставили в колхозе, подарили побежденные победителям.
 Прошло много лет. пол моей жизни, война опять пришла в мой дом, опять потомки Гюнтера и Макса воюют против нас. но уже руками наших бывших братьев. задурили им мозги своими "мерседесами" и одноразовыми платьями.
  Мы победим, я уверен, но детей наших нужно воспитать так, чтоб Родину любили. а не "Мерседесы" и одноразовые платья.