Любить ребёнка значит научить его жить

Учитель прикасается к вечности: никто не может сказать, где кончается его влияние (Генри Адамс).

Лидия Александровна Кошляк 43 года преподавала математику в Решетовской средней школе. Она — настоящий педагог старой учительской гвардии, чья принципиальность и глубина знаний не подвластны времени. Лидия Александровна принадлежит к поколению, опалённому войной: суровые годы закалили её характер, сделав её такой же основательной и надежной, как и советская школа, которую до сих пор по праву считают одной из лучших в мире.

Для нас, её бывших учеников, она стала эталоном честности. За внешней строгостью мы всегда чувствовали искреннюю, почти материнскую заботу. О корнях, выборе пути и о том, что значит прожить жизнь достойно, мы беседуем с Лидией Александровной.

                О родителях и детстве

— Лидия Александровна, расскажите о вашей семье. Какими были ваши родители?
— Мы жили в Кочках. Отец, Никифоров Александр Сергеевич, прошел Великую Отечественную войну от первого дня до взятия немецкого берега Одера и затем  — Берлина. Благополучно вернулся домой. И – опять на войну, теперь с Японией. Оттуда тоже вернулся целёхонек. Работал бригадиром. Сел на  комбайн во время уборки. Судьба берегла его на войне, но не пощадила в мирное время: в поле, во время уборки урожая, он решил подремонтировать комбайн, не предупредив тракториста. Машину завели... Трёхтонное колесо проехало по отцу, раздробив таз. Беда случилась в полдень. Отец был в сознании и, превозмогая боль, кричал, чтобы не винили тракториста — винил только себя за неосторожность. И звал маму.

Мама три недели назад родила младшую сестру. Ей сказали, чтобы она приехала в больницу утром. И всю жизнь она казнила себя, что не поехала сразу – отец умер в 12 ночи. Ему было 38 лет. Мне — пять лет, брату — три. Я хорошо помню его: он был добрым, часто брал меня на руки, разговаривал со мной. 

Мама, Никифорова Мария Спиридоновна, осталась одна с тремя детьми. Когда к ней сватались, она отказывала: «Для моих детей другого отца не надо». Она была для нас всем миром. Мы помогали ей по хозяйству, пилили и кололи дрова. Помню единственный случай, когда мама наказала меня: я училась в восьмом классе, не сделала что-то по дому, и она при подругах отходила меня валенком — урок на всю жизнь. Она прожила 84 года, до последнего всё делала сама: косила сено, пахала, сажала огород. Уже болела, ноги отекали, но не сдавалась. Даже перед смертью, понимая, что уходит, сокрушалась: «Как я хочу жить! Я ещё картошку не посадила…». Кочковскую землю я до сих пор считаю своей Родиной. Иногда думаю, как было бы хорошо купить там дом и переехать туда.

                Путь учителя

— Как вы выбрали профессию математика?
— Я училась в сильном, дружном классе: из 25 человек 17 поступили в вузы. Мы помогали друг другу, нам было стыдно чего-то не знать. В разные годы нас вдохновляли учителя истории, химии. Но математика стала моим призванием благодаря Валентине Никифоровне Хрипковой. Она была очень строгой, многие её побаивались, а я — нет. Я спорила с ней на уроках, доказывала теоремы, и этот азарт привел меня в педагогический институт.

В институте мне тоже повезло с преподавателями. Многие из них были фронтовиками, их требовательность была запредельной. Если мы чего-то не знали, то, казалось, краснели даже наши пятки. Помню Нину Павловну Павлову — она преподавала элементарную математику и была учителем от Бога. Именно у них я училась не просто предмету, а профессионализму — из нас действительно готовили учителей. 


                Первый рабочий день и педагогический подход

— Лидия Александровна, помните свои ощущения, когда впервые вошли в класс? — Мне сразу дали старшие классы. Я очень волновалась. Взрослые дети испытывали меня, шумели. Тогда я подходила к окну, молча стояла перед ним — и в классе устанавливалась тишина. Ученики чувствовали мой рабочий настрой и успокаивались.

Мой метод был прост: я всегда стремилась объяснять доступно, регулярно возвращаясь к пройденному материалу — знала, что через 72 часа  новая информация забывается без повторения. Мне было стыдно, если ученик чего-то не понимал. Если уж учить, то так, чтобы никто не упрекнул ни в безделье, ни в пробелах в знаниях.

— Вы были очень требовательны к нам. Считаете, что строгость — обязательное качество учителя?
— Безусловно. Взрослый человек отвечает за детей, и строгость помогает им сформировать стержень, научиться ответственности и долгу. Любить ребёнка — не значит всё позволять. Любить — значит подготовить его к жизни. Знание теорем может со временем стереться из памяти, а высокие нравственные качества останутся навсегда.

— Какими вы помните нас — выпускников 1983-го года?
— Уже в пятом классе вы были удивительно активными и целеустремленными. Вас даже направлять не приходилось — инициативу проявляли сами. Помню, с какой отдачей вы работали на полях: копали картошку, жгли валки. В спорте почти всегда были первые. Побеждали на турслётах. А ваши классные часы? Вы сами придумывали темы, искали информацию в библиотеках (интернета-то не было!) и проводили вечера так, что я заслушивалась. Да, на переменах школа от вас буквально дрожала, но стоило сесть за парты — и начиналась сосредоточенная учеба — и здесь вы опережали другие классы.

В вас словно ген победителей вложили. И вы с неистовой энергией стремились вперёд. Ваш класс — поддержка и опора учителю. Такими вы были. И если у кого-то из вас в жизни получилось не так, как мечтали, пусть сбудется у ваших детей. Вы – одни из немногих, кто до сих собирается вместе, дружит. Так и дальше держать, молодцы!

— Спасибо, Лидия Александровна! В этом чувствуется и ваша рука.
Хочу вспомнить немного подробностей. Многие из нас до сих пор вспоминают наши «школьные драмы». Например, как вы пересаживали любителей последних парт на первые из-за разговоров, а потом возвращали их обратно.
— Да, галёрка нередко живёт своей жизнью на уроках. И такой простой метод воспитания, как временная пересадка, быстро дисциплинировал вас.
— А помните, как выдворяли с контрольной нашего математического гения?
— Конечно! Лёша Чабан за пять минут решал задачи. Потом – и это знаю уже из ваших рассказов – решал примеры нескольким однокашникам. Некоторые до сих пор говорят, что если бы не Алексей, не окончить бы им школу. Потом ему, видимо, надоедало работать «за себя и за того парня», он вертелся, создавал хаос. И я отправляла его с урока.
— Среди нас были гуманитарии, которым математика давалась с трудом. И только благодаря Вам мы знали предмет на твердую четверку — вы подняли и высоко держали нашу планку, рисуя будущее, в котором всегда найдется место образованным людям.
— Знаете, я видела, как вы растете, как меняетесь. Учитель должен уметь и строго спросить, и простить — это часть воспитания. В вас я старалась вложить не только формулы, но и понимание того, что каждый поступок имеет последствия.

                Семья: надёжный тыл

— Мы, ученики, редко задумывались, что у нашего классного руководителя есть своя жизнь вне школы. Как вам удавалось совмещать роль педагога с ролью жены и мамы?
— Мы с мужем, Виктором Степановичем, вместе уже 51 год. Секрет долгой семейной жизни — в общности интересов и глубоком доверии. Мы обсуждаем всё от книг и фильмов до воспитания детей. Это важно — советоваться друг с другом, чтобы не навредить. Наши сыновья выросли разными: старший Игорь — сдержанный, надежный, всегда идет за советом к отцу. Младший Спартак — мягкий, ласковый, чаще ищет поддержки у меня. Оба нашли свой путь, оба стали прекрасными отцами, и это для меня главная награда.

— Лидия Александровна, как вам удавалось сочетать школьную нагрузку с домашними делами?
— Мне было легче, потому что за спиной всегда был надежный тыл. В первые годы, когда я работала в две смены, муж взял на себя весь быт: стирал, гладил, готовил. И детьми занимался. Иногда я уезжала на курсы повышения квалификации, а как-то — на два месяца, и Виктор Степанович один справлялся с шестилетним Игорем и двухлетним Спартаком. Свекровь тоже очень помогала — забирала внуков из сада, а бывало, что приносила нам горячие пирожки к шести утра. 

Я всегда была спокойна за дом — знала, что там порядок и дети сыты. И сейчас муж активно участвует во всех делах, многое делает своими руками. Ему 78 лет, а он недавно построил баню — вставал в четыре утра и работал до вечера. На стройку помогли дети, мы очень благодарны им за такую заботу.

— Что позволяет вам с Виктором Степановичем сохранять активность?
— Интерес к жизни, ко всему, что вокруг происходит. Чтение, забота о доме, участке и огороде. Муж всегда затевает какой-нибудь проект, а я его поддерживаю. Так мы и живем — в постоянном движении.

                О жизненной мудрости и переменах

— Лидия Александровна, ваша жизнь пришлась на непростые времена. Вы родились в суровое послевоенное время, и это наверняка закалило вас. Как этот опыт помогает вам сегодня?
— Конечно, сложности в жизни были, и немало. Но я привыкла смотреть вперед. В памяти в первую очередь остаётся хорошее, светлое. А всё плохое — оно где-то там, глубоко. Оно либо забыто, либо прощено: зачем его откапывать, какой в этом смысл? Моя закалка — это умение ценить то, что есть. Я человек старой школы, привыкла работать на совесть, отвечать за свои слова и поступки. Советское образование дало нам мощный фундамент: дисциплину, выполнение своего долга, глубину понимания мира. Мне хочется верить, что эти качества — надежность и преданность своему делу — остаются важными для людей в любые времена.

— Вы выучили несколько поколений детей. Как, по-вашему, изменились школьники? Стало сложнее работать?
— Хочется, чтобы авторитет учителя снова стал высоким, и у государства есть для этого все возможности. Система должна спрашивать не только с учителя, но и с ученика. Когда ребенок понимает, что от него тоже ждут результата, он учится выполнять свои задачи — а это едва ли не самое главное в жизни. Я считаю, что возврат к лучшим практикам советской школы — необходимый шаг, но пока об этом говорят, а хотелось бы видеть реальные дела.

— Чему научили вас дети? Какие качества вы считали главными в воспитании?
— Дети учат терпению. Я приучила себя не рубить с плеча: сначала сдерживаюсь, обдумываю, а потом делаю. Важное правило моей жизни — никогда не говорить плохо о людях. Даже если что-то знаю — не пересказываю. Этому я учила и своих сыновей, а теперь учу внуков. В детях я всегда старалась воспитать ответственность, заботу и умение не переступать через свои убеждения.

— Оглядываясь назад, что вы считаете своим главным достижением?
— Мои дети. И то, что рядом со мной человек, который поддерживает меня всю жизнь. А еще важно, что меня помнят ученики. Значит, жизнь прошла не зря.