Вместе не пропадем!

Стоят три богатыря у каменного указателя. Ветер гуляет, пыль по дороге гоняет, а на камне высечено грубо, будто топором:

Налево пойдёшь — гроб найдёшь.
Прямо пойдёшь — в царство Кощеево придёшь!
Направо — только дураки ходят: там всё найдёшь, да и сам пропадёшь.

Илья Муромец сдвинул шлем на затылок, прищурился:
— Ну вот, опять загадки. Прямо — к Кощею, это ясно. Он у нас главный злодей, с него и начинать надо.

Алёша Попович ногой камешек пнул, хмыкнул:
— А может, сначала налево заглянем? Гроб-то не каждый день на дороге валяется. Вдруг в нём клад какой? Или шапка-невидимка?

Добрыня Никитич строго глянул на Алёшу:
— Ты сперва думай, потом говори. Гроб — он не для кладов. Не к добру это.

— Да ладно тебе, — буркнул Алёша. — Я ж не всерьёз. Просто скучно по прямой топать. Хоть бы приключение какое…

Илья усмехнулся:
— Приключений нам хватит. Пошли прямо. Раз уж Кощей тут царствует, пусть и встречает по-хозяйски.

Только шагнули, как камень вдруг глухо охнул — будто сто лет молчал, а тут не выдержал. И тень от него поползла не по солнцу, а поперёк дороги, словно хотела путь загородить.

Алёша поёжился:
— Эй… а тень-то живая. Гляньте, ползёт!

Добрыня руку на меч положил:
— Не тень это. Это страж. Знак, что тут просто так не пройти.

Илья не стал ждать, пока тень подползёт ближе. Взмахнул булавой, рубанул по воздуху — и тень рассыпалась на мелкие искры, да тут же и погасла.

— Вот и весь страж, — пробасил Илья. — Не так страшен камень, как его тень.

Пошли дальше. Дорога сузилась, деревья с обеих сторон наклонились, будто подглядывали. Птицы смолкли, только где-то вдалеке сухо щёлкал какой-то зверёк.

Вскоре увидели тот самый гроб — на цепях висит, покачивается, будто люлька. Только не деревянная, а из тёмного камня, и цепи толстые, ржавые, будто сто лет не смазывали.

Алёша хотел было пошутить, да глянул на Илью — тот стоял хмурый, и шутить сразу расхотелось.

Добрыня подошёл, потрогал цепь:
— Тяжёлая. И холод идёт от неё. Не простой это гроб.

Илья кивнул:
— Значит, не просто так тут висит. Надо глянуть, что внутри.

Сняли цепи, осторожно откинули крышку. А внутри — принцесса. Спит, ровно дышит, ресницы дрожат. И одета… ну, скажем так, по-походному: ни сарафана, ни платка, одна тонкая рубаха, да и та сбилась.

Алёша покраснел, отвернулся:
— Это… неловко как-то.

Добрыня снял свой плащ, аккуратно прикрыл её:
— Так-то лучше. Не дело девицу на ветру держать.

Тут принцесса глаза открыла, глянула на них сонно, потом вдруг села и нахмурилась:
— Вы кто такие? И зачем меня разбудили?

Алёша, не удержавшись, выпалил:
— Мы богатыри! Мы тебя спасли!

Принцесса фыркнула:
— Спасение — это когда тихо сидишь и не трясёшь гроб, как качели. А вы что устроили?

Илья спокойно сказал:
— Прости, красавица. Не со зла. Мы к Кощею шли, а тут твой гроб на дороге.

Принцесса вздохнула, поправила рубаху и вдруг улыбнулась:
— Ладно. Раз уж разбудили, так хоть помогите вниз спуститься. А то висеть на цепях — не царское дело.

Помогли ей выбраться. Принцесса встала, потянулась, огляделась:
— Кощей, значит, опять свои фокусы устроил. Думал, я тут усну навек, а он будет царством править. Да только я не из тех, кто долго спит.

— А ты его знаешь? — спросил Добрыня.

— Ещё бы. Он мне сто раз говорил: «Ты слишком много вопросов задаёшь». Вот и упрятал сюда, чтобы не мешала.

Илья нахмурился:
— Тогда тем более надо с ним разобраться. Показывай дорогу.

И пошли они к дворцу Кощея. Дворец оказался не каменный, а будто из костей собран: ступени — из рёбер, перила — из ключиц, а над воротами череп висит и зубами щёлкает.

Кощей сидел на троне из старых мечей, перебирал костяшки на счётах и бормотал:
— Налоги… недоимки… кто будет платить, если все в гробах?

Увидел богатырей — подскочил, хотел спрятаться за трон, да Илья его за шиворот ухватил:
— Стой, злодей! Хватит людей пугать!

Кощей вздохнул, сел обратно:
— Да какой я злодей… Просто одинокий. Хотел, чтоб меня уважали. А вышло, что все боятся.

Принцесса подошла, руки в боки упёрла:
— И меня в гроб упрятал!

Кощей опустил глаза:
— Прости… Я думал, ты помолчишь хоть сто лет. А тут…

Алёша хихикнул:
— Да он, видать, не злой. Просто глупый.

Добрыня строго глянул:
— Глупость — тоже беда. Но раз раскаялся, будем решать по справедливости.

В общем, не стали они Кощея бить. Вместо этого устроили совет: принцесса — за порядок, Кощей — за казну, богатыри — за защиту. А чтобы Кощей не скучал, Добрыня ему шахматы подарил — настоящие, деревянные, не костяные.

Когда всё наладили, Илья сказал:
— Теперь можно и направо сходить. Там, по надписи, «всё найдёшь». А мы уж как-нибудь не пропадём.

Пошли направо. И правда — нашли там всё, что душе угодно: и клад в дупле, и старую карту, и даже бочонок мёда, который какой-то медведь не дотащил. А в конце тропы стоял трактир, хозяин как раз блины пёк.

Богатыри зашли, сели у окна, наелись блинов с мёдом, да так и остались сидеть, разговоры разговаривать. Принцесса села рядом, Кощей тихонько считал сдачу, а Алёша всё шутил, пока Илья не прикрикнул:
— Хватит балагурить, дай людям поесть!

И сидели они там до самого вечера, пока солнце не село, а в окнах не зажглись огоньки. И никто не пропал — потому что вместе не пропадают.