Белгородская крепость, вымаранная Загоровским

Экспедиция по старому Белгороду 5.0. Крепость, вымаранная историком В.П.Загоровским

Наша историческая наука «строгих фактов, в лице П.Ю.Субботина, продолжает хранить «золотое молчание» по поводу «Тавровской горы», видимо, дабы дополнительно каких глупостей не сказать. Придуманное Субботиным «дополнительное название» горы выглядит так многообещающе... А мы продолжаем нашу экспедицию по старому Белгороду.

Исследуя Третью крепость на берегу Северского Донца, исторический картограф экспедиции Борис Евдокимов, по описанию крепости историком Дмитрием Багалеем и воспоминаниям старожила Белгорода, потомка детей боярских Е.Г.Выглазовой (смотри предыдущую экспедицию), реконструировал план этой крепости и наложил его на нынешнюю карту Белгорода. Как видим, она сильно не совпадает с «научным» расположением крепости за Соборной площадью и далее до ул.Пушкина...

1.0 Исторические «чудеса» Загоровского

На что опирается наука «строгих фактов», когда располагает крепость на берегу Северского Донца, но тем не менее за Соборной площадью? На один единственный факт, а именно труд воронежского историка В.П.Загоровского «Белгородская черта» (1969), где он рассуждает так:

«Когда возвели вал по черте, то увидели, что город «стоит не у места». Он оказался отделённым от татарской стороны и валом и рекой, что явно ослабляло защиту черты в этом опасном месте. Было решено перенести город на черту — на правый берег Сев. Донца в устье Везеницы. Здесь с 1650 года Белгород стоит и поныне...»

О крепости на берегу Северского Донца в устье Везеницы говорят документы Разрядного приказа, и Загоровский вынужден это повторять. Но далее у Загоровского, через несколько страниц его труда, крепость перемещается за нынешнюю Соборную площадь, по берегу Везеницы, и ставится на земляном валу, который тянется сюда с Болховой крепости:

«Осенью 1650 года новый город был в основном построен в форме деревянного острога с обламами, причём южную стену крепости заменял земляной вал. Деревянная крепость располагалась там, где сегодня центр современного Белгорода".

Тянуть земляной вал по левому низменному берегу Везеницы, затапливаемому каждую весну разливом реки — это уже абсурд, как и размещать крепость в 1650 году за километр от устья Везеницы, я когда-то его рассматривал, но сейчас у нас другая тема: «перемещение» крепости Загоровским за Соборную площадь является единственным фактом, из которого исходит наша историческая наука, ибо он таким образом «развил» науку в 1969 году.

Все прочие факты игнорируются, все предшествующие историки отметаются как «устаревшие», и наука «строгих фактов» превращается в науку «чудесную», в которой чудеса встречаются на каждом шагу.

Этот «метод Загоровского» применяется и сегодня, наши историки могут сказать одно, потом логически противоположное, и, как ни в чём не бывало, продолжать свою «научную» историю, опираясь на только что придуманные ими «строгие факты». Заключается он в том, чтобы придумать какую-нибудь «оправдалку» очередному историческому «чуду».

У Загоровского такой «оправдалкой» выступает «земляной вал», к которому нужно почему-то пристроить крепость. Историк-археолог А.Божко решает таким образом казус с Третьей крепостью Загоровского: он объясняет, что Соборную площадь, в масштабе, можно считать расположенной на берегу Северского Донца. И совершает новое чудо, применяет «масштаб» к XVII веку! П.Ю.Субботин придумывает «оправдалку» для Тавровской горы с карточек А.Вейнбаума: это всего лишь «дополнительное название» горы.

В 1969 году Загоровский пишет идеологизированную историю Белгородской черты, сглаживает острые углы в войнах с Речью Посполитой в XVII веке, ставшей братской Польской народной республикой, и поэтому выпадает за пределы здравого смысла.

История всегда логична, у Загоровского она — не логична, полна общих фраз и чудес, скрывающих придуманные места, поэтому у него крепость перемещается вдруг в пространстве к земляному валу. Но почему это «перемещение» до сих пор является единственным «фактом» для нашей исторической мысли?

2.0 «Белгородский кремль» Ильина - Лимарова

Не историки пишут о том, что видят, в книге «Белгородский кремль» (2008) инженеров-проектировщиков А.И.Ильина и А.И.Лимарова читаем:

«В 1650 году, по указу царя Алексея Михайловича, Белгородская крепость была перенесена на левый берег речки Везелицы». Далее идёт идёт целая глава книги: «Белгородская крепость на левом берегу р. Везелицы», «неоднократно перестроенной» в 1650-1660 годах, она «прямоугольная» с «бастионами», первое графическое изображение относится к 1693 году. Заметим, берега Северского Донца и устья Везеницы здесь нет и в помине.

"Белгородский кремль" наша наука просто игнорирует, потому что из него следует: крепость 1650 года на берегу Сев. Донца и крепость на чертеже 1693 года — это разные и по месту, и по форме крепости. Между ними — 43 года. Вторая крепость на левом берегу Сев. Донца, в районе Старого города, просуществовала 37 лет, до своего переноса.

В 1650 году крепость на правом берегу Донца строится в ходе подготовки войны с поляками, война началась в 1654 году и закончилась в 1667, победой России и присоединением Левобережной Украины с Киевом. Белгород оказывается в глубоком тылу, крепость на берегу Донца в устье Везеницы теряет своё военное значение и после этого может и «перестраиваться», и переноситься на другое место....

Поскольку крепость на Донце не задействована непосредственно в боевых действиях, Загоровский вымарывает её как неудобное напоминание об этой русско-польской войне, у него и Третья крепость, и земляной вал строятся против татарских набегов, о поляках он даже не вспоминает.

3.0 Городская топонимика

После таких исторических «перемещений» возникают и другие «чудеса». Средневековая крепость, как правило, является историческим центром города, с неё он начинается, только не в Белгороде.

Крепость за Соборной площадью отделена от исторической части Белгорода по улице Корочанской (Императорской, Ленина, Гражданской) и ул. Старо-Московской (ныне Попова). Городская топонимика говорит, что с этого «старого» места город и начинался, здесь была его первая крепость.

С территории крепости за Соборной площадью выходит улица Ново-Московская (ныне Богдана Хмельницкого), её название говорит, что это был «новый» район города, по отношению к «старому» на ул.Корочанской.

4.0 Молчание краеведа Александра Крупенкова

Что говорят о Третьей крепости Белгорода наши краеведы? Например, «белгородский летописец» А.Н.Крупенков, о котором всегда восторженно отзывается П.Ю.Субботин?

Один знакомый краевед обратил внимание, что Крупенков в своей книге «Пройдёмся по старому Белгороду» (2006) ничего не говорит о крепости, когда рассказывает об улицах исторического центра Белгорода, рядом с Везеницей и консервным комбинатом «Конпрок» в её устье по ул. Пугачёва.

Но это ещё не всё. Крупенков ничего не говорит о крепости, когда рассказывает и об улицах за Соборной площадью, где располагают крепость наши историки. Совсем обойти молчанием городскую крепость невозможно, что же всё-таки наш авторитет говорит о Третьей крепости в своей знаменитой книге? Немного, в самом начале:

«В 1650 году Белгородская крепость переносится с левого берега Северского Донца, где сегодня находится Старый город, в устье реки Везеницы, на левый её берег, при впадении в Северский Донец. На планах Белгорода XVII века указывается Везелицкая (Везеницкая) башня, из ворот которой шла дорога к реке Везенице, на берегу которой располагались два монастыря: мужской Николаевский и женский Рождество-Богородицкий с Преображенской церковью. Для женского монастыря отводят землю на пустыре на левом берегу Везеницы».

Обратим внимание: «крепость переносится в устье реки Везеницы, на левый её берег, при впадении в Северский Донец». Крупенков не может в 2006 году прямо противостоять «историческому мнению», он помнит, чем это закончилось для краеведа Ю.Н.Шмелёва, но добавляет к «левому берегу Везеницы» «впадение в Северский Донец». Он избегает обвинений от историков, но намекает, что за крепостью был «пустырь», где отводят землю женскому монастырю? Где же тогда была сама крепость?

О Шмелёве отзывается Крупенков тоже двусмысленно: «Счастливое влияние изысканий краеведа Юрия Шмелёва», не поддерживает, но и не выступает резко против, уважая коллегу, как и должно быть в «историческом сообществе».

Николаевский мужской монастырь, снесённый в 1930-е годы, был в районе ул. Пугачёва (где Конпрок), на берегу Везеницы, именно в устье, на плане Белъ Города от 1829 года в устье Везеницы есть ул. Никольская, на которой и стоял этот монастырь. На месте женского Рождество-Богородицкого монастыря находятся сегодня драматический театр и сквер за ним.

Логично предположить, что крепость в 1650 году находилась между Николаевским и Рождество-Богородицким монастырями. Западная крепостная стена проходила где-то рядом с ул. Попова (Старо-Московской), тогда женский монастырь будет «на пустыре». Южная стена проходила вдоль Везеницы, в районе улицы Пугачёва (Никольской-Везельской), восточная — по берегу Северского Донца, северная - по ул. Гражданской (бывшей Корочанской).

Крепость переносится за одну осень в 1650 году, как это было возможно сделать в такой короткий срок? Разобрать Вторую крепость в районе Старого города и спустить брёвна по Северскому Донцу к устью Везеницы, где сразу строить новую крепость. Она должна и по плану своему повторять Вторую крепость, и действительно, по описанию историка Д.Багалея, Третья крепость напоминает Вторую: детинец примыкает к берегам рек, стены Малого и Большого острогов Багалей меряет «по окружности».

Третья крепость ставится по образу и подобию Второй - «в болотах», левый берег Везеницы вообще низменный, а правый берег Северского Донца здесь низкий, для хорошего доступа к воде в случае осады поляков с пушками.

Сегодня там, где проходила южная стена Третьей крепости, вдоль Везеницы, от парка Победы до парка Берега, проложена благоустроенная аллея, с арт-объектами и декоративными элементами крепостной стены, с этой аллеи открывается прекрасный вид на стрелку Донца и Везеницы, и на Тавровую гору, который видели и наши предки в XVII веке.

Виктор Каменев
13.11.2026