Клевец и младенец. Глава 243

Учебный процесс шёл, как по накатанной, однако, это не означало, что не случалось чего-то стороннего, вещей, коих не ждёшь. Дело в том, что Чёрный Санитар мне, иногда, подкидывал работёнки, задания разной степени сложности, все же учить и содержать детей и учителей дорого, да и из формы выходить нельзя ни в коем случае, опять же, моих храбрецов на практику надо водить куда-то, обычно я за дело брался, коли позволяло время, но, бывали и нестандартные ситуации. Например, как-то, явился ко мне молотобоец и выглядел несколько смущённым, в глаза не смотрит, в общем, явно что-то не так.


— У тебя такой вид, словно скушал мой завтрак и боишься, что придётся самому им стать, — я откинулся в кресле и перекинул ногу на ногу, — признавайся уже, обещаю не бить слишком сильно и долго, раньше начнём, скорее закончим с непонятками.


— Понимаешь ли, — советчик кашлянул, — тут ко мне один упрямый потенциальный клиент пристал и не унимается, хочет, чтобы ты для него работу сделал и о других исполнителях даже слышать не желает, хотя, у нас полно наших двойников, даже куда более сильных и талантливых. Нет, этому Клевца подавай и все тут. Я бы с ним и разговаривать не стал, мало ли всяких сумасшедших, но он лишь за то, что поставлю тебя в известность, заплатил кучу денег, не торгуясь, притом, я сразу предупредил, уговорить не получится точно. Но тому типу самоуверенности не занимать, мол, к любому подход найду. Я проверил, он не преступник, не служит тьме, просто с головой не дружит, в определённых вещах. Поговоришь? Я не думаю, что займёт как-то много времени, а обещал по золотой монете дать за каждую минуту и по десять, коли все завершится успехом.


— Золотая монета не Б-г весть что, — я пожал плечами, — но если и делать ничего не придётся, можно попробовать, а какого рода безумие у этого странного чудака?


— Если скажу, ты сам заплатишь, лишь бы не приходил, — собеседник подмигнул, — я тоже не желал беседовать, пока на стол золото не посыпалось, в отличии от тебя, более практичен и не поддаюсь эмоциям, чаще всего, хотя, в моей среде, таких чудаков тоже не любят, мягко говоря. Могут и по голове настучать.


— Ты меня все больше интригуешь, — я потёр руки, — давай сюда это чудо-юдо непонятное. Вдруг окажется интересным персонажем?


И вот в портал вошло нечто. Явно мужского пола, судя по росту и фигуре, но на лице яркий макияж, ногти крашенные и длинные, и костюм больше похож на платье, плюс, на шее боа из перьев, веер в руке, в общем, какая-то мерзкая гадость.


— О, тут сразу нет, до свидание, никаких вариантов быть не может, — я махнул рукой, — я такому ни помогать не собираюсь, ни бить его, ни есть, слишком противно, пусть хоть навалит гору золота втрое больше нашей школы.  Не тратьте моё время.


— Это еще почему? — спросил незнакомец капризным тоном слащавым тонким голосом. — Неужели только изо внешности?


— Разумеется, — я скривил губы, — любой вид извращений запрещён всеми известными нормальными религиями, а содомиты признаны верными слугами Дьявола, и если человек просто рождён таким, со странными предпочтениями, но ведёт себя, как положено, одевается нормально, и лишь у себя дома предаётся греху, с такими же грешниками, коли речь не о детях, мертвецах и животных, могу ему только посочувствовать. Однако, коли кто-то и одевается вызывающе, не скрывает своей гнилой сущности, и выставляет позор напоказ, чуть ли не гордится своим безумием, значит, он - верный слуга Дьявола и мерзость в глазах Творца, даже если не совершает преступлений. А кто станет сотрудничать с тем, с кем должен бороться, если не физически, то в проповедях? К тому же, раз являешься в стан праведников в таком виде, разбрасываешься деньгами направо и налево, значит, безнадёжно глуп, не способен просчитывать действий даже на шаг вперёд, и не предложишь ничего, кроме ненужных проблем. А коли скажешь, что у вас весь мир таков, и надо спасать, то нет, подобное место не заслуживает даже обычной жалости, ибо грехопадение достигло необычайного уровня. Разговор окончен, оплатите, согласно обещанию, и расходимся. Или просто убирайтесь, мне даже деньги противно принимать из подобных рук. И не советую угрожать, просто прибью и все, понятно?


— Разве не любая жизнь бесценна и истинный долг настоящего героя не в том, чтобы помогать нуждающимся? — настаивал назойливый посетитель. — Не понимаю.


— Если так рассуждать, то и демонов тоже будет нельзя убивать, — я передёрнул плечами, — и не советую напоминать о долге, а то придётся сделать то, чего твои родители не удосужились, в своё время, как следует отхлестать розгами, чтобы дурь выбить, отмыть, заставить одеться, как положено и пинком выпроводить прочь.


— Я сирота и сам себя воспитал, — извращенец поджал губы, — и заработал состояние, конечно, прекрасно понимаю, кому, за что и сколько плачу и могу себе это позволить. Кроме того, внушаю окружающим, что имею право выглядеть так, как нравится лично мне, и должны встречать по уму, а не по одёжке, просто незабываем. Ты ведь не какой-то религиозный фанатик, если верно понял, не из тех, кто отправляет невинных на костёр лишь по одному подозрению в связях с тёмными силами?


— А я внушаю окружающим, что есть определённые правила, принятые в обществе, — отрезал я, — расфуфыренным петухам место в курятнике, или в супе, не среди приличных людей. И богатство не даёт тебе никаких прав особенных, разве среди льстецов, жаждущих подачек любой ценой. Я зарабатываю достаточно, чтобы не пачкаться обо всякое. А попробуешь мстить за отказ, золото не спасёт, приду и раздавлю, как мерзкое насекомое, каковым и являешься, вон пошёл. Тут живут приверженцы традиционализма и классических ценностей.


— Проклятье, почему все самые могущественные герои мультивселенной мало того, что двойники, пусть и с разными способностями, так ещё и ярые непримиримые гомофобы? — собеседник застонал. — Я могу переодеться и умыться, но тогда не буду чувствовать себя нормально, не сумею собраться с мысля, могу упустить важные детали, а дело не терпит отлагательств.  И посреднику такое не доверишь, к сожалению. Умоляю, будьте человечнее, мне встать на колени?


— Нет, тебе развернуться и отправляться восвояси, — я скрестил руки на груди, —  смешно, конечно, просить горного тролля стать человечнее, попробуй придумать что-то умнее.


— А если соревнование, коли выиграю, будешь на меня работать, и ещё деньги вернёте, которые заплатил за встречу, — не унимался надоеда, — проиграю и клянусь, больше никогда не увидите, не услышите, не буду мстить, или подсылать кого-то ещё.


— Другой разговор, — я поднялся, потянулся, подошёл к горе клиенту и приложил его ногой в грудь, размазав по противоположной стене, даже пискнуть не успел, пернатый, — соревнование проиграно, или готов встать и продолжить поединок наш?


— Я не это имел в виду, — прохрипел побитый, — кто станет драться с троллем? Не слышал об интеллектуальных соревнованиях что ли, агрессивное ты чудовище?


— А я имел в виду именно это, — возразил я, — ты собрался обхитрить тупого тролля, выиграв у него в какую-нибудь игру, о которой и представления не имею? Так оно не работает, не собираюсь попадать в настолько примитивную ловушку. Зато, теперь знаешь, что бывает с теми, кто мне досаждает, а врагам приходится ещё хуже и тяжелее. Полагаю, мечтаешь скорее решить свою проблему, чем скончаться в муках, тогда иди и ищи себе беспринципного наёмника, работающего на кого угодно. Мне моя репутация дорога весьма, никто не должен даже помыслить о подобном, увидеть рядом с больным извращенцем, если речь не об аресте. Предлагаю на этом и закончить, много дел знаете ли, куда более важных, чем беседа с каким-то мусором. Сколько навоз ни присыпай золотой пылью, он своей сущности не изменит. Плату вноси Черному Санитару, пожалуйста, на выходе.


— Ладно, я ещё подумаю над тем, как тебя уломать, — извращенец встал на четвереньки и кашлянул, — хоть подлечи с помощью живой воды, кажется что-то отбил мне или сломал, дышать трудно, пожалуйста, хоть глоточек, за любые деньги.


— Чтобы ты решил, что можно легко отделаться, буквально, малым испугом, доставая меня и продолжил в том же духе? — я сплюнул. — Нет уж, лишь боль и страдания вправляют мозги, мало кто захочет, каждый раз, лечиться, после попытки настоять на своём. Тем более, в следующий раз, я тебя просто убью, потому как сочту опасным. А из могилы никакое золото не поднимет, проверено на практике.


— Ладно, — надоеда все так же, на четвереньках, добрался до портала, — не надейся, что эта встреча последняя, я намерен расколдовать того мальчика, и забрать себе, как бы тщательно его не охраняли монстры. А ты просто глупец противный.


— Уверен, мальчику точно лучше оставаться заколдованным, и под охраной, лишь бы подальше от тебя, — я сощурился, — то есть, хочешь сказать, что собирался меня использовать, чтобы потом заполучить ребёнка и соблазнить, или воспитать таким же ненормальным? Видимо, рановато я тебя отпустил, придётся объяснить, подробно, почему так делать нельзя, недопустимо, в принципе.


— Нет, я бы не стал его трогать, разве что сам захотел, — попытался возразить расфуфыренный, но оказалось немного поздно.


Конечно, я не мог его убить или серьёзно покалечить, все же, ещё не совершил ничего дурного, лишь собирался, но поверьте, когда закончил, извращенец клялся и божился, что близко не подойдёт к тому капищу, забудет об увиденном, и вообще в сторону детей смотреть не посмеет, да и взрослых, ограничиваясь явными извращенцами, не соблазняя нормальных людей. только отпусти живым восвояси. Оставалось надеяться, что урок запомнил хорошо и не станет дурить после. Чёрному Санитару пришлось привести слуг извращенца, чтобы они его унесли, а я решил выяснить что там за капище, странный ребёнок и прочее. Могла быть как невинная жертва, так  и опасное порождение тьмы, не зря же поместили на капище. Учеников брать с собой опасно, мало ли что, а вот Чудо с её святым доспехом и мечом, пригодится обязательно. Вдруг высший демон какой или вовсе сын Дьявола, никакое иное оружие не сумеет прикончить, увы. Репталия была сильно против такого, мол, нечего ребёнком рисковать, но я ей пояснил простую истину, коли истинное зло вырвется на свободу,  под ударом окажутся все, включая и моих воспитанников тоже. Пришлось ей смириться, потому как другого выхода не было. Ученикам ничего рассказывать не стал, на всякий случай, а то будут приставать, требуя взять с собой непременно, а то и следом рванут, хватает отчаянных горячих голов, а у Миролюбца как раз способность порталы открывать. Да и зачем им лишняя информация в принципе?  Чёрный Санитар подробности узнал, благо, везде имел своих информаторов. Конечно, посмеялся, получилось, что извращенец изрядно так сэкономит, мы ведь его поручение выполним добровольно. Возможно, потому и явился к нам в таком виде, просчитал, как отреагируем. Единственно, не подумал, что прямо так конкретно изобьём, или даже подобного не убоялся? В общем, надо разбираться.


— Слишком сложный план, и много чего может пойти не так, — не согласился я, — конечно, слышал о больных, которым нравится, когда их бьют, но тут не походило на подобное.


Конечно, отправился сразу в путь. Капище выглядело так, как и должно быть, разумеется, то есть, отвратительно, у порождений тьмы с фантазией не очень, просто берут все, что вызывает отвращение, выворачивает наизнанку и пугает, сваливают в кучу и получается то, что выходит. Конечно, развесили головы козлов, которые ещё и были «живыми», выдыхали огонь или ядовитое облако, или постреливали лучами из глаз. Конечно, на меня такое не действовало вовсе. Ещё и охрану приставили, обезьяноподобных существ с копытами на нижних конечностях и клешнями на верхних, и они накинулись немедленно, словно имели шансы победить, или хоть выжить. Разумеется, немедленно расправился, и минуты не продержались, как обычно, все самое сложное и опасное ожидало впереди. Немного ловушек, примитивных и мерзких, немного подлых, но бесполезных, половина явно рассчитана на существ куда меньше и уязвимее меня, вторые не так уж хорошо действовали, ни одна даже толком не оцарапала. Стражи у главного зала оказались крупнее, сильнее и дрались искуснее, да ещё и оружие применяли, алебарды, чьи лезвия пылали чёрным пламенем, если бы им такое помогало, так нет же, сгинули так же, как предшественники, просто протянули несколько дольше, оставалось лишь высадить ворота и ворваться в главное антисвятилище, в котором и находился мальчик, голый и красивенький, заточенный почти полностью в соляной столб, лицо невинное - невинное, если бы на лбу не был вытатуирован змеиный глаз и парочка тёмных рун, вторая подсказка, что перед тобой нечто кошмарное, натуральное порождение тьмы, от которого лучше было бы держаться подальше. В соль ведь кого попало не заточают. Лучший изолятор для гостей из ада. Не собирался выпускать эту сущность, а просто вытащил святой меч. Не поверите, но у заточенного глаза расширились от ужаса, даже змеиный стал круглым.



Оно и понятно, никто не таскает с собой святое оружие чтобы, скажем, порезать мяска и хлебушка, точно нет, и тут ты такой вмурован в соль и даже дёрнуться не сможешь. Просто умрёшь. Но сразу добивать не стал, решил попробовать кое-что, пусть риск и достаточно велик, между прочим. Рубанул врага по лбу, рассёк змеиный глаз и руны. Противник разинул рот в беззвучном крике, из всех отверстий на голове вырвалось пламя, которое начало складываться в воздухе в человекоподобную форму, видимо, вправду демон какой-то, я его сразу полоснул мечом, разделив на две части, нижняя сразу испарилась, верхняя попыталась во что-то там превратиться, но я не зевал и снова поделил на несколько частей. Вроде, от противника ничего не осталось, а вот тело мальчика обмякло, сдулось, кожа обтянула скелет, сразу приметил сердцевину в груди, извлёк её и рассёк надвое. И тут началось самое любопытное, потому как из разрезанного источника жизни потёк какой-то пар, который начал заменять недостающую плоть, соляная корка распалась, а пленник упал на четвереньки, заозирался с ужасом. Аура его оказалась вполне светлой, потрогал его по плечу святым мечом, потом антимагическим клевцом, но никакой реакции. Спасён что ли? Никогда подобного не встречал, но выдохнул с облегчением. Люблю такое. Меж тем, вне комнаты послышался шум, я повернулся и вот ворвался в помещение знакомый извращенец и десяток каких-то крепышей за ним, вооружённые до зубов, конечно, с огнестрельным оружием. Замерли, увидели ребёнка. Интересно, им нужен был демон или очищенный? В зависимости от этого, буду убивать или просто колотить. Вероятно, у горе клиента имелся знакомый маг, исцеляющие от всего, должен был лежать в больничке ещё достаточно долго.


- Ты все таки пришёл сразиться со злом и так быстро справился, и ещё милому мальчику жизнь сохранил? - спросил ненормальный, приподняв выщипанные и крашеные брови. - Приятно восхищён, не ожидал подобной удачи, полагал, что придётся воевать самому, без серьёзного шанса выжить. Но, полагаю, спасённого отдавать мне не собираешься вовсе?


- Довольно очевидно, - подтвердил я, - найти подходящую семью проще простого, которые воспитают человеком, способным завести нормальную семью из жены женского пола и детей, а не не пойми что, получить хорошую профессию, и обрести счастье правильное. А ты похож на того, кто беднягу сатанистам отдал, или сам участвовал в пленении, или как-то собирался ситуацией воспользоваться. Даже разбираться не хочу в подобном, совсем.


- А если я скажу, что мальчик - мой младший брат, был похищен злодеями именно потому, что наш отец являлся выдающимся опасным мафиози, жестоким убийцей, ещё и тайным гомосексуалистом, за что был разоблачён и убит подельниками, а мать - распутница, которая меняла любовников и любовниц, как перчатки, до свадьбы, и после, даже не особенно скрываясь, и не брезгуя прислугой, и умерла от дурной болезни, такой же была и младшая сестра, которую забил до смерти очередной любовник. Сам же я занят несколько иной деятельностью, о которой не хотел бы распространяться, не преступник. И стану достойным воспитателем, никаких извращений, мало ли, каков сам, могу быть достаточно ответственным. В конце концов, сможешь проверять постоянно и сразу отобрать, если что.


- Только что придумал эту сказочку? - я зевнул. - Если бы вправду был родственником, то сразу с этого начал, ещё когда встретились в прошлый раз, впрочем, все равно не отдал бы. И если любишь, обязан отпустить. Во-первых, являешься плохим примером, а дети копируют воспитателей, всегда, то есть, вполне может пойти по тому же пути нечестивому. Во-вторых, чем-то там занят, скорей всего, опасным, и ребёнок рискует вляпаться в неприятности или умереть. В-третьих, просто не верю, сколько бы не убеждал, могу привести человека, который мозг проверит, если позволишь, но сердце подсказывает одно.


Являешься тем, кем думаю, и просто хочешь завладеть интересным любовником, или надеешься обнаружить особые способности у мальчика, его же не зря сделали сосудом для демона, или знаешь его настоящую родню и очень мечтаешь заполучить большие деньги, или шантажировать, заставляя сделать то или иное. В общем, негодяй, но не самый умный.


- Приводи своего проверяющего, так уж и быть, - собеседник нахмурился, скрестил руки на груди, - прекрасно понимаю, что без этого не обойтись, к тому же, мы с тобой банально не справимся. Видел большое количество слизи, оставшееся от трупов стражей, знаю, что их так легко бы не одолел обычный смертный. Потому и пришёл именно к тебе, как к эксперту по демонам, известному своим редкостным мастерством. Мы, всем отрядом, окажемся на один зуб, в прямом и переносном смысле слова. А хотелось бы добиться своего обязательно.


Я призвал Чёрного Санитара и попросил привести Печального Антиромантика, тот намёк понял тонкий, хотел бы обычной проверки, запросил Теле Пата, но тут как раз нужен тот, кто способен память заменить и спасти всех и сразу, кстати, и мальчика тоже, от греха. И соратник сразу прибыл, вместе с молотобойцем. Начал с ребёнка и успокоил, если и есть что-то, то спрятано так тщательно, что не сумел обнаружить. Ещё и память у малыша стёрта полностью, от предыдущей личности не осталось и следа, но человеком будет полноценным, не инвалид, и не слабоумный, особые способности отсутствуют, возможно, был медиумом, но утратил сей дар. Потом, избавился от наёмников, забыли, на кого работают, зачем сюда вообще пришли, и отправились искать отсутствующие сокровища, благо, ничего опасного и ценного не имелось, даже не видя нас, словно не существуем и не было никогда. Оставался сам извращенец, самый жуткий тип. Экстрасенс скривился, словно собирался лезть в канализацию. Однако, отказываться не стал, проник, несколько минут трудился, а потом закончил, казалось, вот-вот стошнит, несколько минут дышал тяжело, словно рыба, выброшенная на берег, наконец, начал излагать подробности, не добавив мне настроения.


- Есть хорошие и плохие новости, с каких начать? - спросил он морщась. - Придётся себе самому память подтирать, чтобы выбросить лишнее, и жить дальше спокойно, как прежде.


- Разумеется, с плохих, - кивнул я, - подозреваю, что знаю, о чем речь пойдёт, а хорошие потом помогут не убить это существо сразу, раздавив в лепёшку, словно какого-то таракана.


- Сей господинчик вправду сам отдал мальчика сатанистам, осознавая, что за судьба ждёт несчастного, который ему брат, правда, неизвестно, насколько родной, потому как лишь сама мать знала, от кого именно рожала, ведь для для мужа являлась прикрытием, дабы подельники не распознали в нем мерзкого извращенца, - начал Антиромантик, - хотел получить наследство отца себе, исключительно. Кстати, родителя другим мафиози сдал сам, и матери больного любовника подложил, с той же целью, и сестру с тираном ревнивым познакомил. В общем, избавился от родни. Однако, за то, что с братом сотворил, получил наказание, от тёмных сил, уподобился своему отцу, но все оказалось хуже, потому как не только мужчин предпочитает, но и женскую одежду. Потом, встретил одного извращенца, который был безумен, но, при этом, добряк, и, под его влиянием, размяк, раскаялся, а потом любовник умер от передозировки, возможно, даже был кем-то убит, и наш типчик понял, как был не прав, и решил попытаться исправить хоть что-то, пусть и несколько поздновато. Чем занят ещё, рассказывать не стану, к делу не относится. В жизни бы ему не дал ребёнка, потому как добром не закончится, увы. Сейчас считает себя исправляющимся, а потом раз, и снова склонится ко злу. К тому же, исправить, сделав натуралом, не выйдет, наказан до конца дней, придётся ломать буквально об колено, а подобное добром не закончится точно.


- Какие же новости тогда будут хорошие? - я приподнял брови. - Образ вырисовывается максимально отвратительный, извращенец, жадина, убийца, совершил все мыслимые и не мыслимые преступления, просто, на какое-то время, взял и изменился, за каждое такое деяние заслуживает смерти или пожизненного заключения. Давай, смягчи моё мнение. 


- Если стереть память, чтобы забыл о брате, раз и навсегда, его спасении, о том, что тебя встречал, больше не увидим никогда, - пояснил экстрасенс, - убивать нельзя, своему миру полезен, к сожалению, пока, а если вернётся ко злу, хватит и Чёрного Санитара чтобы его ликвидировать. Не придётся руки пачкать о подобную пакость, сделать это или не надо?