Автобиографическая статья. Юланов, Олег А

Юланов, Олег Александрович (1940-) - писатель, физик, изобретатель

Автобиографическая статья Олега Александровича Юланова (род. 1940), написанная от его имени
Откуда я родом и как я выбирал между инженерией и человеком
Меня зовут Олег Александрович Юланов. Я родился в 1940 году в Свердловске (ныне Екатеринбурге) — в городе, который сам был инженерным организмом: заводы, турбины, заводы военного времени, эвакуированные лаборатории. Возможно, поэтому мой первый и самый естественный путь был техническим: в 1963 году я окончил Уральский политехнический институт по специальности «радиоинженер».

Но в том же году, в шестнадцать лет — ещё до окончания вуза, — со мной произошло то, что определило всю мою жизнь: я начал заниматься психологией. Не как хобби, а как исследовательской задачей: я хотел найти основные законы развития психики. Я прочитал практически всё, что было тогда доступно по психологии, — и не нашёл ответов на свои вопросы. Это меня не расстроило, а, наоборот, подхлестнуло: раз ответов нет, значит, их надо искать самому. С этого момента я жил как бы в двух параллелях: днём — инженер, ночью — исследователь человеческой души. Эта двойственность не покидала меня до сих пор.

Инженерная карьера: ракеты, авиация, системы управления
После института я три года преподавал, а затем ушёл в промышленность — на разработку систем управления. Я принимал участие в разработке и отработке приборов систем управления ракет и авиационных систем. В 1976 году я окончил аспирантуру Московского авиационного института. За годы работы опубликовал около сорока научных работ в ведомственных и общесоюзных изданиях и получил ряд авторских свидетельств на устройства для систем управления.

Инженерия воспитала во мне главный профессиональный принцип: идея имеет ценность только тогда, когда она работает. Не тогда, когда красива, не тогда, когда согласуется с модой, а именно тогда, когда её можно воспроизвести и проверить. Этот принцип я потом перенёс и в психологию, и в свои нестандартные разработки — и часто именно он делал меня неудобным собеседником для коллег и оппонентов.

Изобретательства вне специальности: корабли, малахит, шахматы
Помимо основной работы, я всю жизнь занимался разработками, далёкими от радиоинженерии. Три из них я считаю самыми важными:

Способ повышения быстроходности морских судов в 5–6 раз. Я представлял эту разработку кораблестроителям — и она не была опровергнута специалистами. Для меня это было важно не как «победа», а как подтверждение: свежий взгляд со стороны иногда видит то, что привычка скрывает.
Технология получения малахитовых покрытий. Идея — создать принципиально новый отделочный материал для больших поверхностей с рисунком, имеющим параметры природного узорчатого малахита. Технологический процесс эксклюзивен: я отрабатывал его в полукустарных условиях, на личном энтузиазме, в течение пяти лет. По итогам работы была написана монография. Это был труд любви: малахит — камень уральский, из моей родной земли, и сделать «искусственный уралец» для больших плоскостей — задача почти поэтическая.
Новые шахматы на 120 клеток — «Русские шахматы». Их цель — исключить возможность использования компьютеров в роли подсказчика или соперника. При этом новые шахматы сохраняют все основные свойства классических: человек, умеющий играть в обычные шахматы, сможет играть в новые после короткого объяснения правил. Это была не просто игра: для меня это был эксперимент о том, как вернуть человеку первенство перед машиной.
Смысл этих трёх разработок для меня один: не идти по колее. Любая решённая задача учит нас видеть только такие задачи, которые похожи на неё. Самое ценное — задача, для которой ещё нет шаблона.

Психология: главное дело моей жизни
Хотя я всю жизнь числился инженером, главным делом считаю теоретическую психологию. К 1978 году накопленный материал — личный опыт, наблюдения, обобщения — достиг некоей «критической» массы. В этот период я изучил работы Павла Васильевича Симонова — и они дали мне сильный толчок вперёд: я наконец увидел, как можно связать психологию с физиологией, эмоции — с потребностями, а наблюдение — с моделью.

Результатом многолетней работы стала общая теория психических функций живых организмов, которую я изложил в ряде книг. Самая смелая часть этой теории — модель души живого организма. И вот здесь я столкнулся с неожиданным поворотом: чтобы осмыслить свойства души, я был вынужден заняться физическим вакуумом. Так из психологии выросла моя «Другая физика» — работа, посвящённая, казалось бы, чисто физическим проблемам, но произрастающая из психологического поиска. В итоге я сформировал модель некоторых свойств физического вакуума, которая позволила иначе взглянуть и на мир неживой.

Я понимаю, что для академической науки такой путь выглядит странным: психолог строит модель вакуума. Но я никогда не пытался казаться «правильным» учёным. Я пишу то, к чему пришёл, и предлагаю читателю проверять, спорить, отвергать — это честнее, чем писать так, чтобы никого не задеть.

История и публицистика: попытка понять, что с нами произошло
Много лет я занимался изучением истории России — особенно периода от отмены крепостного права до наших дней. Мой главный интерес здесь — психологический базис большевизма: не экономика и не геополитика, а то, какие состояния души делают миллионы людей восприимчивыми к идеологиям разрушения.

По этой теме я написал не менее пятидесяти публицистических работ, из которых около двадцати опубликованы в областной прессе. Среди них:

статья «Шаги из круга инфернальности» (март 1990 года);
разработка «Конституция Российской Федерации. Проект» (январь 1991 года) — она была опубликована в одной из областных газет и представлялась в Верховный Совет РСФСР;
статья «Храм культуры» (сентябрь 1991 года);
большая неопубликованная работа «Альтернатива, или пути гуманизации общества» (январь — март 1990 года), посвящённая анализу политической ситуации в СССР и необходимым экономическим преобразованиям. По моей оценке, она «отработала своё»: её получили некоторые народные депутаты СССР, и она послужила одной из идейных основ для системы демократических преобразований.
Позже я продолжал публиковаться — например, на сайте «Академии Тринитаризма» выходили мои статьи, в том числе «Пятая колонна» (2009) и историко-публицистическая работа «Заложники судьбы».

Изобретения последних лет
Инженерное во мне не угасало и позднее: в 2004 году совместно с В. П. Молоковым я получил патент на способ генерирования энергии и устройство для его осуществления — в основе лежит вихревое движение среды по спирали с уменьшением диаметра закрутки, сепарация потоков и наложение магнитного поля.

О методе и принципах
Мой подход, который я пронёс через все свои занятия — инженерию, психологию, историю, публицистику, — можно описать несколькими правилами:

Ищи первооснову. За каждым явлением ищи более глубокий закон — будь то прибор, психика или историческое событие.
Междисциплинарность — не мода, а необходимость. Человек не делится на «физику» и «психологию»; и мир тоже.
Проверяемость. Идея должна либо работать, либо быть отвергнутой. Красивые слова без последствий — пустые.
Свобода от авторитетов. Я никогда не боюсь идти против общепринятого — но всегда готов быть опровергнутым.
Письменность как способ мышления. Я не пишу «по случаю»: каждая моя книга и статья — это попытка довести мысль до конца.
Что обо мне помнят
Меня вспоминают как человека на стыке многих дисциплин: инженера, сделавшего карьеру в оборонной промышленности и не остановившегося на этом; изобретателя, работавшего и над техникой, и над материалами, и даже над настольными играми; психолога-теоретика, поставившего перед собой задачу понять законы психики; публициста, размышлявшего о путях России.

Я не рассчитываю, что все мои идеи будут приняты сразу — или будут приняты вообще. Но я верю в одно: наука и культура движутся не только признанными мастерами, но и одиночками, которые задают «неудобные» вопросы и не боятся оставаться с ними наедине.

Если бы я мог дать совет молодому исследователю, я бы сказал: не бойтесь идти туда, где ещё нет привычной карты. Читайте широко, но думайте самостоятельно. И помните: самая большая ошибка — не ошибиться в поиске, а отказаться искать, потому что «так не принято».