Это нам не задавали. Гл. 28-3. Выпускной вечер

                Возвращение.


        Обрадованная благополучным исходом, девушка, все еще испытывая нервное потрясение,  подняла с земли его вещи, отряхнула приставшие соринки и стала спускаться к подножью утеса. Учитель осторожно, чтобы не повредить ступни, выходил из воды. Лицо его светилось от счастья, но в темноте это не было видно.
        Подойдя к нему, она  прижалась к его мокрому телу и заплакала навзрыд.
        - Марина, девочка моя...ну, успокойся! Все же нормально – я жив и невредим! Сейчас  вместе пойдем обратно, — он  крепко ее обнял, подрагивая от  ночной прохлады.
        Подняв на него  заплаканное лицо, она проговорила, вытирая слезы:
        - Обещайте мне  никогда, никогда больше не прыгать с этого утеса и, вообще, напрасно  рисковать своей жизнью! Обещаете?
        - Об-бещаю! Б-больше н-никогда!.. – проговорил он подрагивающим от холода голосом  и, взяв у неё одежду, стал быстренько одеваться.

      На обратном пути Марина, успокоившись, все же решила  мягко пожурить Олега Николаевича за этот неразумный поступок.
        - Вот, зачем  вы прыгнули, объясните мне? Это называется безрассудством или  искушением  Бога. А если бы  вы разбились, что было бы тогда?
        - Я хотел показать тебе, как сильно тебя люблю! — стал он говорить в оправдании, чтобы её успокоить. - Я не мог разбиться, потому что еще раньше был здесь и исследовал это место.  Оказывается, Аллочка, прыгнув в воду,   ударилась о большой каменный риф, который во время приливов скрывается под водой, но я  взял намного левее от этого рифа.

      - Нет, - не согласилась с ним  девушка. — Это Бог  вас  спас! Когда вы прыгнули, я молила Бога, чтобы Он спас вас...И зачем доказывать  любовь таким  способом, жертвуя жизнью?
      - По-другому не мог. Хотел доказать.
      - А вы не подумали о том, что я сошла бы с ума, если бы вы разбились?
      - Прости, об этом не подумал! Действительно, повел себя, как несмышленый пацан! Теперь что хочешь, делай со мной, хоть побей, но не бросай!- и не понятно было, то ли он шутил, то ли правду говорил.

       Услышав такие слова, Марина остановила его и крепко обняла, прошептав: " Никогда и ни за что не оставлю вас". Тут в памяти ее  возникли  горящие гневом  глаза  Тимура и его  ужасные  крики и проклятия. Она содрогнулась и еще крепче прижалась к любимому, тихо произнеся:
       - Верю, из-за любви можно совсем потерять голову!
       - И я никому тебя не отдам!, - как клятву, проговорил он.
      Еще некоторое время они стояли вместе не в силах оторваться друг от друга, и  оба вспомнили про время.
       - Ой, а который теперь час? - спохватилась Марина, и Олег Николаевич взглянул на свои водонепроницаемые часы:
      - Время полчетвертого. К сожалению, нам надо прибавить шагу! Смотри, восток уже розовеет! Боюсь, нас могут хватиться или вовсе забыть про нас.      
       И  правда: восточная часть неба на горизонте постепенно принимало малиновый цвет, а луна уже успела спрятаться за западным отрогом бухты.   
      Влюбленные  поспешили в обратный путь. Потревоженные ими птицы с шумом  вылетали из кустов, пугая их. Пока дошли, солнце краешком показалось из-за горизонта, освещая верхушки  отрогов, обрамляющих бухту.

                ***
 
       Весь обратный путь Тимур шел, пробираясь через кустарник, как во сне, испытывая сильное потрясение, с одной только мыслью в голове: "Как она могла?" Придя на стоянку, он ни на кого не обращая внимания, поднялся в автобус, сел, и, закрыв лицо руками, заплакал, как плакал еще ребенком.      
       - Тимур вернулся, да такой расстроенный. Пойду узнаю, в чем дело, а ты подожди пока, - сказала Лена Коле. Зайдя следом в автобус, села рядом и участливо спросила:
       - Что случилось, Тимурчик?      
       - Ничего, – шмыгнув носом, он отвернул лицо к окну, чтобы она не видела его заплаканного лица.      
       - Миллион проиграл?
       - Хуже!.. — сказал он подавленно.
       - Ничего, в жизни бывает еще хуже.
       - А ты там знаешь, девчонка! - с иронией проговорил Тимур,
       - Если любишь, прости и отпусти ее.

       Тимур повернул лицо и уставился  на Лену с немым укором, типа: «Много ты понимаешь, советчица тут нашлась?», но тут же сообразил.
        - Значит, и ты была в курсе дел своей подруги.
        - Поверь, что только на вечере она мне в этом призналась.
        - Верю, -  он вспомнил, как  решил проследить за ними.
        - Пойдем прогуляемся! – предложила она.
        - Нагулялся уже! – хмуро отказался он.
        - Тимур... какое красивое имя! Это мама тебя так назвала или папа? – спросила Лена, пытаясь его разговорить.
        - Папа предложил, а мама согласилась, - нехотя ответил он.       
        - Хорошее отчество для наших детей, да? –  ляпнула она нарочно, чтобы оторвать его  от горьких мыслей.

         - Лена, ты что — с дуба упала? –  он  посмотрел на нее, как на девочку с "приветом" и даже отодвинулся.
         - А что это вы тут делаете, а? - подражая рыбачку из хорошо известного фильма, прервал их уединение Коля Соловьев, медленно поднимавшийся в автобус. Он не мог долго оставаться в одиночестве, да и усталость давала о себе знать.
         - А мы делимся впечатлениями о выпускном вечере.  Проходи к нам, Коленька!  -  ласково пригласила его Лена, искренне обрадовавшая его появлению. – Втроем веселее.
         - А где четвертый член нашей шайки? – простодушно спросил он, сев впереди них. Тимур в ответ отвернулся в сторону окна.

         - Да, скоро придет и она. Никуда не денется! – ответила Лена.
         - Никуда не денется? Да, уже делась! Я видеть ее не могу! – вскричал Тимур.
         - Какая  муха тебя укусила?  – Коля с удивлением  посмотрел на товарища. Но Тимур отвернулся, давая понять, что разговаривать не намерен. Тогда Коля вопросительно посмотрел на  Лену, но она только пожала плечами и попросила Колю сидеть с Мариной по время поездки.

        Снаружи послышались сигналы отправления, и в автобус стали заходить ребята и сопровождающие. Стало шумно и многолюдно. Ребята занимали свои места и ждали отправления. В числе последних вошла в автобус  Марина. Лена заметила, как светилось счастьем ее лицо. 
         - Марина, я буду сидеть с Тимуром, а ты посидишь с Колей, хорошо?
         - Замечательно! –  и села рядом с Соловьевым.
         - Где ты шарахалась, мамзель? -  вполголоса, почти шепотом, спросил ее Коля. - Тут такая была истерия, не приведи Господь!
         - Гуляла с одним молодым человеком! - так же, шепотом, ответила она.
         - А-а, тогда  все понятно! – усмехнулся он и устало проговорил:
         - Ничего, если я немного подремлю? Спать ужасно захотелось.
         - Конечно, Колюньчик, вздремни малость, и я тоже с тобой на пару. – сказала она, подавляя зевок.

         - Все  сели? – спросила ехавшая с ними преподавательница. - Ребята, проверьте  друг друга, чтобы никого здесь не оставили!
        - Все!  Все на месте! – раздались возгласы.
        - Товарищ водитель, наш автобус в полном составе. Можем отправляться!
        Водитель закрыл двери, и автобус тронулся.      
        Назад ехали усталые и сонные, разговаривали мало, у многих слипались глаза.  Лена, прислонившись к Тимуру и положив голову ему на плечо, тоже задремала, а он сидел, вглядываясь,  то в черноту за окном, то в оконное отражение  Марины.

       Один раз  девушка повернулась назад и  посмотрела на бедного Тимура.  Он даже  не повернул в ее сторону голову, но, взглянув в окно, в которое  он смотрел, заметила его взгляд, смотревший на нее. Она повернулась  и подумала о Тимуре, что очень нехорошо  с ним поступила.  Ведь видно, как он страдает из-за нее. Надо будет написать ему хорошее письмо, в котором  постарается все объяснить.
         Олег Николаевич ехал во втором автобусе с Натальей Степановной и тоже задремал с счастливой улыбкой на губах.

                продолжение http://proza.ru/2021/04/21/556