Алкоголь, дети праздников, йети и деградация

 То ли место проклято, то ли люди. 

«Капля никотина убивает лошадь» - кто не помнит это летучий и едкий, как дым, агитационный перл из советского нашего прошлого. А вот еще: «Зачал пьяным – родился отстающим». «Одна рюмка – целое кладбище корковых клеток». «Счастье радостное детство у потомков не убей – алкогольное наследство им несет зеленый змей».

Антиалкогольные и антиникотиновые компании периодически случались в истории человечества. И это не только знаменитая Горбачевская. Кстати, в 1991 ленинградский завод «Левиз» выпускал водку «Горбачев». Поквитались…

В 1928 году детей выводили на митинги у заводов и фабрик с нарисованными от руки транспарантами: «вместо водки, в день аванса и получки, покупайте вашим детям ручки и тетради». Дети против отцов. Это в духе советского агитпрома. Антиалкогольные свадьбы должны были улучшить ситуацию с беспробудным пьянством, унаследованным от царского режима. Но не особенно ее улучшали. Одно дело лозунги: «Пьяное зачатие - калечное детство!», а другое запой: «доктор, когда я начинаю пить, то не могу остановиться».

Согласно санитарной статистике советского Министерства здравоохранения: У родителей с алкогольной зависимостью в 26–35% случаев рождаются дети с задержкой психического развития (ЗПР). Эти данные 1970-х, на которые ссылается обзор НИПНИ им. Бехтерева.

Вместе с развалом СССР исчезла и санитарная статистика. Может быть, сейчас в нашем богохранимом отечестве у пьющих родителей перестали рождаться дети с задержкой умственного развития? Нет, не перестали. Просто, сегодня об этом не принято говорить.

Хорошо известно, что пьяное зачатие, а в гораздо большей степени - пьянство во время беременности может привести к рождению детей с задержкой психического развития. Считается, что первые 6 -12 недель пренатального развития эмбриона самые уязвимые. Отделы мозга плода, отравленные этанолом, не развиваются в должной степени. Рожденные дети могут быть умственно отсталыми, плохо растут. У них наблюдается поражение ЦНС и аномалии лица.

Обычно принято ссылаться на аборигенов Австралии и Тасмании, когда у эволюционистов появляется желание поговорить о наших далеких примитивных предках. Аборигены пили алкоголь, но изготовляли его своеобразно. Они собирали сладкий сок эвкалипта Eucalyptus gunnii в углублениях на коре и в дуплах. Затем ждали, когда он перебродит на солнце, под воздействием естественных дрожжей. После чего пили и пьянели. Они также изготавливали питури из дикорастущего табака Duboisia hopwoodii. Сворачивали в сигару вместе с золой и жевали.

Аборигены из Западной Австралии изготовляли из шишек банксии алкогольный напиток, напоминающий медовуху.

Индейцы Южной Америки использовали полые трубки из бамбука и тростника для вдыхания галлюциногенных порошков, изготовленных из смеси дурманных семян — йопо, вилю. Такая традиция сохранилась сегодня, например, у племени яномами, обитающего в сельве на границе Венесуэлы и Бразилии. Это племя известно своей агрессивностью. Посредине ночи внезапный приступ всеобщей агрессии, охвативший всех от мала до велика, может поднять жителей деревни на смертный бой. В результате часть деревни убегает в лес и основывает в нескольких километрах новую деревню. Такое случается раз в несколько лет.

Представители племени пирахан в Амазонии не способны к лингвистической и психологической рекурсии. В их языке отсутствуют числительные, и считать больше трех они не умеют. Они живут одним днем. Верят в то, что во время сна их могут укусить змеи и утащить злые духи. Поэтому спят сидя, прислонившись спиной к стене хижины полифазным сном, постоянно пробуждаясь на короткие перерывы. Для того, чтобы не быть застигнутыми врасплох во время сна.

На сегодняшний день медицинская статистика не утешительная: родители, регулярно потребляющие алкоголь и наркотики, рискуют зачать и родить недоношенного и недоразвитого ребенка с психическими аномалиями развития и тягой к употреблению психоактивных веществ.

У такого ребенка наблюдается задержка речевого развития. Он в большей степени склонен эмоционально несдержанно реагировать на ситуацию, нежели вдумчиво и спокойно пытаться ее анализировать при помощи внутренней речи и абстрактного мышления.

Процент асоциальных детей увеличивается, по мере того, как родители все сильнее погружаются в омут зависимости от психоактивных веществ.
Что делать с такими плохо обучаемыми и проявляющими агрессию детьми? От них пытались во все времена избавляться, убедившись в их невоспитуемости или плоховоспитуемости.

Одним из распространенных способов было оставление в лесу. Морально родители или члены семьи были чисты: они не убивали ребенка и предоставляли его дальнейшую судьбу на волю случая. Если ребенок умрет от голода в лесу, так тому и быть; если выживет, каким-то образом найдет пропитание и приспособится к обитанию в лесной глуши, то значит ему открывается дорога для лесной жизни.

По всей видимости, у диких людей, издавна существовавших в лесу, и у культурных людей сохранялся какой-то тип коммуникации. Дикарей задабривали, чтобы они не проказничали и не пугали путников. Им оставляли еду. С другой стороны, дикари и культурные люди имели какие-то пограничные области, специально отмеченные какой-то приметой (опушка леса, поваленное дерево), где опосредовано взаимодействовали. Культурные люди оставляли там подарки и иногда приносили невоспитумых детей.  Дикари забирали и то и другое. Съестные подарки съедали, а детей воспитывали по-своему, быстро делая их членами своего дикого коллектива. Моральных ограничений: бить или бить, убивать или не убивать, по отношению к приемным детям, они практически не имели, по сравнению с культурными людьми.

Дикие люди вели автономный образ жизни. У них формировался свой примитивный менталитет, основанный не на речевых взаимодействиях при помощи знаков и символов – слов, а на основе эмоционально значимых способов реализации биологических потребностей. Это еда, совокупление, охрана и защита.

Понятное дело, что сегодня мы не можем себе в силу человеколюбия и гуманизма ставить такие эксперименты и изолировать детей с задержками умственного развития в диких местах планеты – в своеобразных гетто, и наблюдать со стороны как они взрослеют, создают семьи, как выживают в условиях дикой природы. Такие постчеловеческие заповедники чреваты опасностью того, что дети из них, а также взрослые особи могут проникать в зоны обитания цивилизованного человека и серьезно осложнять жизнь в этих зонах. Не обученные с детства правилам общения и этикета, не понимающие человеческой речи, обладающие недюжинной силой и выносливостью, эти особи будут представлять серьезную опасность для существования культурного человека.

Воровство детей и насилование женщин, а также кража продуктов и всего, что плохо лежит, и может привлечь внимание дикарей – такое поведение не понравится никому из тех, кто с самого рождения находится внутри социума и не мыслит своего существования без принятой его членами априорной маркировки по умолчанию всего дозволенного и не дозволенного.

Сторонники существования снежного человека нередко обожествляют своего подопечного, стараясь предать ему свехчеловеческие качества. Меж тем, дикари демонстрируют, скорее, постчеловеческие качества. Они чем-то становятся похожи на аборигенов диких уголков планеты, самоизолировавшихся от остального человечества в геологических оазисах-резервациях, например, на отдаленных южных островах, или в труднопроходимой южноамериканской сельве. С той лишь разницей, что аборигены сохраняют все же какой-никакой примитивный язык, и культурная преемственность, посредством второй сигнальной системы у них сохраняется. Они сохраняют основу человеческого абстрактного мышления, используя знаки-слова для формирования внутреннего образного мира.

А дикарские популяции, в основе которых находились дети с задержкой психического развития, в результате которого от них отказались родители, не обладали ни навыками к освоению языка, не стремлением к формированию образно-понятийного мышления, основанного на ментальных представлениях. Они воспринимали конкретные предметы и явления непосредственно и чувственно.

Вероятно, у дикарей имелись сверхспособности, обострившиеся в условиях отсутствия вербально-логического мышления. Эти сверхспособности помогали им выживать в условиях дикой природы, но не являлись основой для создания абстрактных умозаключений, вторично производимых на их основе, как это имеет место у экстрасенсов, ясновидящих, телепатов и колдунов.

Можно думать, что угодно о дикарях, обожествлять и возвеличивать их, считая эталоном для подражания, а также верить, что они являются учителями человечества. Однако дикари, конечно, таковыми не являются. Их предки -  разумные люди в разные геологические периоды появлявшиеся на земле. Потеря разумности во многом  проблема комплексная.

Можно предположить такой сценарий одичания, который имел место в далеком прошлом. Скорее всего, будущие дикари, идут по пути усиления эмоциональной составляющей мышления, делается это за счет отказа от некоторых аспектов логического мышления. Низведение и упрощение мышление до чувственного уровня связано с отказом выстраивания далеких цепочек причинно-логических связей.

Логическое и вообще абстрактное мышление энергозатратно. Оно требует сосредоточения, обдумывания и времени. Когда энергии недостаточно, время, на якобы безрезультатное, умствование тратить не хочется, тогда возникает желание поторопить эмоциональный ответ, прибегнув к старинному способу – волевому отключению логики.

Земля как планета способствует этому. На ней, помимо людей и животных, обитает масса микроорганизмов. Они всюду: в воздухе, в воде, почве, еде. Проникая в человеческий организм, они изменяют его, делая человека менее усидчивым и целеустремленным.

Спиртосодержащие грибки и наркотические вещества, способные вызвать эйфорию, вызывают привыкание и потребность к систематическому употреблению. Человек пьет, курит и получает «дешевый дофамин». В результате психика разбалансируется, а человеку стоит больших усилий, чтобы собраться с мыслью. Между тем, привычка к регулярному приему психоактивных веществ постепенно формирует зависимость.

Организм детей, рожденных у алкоголиков и наркоманов, уже подготовлен к принятию психотропов. Велик шанс, что они пойдут дорожкой, проторенной их родителями. Дурной пример и плохое воспитание играет в этом не последнюю роль. Постепенно популяция съезжает с культивирования абстрактного мышления до чувственно-предметного восприятия.

Так, образуются аборигены, которые со времен, испытывают тенденцию к самоизоляции в труднодоступных районах мира, окруженных геологическими преградами, например, горами, на островах и т. д. Полный отказ от речи и переход к дикому существованию, видится, в этой связи, вполне вероятностным сценарием.

Человеческий организм начинает активно приспосабливаться к природным условиям существования, возрастает иммунитет. Появляются адаптации и приспособления, например, коронки щечных зубов увеличиваются для перемалывания жесткой растительной и животной пищи, не размягченной на огне. Челюсти вытягиваются вперед (возникает прогнатизм), а клыки начинают выступать за кромку зубного ряда.

Изначальная функция клыков, удержание во рту пищевого комка, значительно расширяется. С их помощью можно рвать плоть, вызывая обильные кровотечения у противника. Увеличивающиеся и становящиеся острыми, клыки превращаются в грозное оружие. Кожа грубеет и покрывается жесткими волосами, которые снижают вероятность травм от укусов соплеменников.

От поколения к поколению полезные признаки для выживания в дикой природе накапливаются, усиливаются и передаются потомкам в уже готовом виде. Так, исподволь, в разных районах мира формируются популяции диких людей, осваивающих разнообразные экологические и пищевые ниши. В дальнейшем, эти популяции, теряют всеядность, присущую предкам, и превращаются в новые виды. Мозг сокращается в объеме и специализируется.

Таким образом, происходит инволюция. Главное уже сделано – предки отказались от речи и абстрактного мышления, полностью перешли к животному существованию.  Остается дело за малым – нужно приспособить организм к определенному типу питания, обитания и размножения.

Конечно, далеко не факт, что все родившиеся недоразвитыми дети алкоголиков и наркоманов пойдут по наклонной плоскости, а все аборигены превратятся в дикарей. Сейчас мы видим, как раз обратный процесс. Общество заботится о обездоленных и брошенных детях и помогает им социализироваться. Для них создаются специализированные интернаты.

Аборигенов подтягивают до уровня культурного человека, обучая и трудоустраивая. Политика толерантности способствует этому.
Но так было не всегда. В далеком прошлом социальные институты не работали, в той мере как сегодня. Детей с серьезными психическими отклонениями уничтожали или относили в лес. Аборигенов истребляли всевозможными способами. Они были низведены на уровень двуногих   животных. К примеру, прекратила свое существование популяция коренных тасманийцев во время «Черной войны» 1828-1832 гг.

Что касается популяций дикарей, то с ними, тем более, не церемонились. Их просто уничтожали. И это, не воспринималось, как убийство человека, и юридически не преследовалось.

Что можно сказать на последок?

Может быть, на других планетах, откуда к нам эпизодически приходят космические люди, ситуация совершенно иная. Там нет огромного количества гниющих остатков и постоянно размножающихся микроорганизмов, как на земле. Они не попадают внутрь человеческого организма: с пищей, воздухом, через кожу, и не отравляют жизнь космическим людям. У них не возникает соблазн, поддавшись земному искушению, ввергнуть свой разум в эмоциональную круговерть. Дети с аномалиями рождаются намного реже, а за теми, кто уже родился нездоровым осуществляется должный уход. Космические люди, судя по всему, контролируют свою популяцию и не позволяют вирусу деградации проникнуть в нее.

Земная биосфера как-то расхолаживает. У переселенцев возникает соблазн съехать по наклонной плоскости, чтобы на своей шкуре испытать, а так ли привлекателен путь отказа от разума, как о нем судачат некоторые земляне. Не будем забывать, что одна рюмка убивает 10 000 нейронов. По крайней мере, так нам об этом говорил советский санитарный агитпром.

Мы, конечно, не можем создавать по этическим мотивам природные заповедники для дикарей, поэтому не можем точно представить, как они жили в дали от цивилизации. Однако, мы можем заглянуть в психиатрические клиники, в которых жизнь взрослых людей с психическими отклонениями отнюдь не вызывает восхищения.