Войной рождённые герои. Часть -2, глава - 4

Глава четвёртая
Воинский эшелон стоял на пятой железнодорожной линии
от вокзала. С трудом ориентируясь в темноте, резервисты
стали медленно заполнять вагоны. Рассадка заняла не меньше
часа. Как только она закончилась, поезд, пробежав металличе-
ской дрожью по сцепкам, резко дёрнулся и стал медленно от-
считывать километры в сторону Запада.
Сон Костю накрыл сразу, как только он улёгся на нижнюю пол-
ку купе. Проснулся от резкого толчка в правый бок. Открыл гла-
за и увидел стоявшего рядом прапорщика.
— Лейтенант, пора вставать. Скоро сухой паёк раздавать нач-
нут в нашем вагоне.
— Понял. Сейчас поднимусь.
Поезд шёл рваным темпом. То бежал, как ошпаренный кипят-
ком, то в тупике стоял пять-шесть часов. Соблюдавшие дисци-
плину на полигонах, резервисты от безделья и неопределён-
ности стали доставать «захоронки» спиртного и тайком к ним
прикладываться. Не отставали от них и офицеры, которые ехали
в отдельных купе, но на первых порах их поведение не очень
бросалось в глаза.
В застолице коллег Костя участия не принимал, чем, есте-
ственно, навлёк на себя с их стороны подозрение. Но его это
не волновало. Начальству он никого закладывать не собирался,
а просто старался блюсти зарок, данный Вере при последней
встрече.
На третьи сутки в пути личный состав батальона разрегулиро-
вался полностью. «Натренированные» на гражданке, резерви-
сты с ловкостью, достойной восхищения, какими-то неизведан-
ными путями доставали спиртное и продолжали «бражничать».
На все замечания и приказы офицеров, включая командира
батальона, они реагировали полным молчанием и хмельными
наглыми улыбками.
Всё изменилось после того, как в одном из купе, где пьян-
ствовали офицеры, скончался от сердечного приступа коман-
дир второго взвода старший лейтенант Касьянов. Случилось
это на четвёртый день, под утро. Из-за неадекватного состояния
сопровождающий эшелон военврач Кисилёв оказать своев-
ременную помощь не смог, а когда на одной остановке такая
возможность появилась, то спасать уже было некого. Старше-
го лейтенанта передали представителям военной прокуратуры,
и поезд двинулся дальше. После этого события командир бата-
льона, его заместители, командиры рот и взводов стали жёстко
пресекать нарушения дисциплины. Подполковник Никитин про-
шёлся по всем вагонам и предупредил:
— Всех, кто будет уличён в распитии спиртных напитков,
по прибытии на место я лично сдам в руки военных следовате-
лей. Думаю, что наказание будет очень строгим.
Вечером дежурный по воинскому составу через эфир внутрен-
ней радиостанции сообщил, что командир батальона приказы-
вает командирам роты и взводов немедленно прибыть к нему.
Когда Костя появился в штабном вагоне, там уже собрались
почти все офицеры. Подождав, когда они усядутся и притихнут,
подполковник произнёс:
— Через двенадцать часов наш эшелон должен прибыть на же-
лезнодорожную станцию Луганска. Ваша задача — обеспечить
оперативный выход и порядок при выгрузке личного состава
из вагонов и организовать построение его на вокзальной пло-
щади. Особое внимание при этом уделить наличию списочного
состава ваших рот. Любой побег резервистов будет рассматри-
ваться как дезертирство со всеми вытекающими последствия-
ми. И ещё. Не исключено, что во время выгрузки возможны об-
стрелы из дальнобойного орудия со стороны украинцев.
Чем ближе состав подходил к Луганску, тем тоскливее у во-
инов становилось на душе. Некоторые офицеры и резервисты
стали часто выходить в эфир, стараясь дозвониться до род-
ственников и друзей. Да и поезд двигался как-то неестествен-
но. То резко останавливался, будто упирался в преграду, то,
как сумасшедший, срывался с места и набирал максимальную
скорость. Бойцы беспощадно материли машиниста и хватались
за поручни.
Часов за пять до прибытия поезда в Луганск командир бата-
льона вновь собрал офицеров в штабном вагоне и сообщил:
— По данным разведки фронта, противник планирует ударить
по нашему эшелону ракетами во время выгрузки личного соста-
ва. Поэтому приказываю: первое — всем бойцам и офицерам
находиться в полной боеготовности. Второе — ручную кладь
с документами и провизией держать рядом с собой. Третье —
сразу после остановки состава максимально быстро и органи-
зованно покинуть вагоны и отбежать от поезда на расстояние
двухсот метров. Вопросы есть?
— Есть. А с вещами, которые находятся в грузовом вагоне, что
делать? — спросил командир второй роты.
— Если после обстрела он сохранится, выгрузим, а если нет,
то придётся про него забыть. Бойцам пока об этом не говорить.
Вернувшись в свой вагон, Костя громко объявил:
— В связи с угрозой ракетного обстрела нашего поезда
во время выгрузки на станции города Луганска приказываю:
быть в полной готовности самому и подготовить ручную кладь
для быстрой эвакуации. Покинув вагон, нам предстоит органи-
зованно отбежать от него на расстояние двухсот метров. Всем
понятно, какая радушная встреча поджидает нас впереди?
— С основными нашими вещами как быть? Они же в грузовом
вагоне находятся, — спросил прапорщик.
— Вещи заберём после окончания обстрела.
— Если вагон будет цел, — выдохнул прапорщик.
— Ну, это уже не от нас зависит. Главное, самим под раздачу
не попасть, — завершил полемику Костя.
Воинский состав пришёл на станцию города Луганска поздно
вечером. Напряжение в вагоне стояло неимоверное. Как стру-
на натянутые нервы у бойцов могли в любую секунду порваться
и привести к панике. Но шло время, а тревожной сирены не по-
являлось. Тепловоз затянул эшелон в тупик и остановился. Ко-
стя громко скомандовал:
— На выход!
И, когда последний боец покинул вагон, он следом спры-
гнул на землю. В темноте бежать было сложно и небезопасно.
Но страх подгонял бойцов невидимым хлыстом. Потратив минут
десять на передвижение, взвод остановился за линями резерв-
ных путей. Наступило тревожное ожидание прилёта смертонос-
ных ракет. Что такое ракетный обстрел и как он выглядит, ни-
кто из бойцов не знал и даже не представлял. Но каждый из них
понимал, что на детские компьютерные забавы он не похож и,
не спрашивая согласия, может забрать их жизни.
Время шло медленно и нудно. От напряжения даже звон в ушах
появился. «Ну, где вы, сволочи хохлы? Давайте уж, приводите своё
решение в исполнение», — невольно подумал Костя. Когда в небе
появилась ракета, оповещающая об окончании тревоги, он даже
вздрогнул от неожиданности. Взяв эмоции в руки, выкрикнул:
— Отбой! Прапорщик, веди взвод к поезду.
Забрав свои вещи из грузового вагона, бойцы батальона пе-
решли на привокзальную площадь. После построения перед
ними выступил с короткой речью командир батальона:
— Бойцы, мы прибыли к месту назначения, где вас распреде-
лят по бригадам, батальонам и ротам. Сегодня будете времен-
но устроены на ночлег, а с утра завтрашнего дня начнётся ваша
воинская служба в боевых подразделениях. Желаю всем удачи
и живыми с победой вернуться домой.
Взвод Кости был расквартирован в северной части Луган-
ска, в здании детского садика. Как только бойцы определились
со спальными местами, из огромных вещмешков, которые еха-
ли в грузовом вагоне, они стали выставлять на столы бутылки
с алкоголем. Началось дружное и поголовное винопитие.
Костя попробовал навести порядок и дисциплину, но на него
никто не обращал внимания. Махнув рукой и устроившись на уз-
ком кожаном диване в кабинете заведующего детским садом,
он решил уснуть. Но пьяные крики, блатные песни и дикий хохот
долго не давали ему это сделать.
Утро 7 апреля было солнечным и тёплым. Костя вышел из ка-
бинета и направился в комнаты, где в разных позах на полу ле-
жали резервисты и храпели. Сивушный запах алкоголя плотной
пеленой заполнял все уголки помещений бывшего детского
сада. «Да, бойцы. Устроили вы праздник животам и печени. Тя-
желовато будет приходить в чувство, но придётся», — подумал
он и громко выкрикнул:
— Взвод! Подъём!
Несколько человек неохотно пошевелились, приоткрыли за-
плывшие, пустые, как у рыбы, глаза, и один из них прохрипел:
— Чё орёшь? Видишь, парни отдыхают?
Костю эти слова зацепили за живое. Он подошёл вплотную
к прохрипевшему бойцу, с силой пнул ногой в бок и вновь по-
вторил:
— Взвод, подъём!
«Больные» и раздражённые бойцы взвода стали медленно
выполнять команду командира.
— Через полчаса всех жду в столовой. Не забудьте смыть
со своих лиц следы ночного кошмара.
Ближе к обеду в расположении взвода появился вестовой
и передал приказ ротного командира — через час прибыть
в полном составе на плац военного гарнизона, где будет прохо-
дить формирование воинских подразделений.
В общем строю прибывших в Луганск резервистов оказалось
больше тысячи человек. В центре плаца был установлен стол,
на котором лежали папки с документами, а рядом с ним три та-
буретки. Вскоре появился немолодой генерал-майор в окруже-
нии пяти старших офицеров и приступил к процедуре распреде-
ления по подразделениям.
Второй мотострелковый батальон, в состав которого входила
четвёртая мотострелковая рота, состоящая из пяти взводов, во-
шёл в состав тысяча восьмого мотострелкового полка, команди-
ром которого был полковник Сивидов. Костя остался на долж-
ности командира третьего мотострелкового взвода.
В Луганске полк простоял больше двух недель. Неопределён-
ность, томительное ожидание и вынужденное безделье дис-
циплины в подразделениях не прибавили. Бойцы часто сры-
вались, убегали в самоволки и напивались. Вскоре от жителей
района, на территории которого были расквартированы воин-
ские подразделения, стали появляться жалобы на воровство
и мародёрство, совершаемые российскими «защитниками»
Донбасса. Командование полка было вынуждено строго нака-
зать бойцов и принять жёсткие меры по пресечению подобных
нарушений. Наблюдая за всей этой неразберихой, у Кости сло-
жилось мнение, что дополнительные людские ресурсы на фрон-
те не нужны. А скудная информация с боевого соприкосновения
с врагом наводила на мысль, что военное командование России
и не очень-то заинтересовано в скорейшей победе русского ору-
жия. Вещевое и продовольственное обеспечение мотострелко-
вого полка также было на самом низком уровне. В воздухе вея-
ло анархией, саботажем и двуличием.
От безделья Костя занялся подробным изучением характери-
стик бойцов взвода. Изначально не рассчитывая, что в его под-
чинении окажутся бравые и строевые, с трезвой головой парни,
он ужаснулся, когда увидел, с кем ему придётся бок о бок вое-
вать. Третья часть из резервистов были морально изуродован-
ные алкоголики и закоренелые тунеядцы. Костя с сожалением
подумал: «А собственно, кого я мог увидеть в рядах резерви-
стов? Конечно же, только тех, кто сам себе надоел на гражданке,
конфликтовал с обществом и жил на пенсии бабушек и деду-
шек. Очень тяжело их сознание будет в реальную и здоровую
жизнь возвращать».
27 апреля командир полка собрал в штабе всех офицеров
и сообщил, что в ближайшее время часть подразделений бу-
дут направлены на передовую линию военных действий. Вы-
дал установку на повышение боеготовности личного состава
и в конце добавил:
— Автоматами и прочим вещевым имуществом личный со-
став будет обеспечен по прибытии к месту. Будьте бдительны,
внимательны и аккуратны во время закрепления за конкретны-
ми бойцами боевого оружия.
Приказ на отправку четвёртой мотострелковой роты пришёл
через три дня, после совещания у командира полка. Накануне
отправки Костя в очередной раз позвонил деду и предупредил
о возможной длительной паузе в телефонной связи.
— Ты хоть письма пиши. Бабушка и мать сильно переживают
за тебя. И ещё. Я должен открыть секрет, который тебе едва ли
понравится. Дело в том, что вчера у нас была Вера и сообщила
бабушке о своей беременности. Вот такие дела, внук.
— Может, она специально это сказала, чтобы позлить меня?
— Причём здесь твоя злость? Этой новостью Вера решила
меня с бабушкой обрадовать. Мало ли с тобой что может на вой-
не случиться. Поэтому рождение правнука сможет нам частично
заменить тебя. Так что помни об этом и береги себя.
— Спасибо, дед, за откровенность! Я всё понял. Передавай
маме и Вере привет. Сегодня же напишу и отправлю ей письмо.
Не исключено, что какое-то время я не смогу это делать.
Известие о том, что он через несколько месяцев может стать
отцом, в Косте всколыхнуло нежные чувства к жене и в то же
время чувство вины перед ней. «Какой же всё-таки я дурак и эго-
ист. Нашкодил, как маленький щенок, а признаться и извинить-
ся перед Верой не нашёл возможности. Ладно, придёт время,
я ей всё объясню и за все свои грехи рассчитаюсь. Интересно,
сколько уже времени мой наследник живёт под её сердцем?» —
подумал Костя.