Белый шарик с чёрной полосой
Мама дала мне девяносто копеек на самую простую ракетку: из фанеры, обклеенную пупырышками из резины, или из пластмассы — вьетнамские ракетки были нашему брату-школьнику недоступны, в магазинах их не продавали. Этот спорт мне чем-то напоминал бильярд, он требовал постоянной тренировки, хорошей реакции и наверно так же был азартен, только заместо кия у вас в руках теннисная ракетка.
В Рыбинске, как я помню, по настольному теннису проводились соревнования, городские и областные, одно такое в середине 70-х, проходило в Мариевке, в спортивном зале. Кого-то я даже смог обыграть, вроде девочку, и кому-то проиграть, тогда в этом спорте, среди малышей не разделяли мальчиков и девочек, я обыграл её, не смотря на сильное волнение, какое бывает у новичков, и конечно я в заслугу себе не ставил свой выигрыш, всё таки это была девочка, главное не кто с кем играет, главное приучать детей к спорту и честным состязаниям и растить здоровое поколение.
Секция тенниса, куда я ходил заниматься, находилась на улице Чкалова, в доме номер 14, на первом этаже, в старинном двухэтажном здании из красного кирпича, с красивыми въездными воротами под аркой, наверное там во дворе было подворье и ещё какие-то другие постройки, но я, за молодостью лет, тогда этим не интересовался. В двух больших, просторных комнатах с высокими потолками, стояли четыре теннисных стола, здесь мы по очереди учились играть, или бегали по кругу чеканя ракеткой шарики.
Прошло много времени, поэтому имя нашего тренера я не помню. Он был добрый по натуре, но очень требовательный, не только на самих занятиях по теннису, но и чтобы дети, занимающиеся у него, хорошо учились также в простой школе и не получали плохих оценок. Раз в две недели нужно было приносить свой дневник к нему на проверку, и если были двойки, он сначала предупреждал, что нужно исправлять, а если ты этого не сделал, не допускал двоечников до занятий.
У всех в жизни бывают чёрные полосы, похоже и мне, в одно время, выпало пережить свою, детскую, не очень приятную и не очень чёрную полоску. Сначала в школе я нахватал двоек, исправлять которые почему-то никак не выходило, а время показывать тренеру дневник уже подошло, что меня очень сильно угнетало и постоянно держало в напряжении. Занятия в секции были четыре дня в неделю, я уже раза два ,,забывал" дневник, и в следующий раз тренер отправил меня домой.
В школе мы учились во вторую смену, а занятия по теннису проходили с 8 утра. Обычно я добегал до секции минут за двадцать, от Собачей площадки, прямо по улице Чкалова, минуя всё переулки и никуда не сворачивая. В этот раз я немного проспал и решил проехать зайчиком пару остановок от Универмага до Мытного рынка. Немного отъехав, шофер автобуса, видимо заметивший, как я юркнул в уголок на задней площадке, остановился напротив Лакомки, и прошёл прямо ко мне, а у меня в кармане завалялся старый, забытый билетик, сверив номера с билетом у другого пассажира, молча взял за длинные уши и выставил зайца на улицу. Какое-то расстояние я бежал с краснющими щеками, испытывая жгучий стыд, который запомнился на всю жизнь. Получив хороший урок, я с тех пор ни разу не пытался прокатиться бесплатно. Это всё ещё шла моя чёрная полоса.
Прибежав с опозданием и без дневника, я был отправлен восвояси, и пока шёл домой, твёрдо решил бросить заниматься теннисом, так я и поступил, а когда решение принял, испытал большое облегчение, как будто с души упал огромный камень. Несколько раз в школе ко мне подходила девочка из параллельного класса, которая вместе со мной занималась в секции, и передавала от тренера пожелание, чтобы я приходил на занятия. Двойки к тому времени я исправил, но свобода, которую я испытал, возвращаясь за дневником, для меня оказалась дороже.
Прошлое не изменишь, но сейчас, спустя полвека, я считаю что смешивать спорт и школу было не правильно, мне в то время это не помогло, учиться лучше я стал только благодаря собственному характеру.
В будущем, где-нибудь в пионерском лагере или дворе, я неплохо играл в настольный теннис, чему-то успев научиться. Проболтавшись на улице с год, я пошёл заниматься борьбой, где всё было по мужски, как и в жизни здесь дневников не спрашивали. Моя чёрная полоса заканчивалась, начиналась белая.
Свидетельство о публикации №226111401022