72. Знакомцы. Гонка ветеранов или...
В семь утра Гена не просто проснулся. Он катапультировался в реальность с грацией старого боевого коня, услышавшего полковую трубу. Никаких потягиваний, никаких стаканов тёплой воды для запуска метаболизма - на кону стояло нечто несоизмеримо большее. Престиж. Статус Первого Поздравителя.
Сегодня Михалычу стукнуло… ну, скажем так, стрелка его жизненного спидометра уверенно лежит на курс «восемьдесят».
Гена метнулся к тумбочке, схватил очки в роговой оправе, водрузил их на нос и разблокировал телефон. Так, архив. Прошлый год: отправлено в 8:28. Текст: «Чтобы порох был в пороховницах, а ягоды - в ягодицах».
Гена самодовольно хмыкнул. Шедевр же! Кратко, ёмко, анатомически оптимистично. Думаю, что Михалыч ещё бодро ковыряет лопатой землю, значит заклинание сработало: и порох не отсырел, и ягоды держали круговую оборону.
Часы показывали 7:58.
- Пора, - подумал Гена, чувствуя, как в крови закипает охотничий азарт. - Семьдесят два человеку не каждый день исполняется, нельзя оставлять его наедине с утренней тишиной. Кто, если не я? По праву сидельца-однопарточника, делившего с ним промокашку в школе.
Гена представил себе Витю. О, этот Витя! Тот наверняка уже сидит в засаде, потея над рифмами, начищая до блеска свои метафоры и примеряя лавровый венок «поэта-лауреата». Витя всегда брал объёмами. Его поздравления обычно напоминали смесь оды «Вольность» и передовицы газеты «Правда» за 1974 год: сплошные «паруса надежды», «аксакалы духа» и «неувядающий пламень».
- Нет уж, Витёк, - мстительно прошептал Гена, глядя, как стрелка перещёлкивает на 7:59. - Твоё дело - изысканные тосты за столом толкать, пока холодец тает. А первый удар наношу я. По-простому. По-нашему!
Гена открыл страницу Михалыча в WhatsApp и коротко, как и задумал, позвонил...
... В этот же самый момент в спальне именинника раздался звук, похожий на сигнал воздушной тревоги. Михалыч, который вполне возможно сладко досматривал сон, где он молодой и красивый получает премию за перевыполнение пятилетнего плана, дёрнулся всем телом и сшиб с прикроватной тумбочки свои очки.
Сердце сделало кульбит, порох в пороховницах едва не сдетонировал от неожиданности, а пресловутые ягоды моментально сжались от испуга. Шаря слепой рукой по простыням, Михалыч нащупал орущий мобильник и хрипло, готовый принять весть о начале третьей мировой, выдохнул в трубку:
- А?.. Кто здесь?!
- Михалыч, здорово, черт старый! - грянул в ухо победный тенор Гены. - С днём рождения! Живой?! Ну и слава богу! Я первый, слышишь? Первый! Витька еще спит, интеллигент несчастный, а я уже с тобой! Короче, держи курс на восемьдесят, корму держи по ветру! Ура!
Михалыч перевёл мутный взгляд на настенные часы. 8:00. Ровно.
- Гена… - простонал виновник торжества, натягивая одеяло на подбородок и пытаясь унять тахикардию. - Твою же дивизию… Спасибо, друг. Век не забуду. Особенно сегодня…
А в 8:15 проснулся Витя.
Он сладко потянулся, надел свой домашний костюм, с любовью подаренный ему внуками на его 71-ю годовщину, налил себе чая и с чувством глубокого превосходства открыл ноутбук, где уже была заготовка поздравительного текста Михалычу: «О, наш соратник седовласый, судьбы капризам вопреки!..»
Витя глянул на телефон, готовясь нажать кнопку вызова, но внезапно увидел в общем чате короткое сообщение от Гены: «Михалыча разбудил, поздравил. Ягоды проверил, всё ок».
Витя замер с чашкой у рта. Лицо его вытянулось.
- Опять, - трагически прошептал он в тишину пустой кухни. - Опять этот варвар сбил человека с биоритмов. Ну ничего… - Витя поправил очки и мстительно прищурился на текст своей десятиминутной оды. - Зато за столом я отомщу. Я прочитаю ВСЕ семь строф. С выражением. И пусть этот бедуин Гена попробует только потянуться за рюмкой раньше пятого куплета!..
И пошло-поехало... Он стал набирать текст на клавиатуре ноутбука:
«Валера! В прошлом году во время своего поздравления я назвал тебя «глодянским Левитаном» за природный тембр, который стал твоей визитной карточкой. Этот глубокий, бархатный бас до сих пор вызывает у меня искреннюю белую зависть.
И ещё. Я уже однажды писал о твоей памяти. Несколько лет назад ты напомнил мне о моём стихоплётстве в четвёртом классе, дословно приведя первую строфу моего стихотворения, посвящённого 530-летию Кишинёва, которое я отправил на республиканский конкурс. Тогда она звучала так:
Кишинёв - моя столица!
Как он дорог мне и люб:
Солнце яркое палится
И водой фонтаны бьют.
Я возомнил себя тогда поэтом. Правда, ни ответа, ни привета от комиссии конкурса я не получил - а иначе и быть не могло. Мои вирши были бесценны, в том смысле, что к ним никакой оценочный критерий не подходил. Если с поэтическим ритмом и рифмой ещё можно было бы согласиться, то с содержанием - никогда.
Прошли годы, но неизменными остались две вещи: мощь твоего голоса и наша школьная дружба. Ты человек немногословный в отличие от меня, но в тебе есть те мужские качества, которые сегодня встречаются всё реже: надёжность монолита, спокойное достоинство. За каждым твоим словом всегда чувствуется вес - и дело тут не только в левитановских обертонах, а в том, что ты никогда не разбрасываешься обещаниями или дешёвыми фразами. Рядом с тобой всегда возникает то самое редкое ощущение уверенности: если ты сказал «всё решим» - значит, так оно и будет.
Знаешь, перебирая в памяти наши школьные годы, я понимаю, что нам невероятно повезло. Жизнь раскидала многих, смыла временем юношеский запал, но наша связь оказалась скроена из правильного, крепкого материала. И пусть я по-прежнему склонен к длинным тирадам и рифмованным экспериментам, а ты, как и Гена, как и большинство из наших ребят и девчонок, предпочитаешь говорить коротко и по делу - мы все идеально дополняем друг друга.
В твой день хочу пожелать, чтобы всё вокруг звучало только на мажорной ноте. Богатырского здоровья, мира и достатка в доме! Пусть поводов для твоей доброй улыбки будет как можно больше, а причин повышать голос не найдётся вовсе (хотя мы-то знаем, что твой командный бас при случае остановит любой бронепоезд).
С днём рождения, старый друг! За твоё крепкое плечо, за нашу дружбу и за то, чтобы жизнь била ключом!»
- Вроде неплохо, - решил Витя. - Можно отправлять.
На часах было 14:36. Он зашёл в чат одноклассников в WhatsApp и замер.
- Ого, а я, похоже, последний… Ларик, Люда и Таня поздравили Михалыча коротко и по делу: пара тёплых строчек. А я тут целую простыню накатал, трактат на две страницы. Будто тост на юбилее толкаю, - с лёгкой неловкостью подумал Витя, глядя на свой пафосный черновик. И нажал кнопку отправить...
Свидетельство о публикации №226111401265