Дьявольская сладкая греза любви Демон, опера Рубин

 Дьявольская сладкая греза любви

"Демон", опера Рубинштейна, новая сцена Мариинского театра, 11 ноября 2026 года

Опера "Демон" - не частый гость на театральной сцене. Кроме Маринки, она идет лишь в Москве в Большом театре и в Волгограде ("Царицынская опера"). Опера философского масштаба и незавуалированно религиозного содержания. Демон - главный персонаж, вся опера строится вокруг этой одиозный фигуры падшего ангела, отрекшегося от Бога. Музыкально партия Демона в опере полна лирических обольстительных мелодий, достойных серенад и баркарол, призванных усладить душу и уши Тамары (Екатерина Латышева, очень впечатляющий дебют), тоскующей по убитому по воле Демона жениху. Проникновенные, почти небесной красоты мотивы арий Демона, словно бестелесные, парящие над земными страстями, завораживают и чаруют. Именно так они звучат у Магеррама Гусейнова. Демон-обольститель, ловец человеческих душ, гениальный манипулятор. Синаро же Бержерак в дьявольском обличье? Что им движет? Искренняя любовь или эгоистичное стремление любой ценой получить желаемое? Слушая сладостное пение солиста, кажется, что настоящее чувство, но логика шепчет, что это лишь иллюзия, сладкая грёза, а на самом деле - дьявольская уловка ловца человеческих душ. Так ли это? Тамара с первой секунды реагирует на его властные призывы. Ей и страшно, и сладостно интересно. Ее быстро покоряют чары Демона, который льёт ей в уши потоки страстных любовных признаний и соблазнительных посул: "и будешь ты царицей мира, подруга вечная моя!" Ни монастырские стены, ни попытки внутреннего сопротивления не помогают. Роковой желанный поцелуй властелина темного мира лишает Тамару жизни и почти отдает ее душу во власть Демона. Вроде бы она принадлежит ему, навечно, как он и жаждал. Так и было бы, если бы не божественное заступничество в лице ангела. Безвинная душа Тамары отправляется в светлый мир Бога, а Демон проваливается в инфернальную пучину темных сил.
Точно и интересно выстраивают певцы - Магеррам Гусейнов и Екатерина Латышева - взаимоотношения своих героев. И вокально они очень выразительны: лиричны, эмоциональных, убедительны. У обоих красивые пластичные голоса большого диапазона и богатого тембра.  Они серьезны и естественны в выражении чувств персонажей, они увлекаются в бурю своих эмоций, ярко выраженных в мелодиях их партий, их герои захватывают внимание и не отпускают до трагического финала. Благодаря им опера волнует и заставляет размышлять над вечной философской темой - противостоянием в мире и в каждой душе добра и зла, олицетворенными силами Бога и Дьявола.
Именно этому, без всяких намеков на иронию или сарказм, и посвятили свои творения и Лермонтов (источник либретто), и Рубинштейн в своей музыке. Именно поэтому опера будит размышления, заставляет думать и мысленно делать выбор (современникам очень не мешало бы поразмыслить на эту тему). И любое ёрничанье здесь только мешает.
А нынешняя постановка оперы (режиссер – Елизавета Корнеева) как раз это и делает, превращая трагедию в фарс. Режиссура  очевидно идёт поперёк либретто. В ней явно воссоздается хэллоуинская стилистика и в сценографии, и режиссерском замысле, и в костюмах, когда все ненастоящие, всё "невзаправду", всё ерунда и вымысел. Демон в костюме подростка-неформала: куртка-косуха, торчащая из-под нее рубаха с рваными краями и красные кеды. Крылья из мусорных мешков. Белый парик на черных волосах напоминают образ из русской сказки - волка в овечьей шкуре. Скрытый намек на обманную искренность Демона? Словно художник по костюмам (художник по костюмам – Жанна Усачёва) сделал из подручных средств  костюм Демона на Хэллоуин. И нечисть изобилует на сцене тоже какая-то издевательски хэллоуинская. Она словно призвана снизить градус серьезности оперы: ну, какой Демон? Просто ряженый!
Декорации и вовсе производят впечатления сделанных про принципу: "Я его слепила из того, что было".
Общий план декораций (художник по декорациям – Екатерина Агений)  явно взят из "Чародейки", как, впрочем, и песочница в центре сцены. И обилие непонятных "магических" движений у миманса и хора тоже оттуда. Детские приемы "околдовывания" - Тамара вращаясь, идет вдоль шеренги "нечисти".
Акробаты - из "Травиаты",  как и проекции  лица главной героини и дьявола на  основной конструкции декораций.
А черно-белые костюмы! Когда уже забудут режиссеры этот навязший в зубах штамп? Сколько уже нам выдали этих черно-белых постановок! Пора бы уйти от таких примитивных аллегорий.
И еще один странный посыл постановки - каждому человеку свойственно тяга к "дьявольскому" чуть ли не с рождения. Видно, потому на сцене детская песочница, откуда всё начинается и где всё заканчивается: и Демон в начале сидит в песочнице, где его видят какие-то дети, и все объяснения Демона и Тамары идут рядом с ней, и Тамара там же умирает, и тот же мальчик, что и в начале, подбирает там одежду и крылья Демона и облачается в них.
Радуют в постановке только видеопроекции (художник по видео – Анастасия Андреева). Они соответствуют теме и   смыслу либретто, возвращая действие в нужное место: в горы (вместо ночного клуба), на берег Арагви (вместо окрестностей песочницы), в замок князя Гудала (вместо кавказского базара). Это верхняя часть сцены, где царит Демон, главная и самая выразительная фигура оперы. Видимо, это должно символизировать "горние выси".
Опера была написана Рубинштейном в 1971 году, когда ни Чайковский, ни Римский-Корсаков еще не создали свои знаковые оперные творения. Только "Опричник" и "Черевички" - у Чайковского и "Псковитянка" - у Римского-Корсакова. Так что "Демон" - принципиально важная опера для русской музыки, хотя и мелодически непростая. Нельзя не самую захватывающую музыку исполнять так блекло, как делал поначалу оркестр под управлением Гургена Петросяна, и усугублять это еще абсолютно неинтересной и неадекватной режиссурой.
В детстве мне довелось впервые побывать в Кировском театре, как раз на "Демоне" (постановка 1960-х годов, режиссер Александр Пантелеев).
Классическая, созданная в «старомарининской» манере, в стиле идущих и сегодня постановках «Мазепы» и «Хованщины». Это была масштабная традиционная сценическая работа — с богатыми декорациями, массовыми сценами и кавказскими танцами. Этот мой первый в жизни оперный спектакль я помню до сих пор. Неизгладимое впечатление и от увиденного, и от услышанного. Более всего поразил и запомнился зор "Ноченька", арии Демона и ангел в финале. Жаль, что не восстановили в Мариинке этот потрясающий спектакль, где когда-то блистал Георг Отс.

Дирижер – Гурген Петросян
Демон – Магеррам Гусейнов
Князь Гудал – Юрий Воробьёв
Тамара – Екатерина Латышева
Князь Синодал – Илья Селиванов