Глава 5 Я никогда не был один

    Утро началось затемно. Неждан проснулся от лёгкого постукивания по стеклу и поспешил подойти к окну, чтобы стук не повторился и не разбудил девочку. Да и Ефимку, пожалуй, тоже. Неждан сразу догадался, что стучал ворон, и мгновенно вспомнил всё, о чем говорил с Ефимкой накануне. Он осторожно оделся и вышел из комнаты.
 - Ну, что за привычка уходить, не попрощавшись! Как чужой, Тайга тебе помоги!
 - Ефимка, дружочек дорогой, я же вас будить не хотел. Темно совсем.
 - Да, помню-помню. Хорошо, что ты всё девчонке рассказал. Понятливая она. И не пугливая. Да и мне будет с кем поговорить.
 - Ну, вот! Порядок. Я вернусь. Может, не скоро. Кто знает? Береги Сияну, а себя – особенно. Будь хозяином!
 - Буду-буду! Как же! – Расстроенно прошептал Ефимка.
За дверью послышался лёгкий шорох. Ночка, не дождавшись, что её выпустят, дала о себе знать. Неждан выпустил собаку, крепко потрепал её за шею, отвернулся и быстро вышел из дома. Он твёрдо знал, что всё будет хорошо.

    Ворон ждал, сидя на дереве рядом с окном. Увидев парня, встрепенулся и по-вороньи что-то буркнул. Наверное, вместо приветствия. Неждан едва поспевал за летящей птицей. Что-то мешало ему свободно двигаться. Он вспомнил, что и раньше это что-то стучало по руке, но не мешало. Теперь Неждан приостановился, распахнул курточку и понял: на поясе, подвязанная ещё на перроне, болталась уже подсохшая, но крепкая тыква, которая пока ещё, стараниями Ефимки, сохраняла размеры спортивного мячика. Неждан отвязал её от пояса и засунул в карман. Тот, хоть и оттопырился, вполне сносно скрыл тыкву. Парнишка заторопился, потому что ворон улетел далеко, и пришлось бежать, чтобы его догнать. Седой ворон был стар, не общителен, чем смущал Неждана. Волнение, которое парнишка тщательно скрывал, то и дело стремилось выплеснуться наружу. Но вот Ворон опустился на высокую ветку и стал смотреть на занимавшуюся зарю. Неждан перевёл дух, не переставая внимательно наблюдать за происходящим. За лесом должна была появиться небольшая речка, а впереди плескалась широкая, непроницаемая, черная, словно мазутная, дурно пахнущая река. Другой берег едва угадывался вдали. Неждан пытался рассмотреть там лодку, но было тихо и безлюдно.

Лодка-плоскодонка появилась внезапно. Ниоткуда. Мрачный старик направлял её веслом, медленно, не глядя ни на берег, ни на оторопевшего от неожиданности Неждана. Ворон слетел с ветки и уселся парню на плечо, которое сразу окаменело и от тяжести, и от жёстких, колючих, плотно обхвативших его когтей. Старик, всё также не глядя на пассажиров, жестом указал на сиденье в лодке. Неждан сел - что будет, то и будет. И очень удивился, что они, оказывается, уже на середине реки, а лодка – остановилась. Неждан не знал, что делать. Лодочник мрачно смотрел ему в глаза и ждал. В это время ворон, даже не взглянув на Неждана, тяжело переваливаясь с боку на бок, перешёл по протянутой руке лодочника на плечо, и, уцепившись за него, затих. Старик кивнул головой и направил лодку дальше, к другому берегу. Нарастал шум, поднялись волны, норовя облить Неждана с головы до ног густой вонючей жижей. Берег быстро приближался. Неждан снова удивился. Сбивало с толку несоответствие: неторопливость старика и стремительное движение лодки. Шум сменился гулом, хлопаньем, бульканьем, скрежетом и скрипом, надсадным, как на старом, насквозь проржавевшем, заводе. Чем старательнее всматривался Неждан во что-то несуразно-громадное, грязное, тем больше темнела, каменела внутри душа. Неждан, к тому же, не знал, куда деть свои руки. Ему казалось, что именно сейчас с ними что-то может случится. Он машинально засунул руку в карман и вздохнул: тыква была такая же круглая, жёсткая и прохладная. Неждан опомнился. С глаз, словно пелена упала. Почему эти простые ощущения привели его в чувство, и как - Неждан не понимал. Его внимание полностью переключилось на приближающееся чудовище. То, что казалось заводом, было огромным, живым, отталкивающе-безобразным организмом. Это его внутренности издавали жуткую какофонию звуков и запахов. Неждан изнемогал от чесночно-карбидной вони, исходящей от монстра, который, вдобавок, широко разинул рот. Неждан со страхом оглянулся на старика. Тот, всё также неторопливо, направил лодку прямо в огромную пасть. Птицы на плече лодочника уже не было. Неждан, пожалел, что не заметил, куда тот делся. Умного седого ворона было жаль.

Как Неждан оказался внутри гниющей, как ему показалось, рыбины,  он не мог ответить даже самому себе. Деться было некуда. Оставалось двигаться только вперёд. Туман, сизый, тяжёлый, густо-пахнущий, наваливался на мальчишку странной осязаемой тяжестью. И вдруг, откуда-то издалека, Неждан услышал голосок Ефимки:
 - Свет включи, Тайга дремучая! Тыква-то на что? Подними над головой и крепко держи!
 - Ты что, за мной увязался?
 - Ещё чего! Ворон прилетел. Он теперь невидимка. Ему разрешили полетать в последний раз. Держись. Я тебя слышу-у-у
Неждан, который до сих пор крепко сжимал тыкву в руке, поднял её над головой и почувствовал, что она тяжелеет с каждым шагом. Наконец, когда размеры тыквы увеличились до размеров его головы, вокруг стало светлее. Неждан понял, что в тыкве уже горит свет. Яркий. Оранжево-жёлтый. Он почувствовал, что запахи стали ослабевать, что сам он становился легче. Душа невесомее. Неждан вспомнил Сияну, мысленно улыбнулся ей и вышел на ярко-зелёный бесконечный луг. Рыбина исчезла, словно её никогда не было. Одежда была чистой, и лапти не размокли, даже не испачкались ни в чём рыбном. Неждан облегченно выдохнул. Огляделся.

На лугу, оказывается, было много людей. Полупрозрачные фигуры легко перемещались в нужном направлении, и, кажется, при этом не пользовались ногами. Неждан опустил глаза и едва рассмотрел свои, ставшие совсем прозрачными, руки, ноги. Почему-то Неждана это не обеспокоило. Он увидел совсем рядом молодую красивую пару. Девушка и юноша, неторопливо приближаясь, улыбались Неждану.
 - Здравствуй, Неждан, - мелодично раздалось в его голове. «Ну, совсем как Ефимка, мысленно говорит» - подумал Неждан и ответил молодой женщине. Своего голоса он не услышал, но его поняли. Получается, что здесь понимают мысли? Неждан смутился, хотел попросить прощения, а услышал ответ на свой главный вопрос: кто они? Хотя задать его не успел.
 - Мы твои родители, Матвей и Марфа.
От волнения Неждан заплакал.
 - А что с вами случилось? Вы меня не бросили?
 - Что ты, милый. Мы тебя очень ждали. Два года жили все вместе в любви и согласии. А потом случилось несчастье. Нас убили в лесу, а тебя случайные люди отнесли в детский дом. Мы тебя любим всегда.
 - А где мы жили?
 - В деревне, недалеко от бабушки Аграфены. Ты её знаешь. Она покажет тебе наш дом.
 - Мама, папа, а почему меня всегда зовут Неждан? Вы меня так называли?
 - Да, наш любимый сын. Мы долго ждали ребёнка. Надежду потеряли. Ты родился, когда тебя уже не ждали. Молодец, что носишь своё имя.
Неждан заплакал. Ему было стыдно, что плохо думал о родителях.
 - Не стыдись, Неждан, - заговорил отец. – Никто до тебя не приходил сюда к родителям с вопросами. Мы счастливы, сынок.
Фигуры растаяли. Неждан рассмотрел стоящую недалеко от него красивую женщину. Она смутно кого-то напоминала. Женщина тепло улыбнулась и поблагодарила Неждана.
 - За что? Я вас знаю?
 - Нет, но ты приютил мою дочь. И она тебе улыбается.
 - Ну, да! Вы так похожи. Вы обе светитесь: она там, а вы здесь.
Женщина оглянулась и заговорила с юношей, за плечами которого виднелись голубые крылья. Тот кивнул ей, и она сказала:
- У меня подарок для дочери. Передай ей это. Не потеряй и не забудь. Передай…
Прежде, чем она растаяла, Неждан разглядел за её спиной прозрачные крылья, а в своей руке ощутил небольшой кусочек картона. Это была половинка сердечка, какие рисуют и вырезают все дети на земле своим родителям, когда их любят. Неждан аккуратно положил сердечко в маленький внутренний карман куртки и поднял голову.

Ангел с голубыми крыльями тепло улыбался Неждану: «Пора».
 - А что мне делать? - подумал Неждан.
 - Полежи на лугу. Отдохни.
 - Прямо тут? А можно?
 - Здесь только так и можно – Юноша улыбнулся и растаял.
Неждан почувствовал непреодолимое желание лечь на траву. Он больше не раздумывал. Лёг. Подсунул ладони под щёку и заснул спокойно, легко, с удовольствием, как никогда ещё в жизни.

* * *
 - Ах ты, Тайга дремучая! Его тут заждались, а он и дома не ночевал! Замёрзнешь, мальчишка! – Ефимка кричал в самое ухо, громко, взволнованно. – Сияна, девочка, ты посмотри, где Неждан ночевал? Под окнами! Как ещё не замёрз?
Подбежавшая девочка, а за ней и Ночка, каждая по-своему, хлопотали над ним. Виданное ли дело: с ТОГО СВЕТА человек вернулся! Неждан проснулся и, не выдавая себя какое-то время, наслаждался незнакомым чувством: он нужен.
 Его любят. И он - любит.