Я помню то солнце в пустыне и руки твои -Его тайна

Мне казалось, что его не было целую вечность. И вновь глаза мужа, наполненные страхом, и слова: — «Не бойся! Я здесь, я уже с тобой! Ты меня слышишь? Хирурги наложили швы, всё позади, теперь ты будешь спать. Всё хорошо! На вахтовом выдают зарплату, там только о тебе и говорят! Водитель молодец, тебе поверил, когда ты крикнула: — В пески! И он ушёл с трассы на барханы. Секунды измеряли время. Кто видел тот прыжок — запомнит навсегда!

Старик был прав, пески полюбили тебя, ты стала их девочкой. Скоро приедут Серёга и Олег. Тебе нужна кровь, и Олег настаивает, чтобы донором был только Серёга, его проверяли капитально, и вы очень подходите друг другу. Серёгу хорошо тряхнуло, он постарел лет на десять. В глаза жутко глянуть, столько в них боли, Наденька! Твоя рана в боку могла испугать кого угодно, а он её увидел первый. И ему предстояло решить, что делать. Хирурги хвалят его действия, всё сделал по-научному, как будто школу прошёл.

Конторские весь регион перекрыли, не уйдут подлецы, а тот, кто их нанял, хитрец, хотел рассчитаться с исполнителями чужими деньгами. Им это даром не пройдёт. Знать бы, кто он, этот заказчик! Олег рвёт и мечет, интуитивно чувствует, что эта гадина рядом затаилась.»

Меня с операционного стола перекладывают на каталку и везут в палату. Серёга уже лежит на одной из двух кроватей, над ним колдуют врачи, его готовят к прямому переливанию крови. Наши взгляды встречаются, и я слышу его тихое: «Прости!»

«Ты что, Серёга! Какое «прости»? — произносит муж. — Ты дважды спас мою Наденьку! Я теперь перед тобой в долгу! Ты сотворил чудо, парень! Что хочешь проси!»

Серёга что-то отвечает на слова мужа, но меня накрывает тёплая волна, и я перестаю слышать голоса. Когда прихожу в сознание, то Серёги нет, на его кровати лежит муж, и в его вены капает прозрачная жидкость. Рядом сидит Янош и что-то тихо ему говорит, увидев моё пробуждение: «Смотри! Наша умница очнулась! Вот и прекрасно! Мы сейчас приглушим свет, вы поспите оба и никаких возражений!»

Янош ушёл. Я мгновенно засыпаю. Просыпаюсь от голоса мужа: — «Проснись, моя радость! Сейчас тебе сделают перевязку, и мы поедем домой, в наш коттедж. А через два дня врачи снимут повязку окончательно, и всё будет хорошо! Хочу немного тебя огорчить. Серёга увольняется и навсегда покидает наш регион. Конторские предложили ему интересную работу на севере. Его надо отпускать, любимая! У парня должна быть своя жизнь, а не созерцание чужой. Пока ты спала, мы с ним поговорили обо всём. Честный он человек. Но это, дорогая, чужая тайна и тебе лучше о ней не знать. Теперь вы как брат и сестра! В твоих венах течёт его кровь! Помни об этом. Он сделал для тебя всё, что мог.»

Пройдёт время, придут новые люди. Разговоры о случившемся ещё долго будут происходить, будоража умы, обрастая новыми мифами. Гадал народ, почему так внезапно уехал Серёга. Свою тайну волжанин увёз с собой на далекий север, не объяснив мне свой поцелуй в тот роковой день и сказанные им в  «Рафе» слова, предпочтя рассчитаться донорской кровью. Согласилась с мужем, мы стали с Серёгой одной крови. Не задавала лишних вопросов. Зачем делать больно моему любимому? И муж никогда более не вспоминал о волжанине.
 
Вскоре и мы покинем нашу строительную площадку, распрощавшись с друзьями, нашим коттеджем, ставшим любимым домом, с трассой, ставшей дорогой жизни и едва не погубившей нас, увозя в новую жизнь воспоминания.

Нас ждал берег Черного моря, где предстояло строить дома новой серии. Мы любили друг друга и были счастливы. Через много лет, в стране другой, у другого моря, услышу от мужа слова: — «Что же нам так везёт с любовью других?».