Вспоминалка - Кровать и Дорога 1

Каменка - тихая река. И даже находясь рядом с нею, понимаешь, сколько воды утекло мимо берегов наших городов. А сколько волн расплескалось в бухтах Города у моря. 

Оглянулся, решил вспомнить, какие у меня были подработки по молодости. Задумок всегда немало, а денежки таяли уж очень быстро. Хотя, знаете что? Пока вспоминал через строки, то главная мысль была о том, как мы дружили, сотрудничали, выживали и удерживали свой огонёк любви под сердцем.

Студентом, конечно, основой дохода шла стипендия. И строго надо было вписываться в учебный график; а это не просто, учитывая наши молодёжные вечера с вином и принцессами. А вечера проживались  от всего сердца. Итак, случались ночные смены на хлебокомбинате. Пришёл, оделся в белое, отработал ночь, утром получил свою денежку за смену и ушёл дальше на учёбу. Ещё была вечерняя подработка гардеробщиком в Доме Моряков. Там мне запомнилось дежурство под мероприятие Клуба Кому За Тридцать – думаю, хорошая была тема. Работа: сначала сидишь с тетрадью, работаешь над лекцией. Затем началось шустро так – номерок, бегом к вешалке, пальто, куртка и назад.

Далее в стране вовсю шла реализация потрясающей Реформы. Выживали, как могли.  Находили какие-то участки земли в пригороде, сажали картошку. Вот, прямо, куда без неё… Ну, наука была не особо в почёте, там шёл иной вариант по результатам реформирования. И я к своей скудной зарплате в Институте Экономики Океана добавлял приработок в порту.  Город приморский: штурманом можно и не быть, но мотористом – будь добр. Потому у меня и было ещё такое удостоверение, что позволяло устроиться бойлерщиком в порту. Иногда выходил туда на суточное дежурство; спал на топчане под лестницей прямо рядом с бойлерной установкой, утром подметал территорию на своём участке. Конечно, работа шла по графику, как надо, так и являлся в порт: в Институте отсутствия не замечали, мало ли, работа шла вроде бы творчески…

Затем начал подрабатывать журналистом в газете Товарищъ – вот так с Ъ. Интересное было место. Печатный орган организовала наша местная компания Ка Вэ Вэ, так её озвучу – просто предприниматели из народа. У них ещё была точка в районе Первой Речки со знаменитым плакатом над дорогой: «Магазин в Еб-нях». И стрелочка на поворот во двор. Ну, да, злые языки называли структуру мафией, но не знаю, не знаю – во Владивостоке эта принадлежность была очень неоднозначной.  Всем было тяжело, все крутились как могли: менты, прокуратура, военные структуры, спецслужбы. Кто не за наш интерес, тогда уж бандит.

Из Института ушёл. Некоторое время подрабатывал развозом вещичек по заказу. Ещё недолго, но плотно занимался журналистикой.

Подвоз вещей. Старый, больной грузовичок, уж какой был, но с нормальным шофёром, в смысле не психом. Вот, как-то был заказ от людей – хорошая двуспальная  кровать. Должны были подвести её заказчику к девяти вечера.  Загрузились кроватью, и тут выяснилось, что у машины что-то не то с подачей солярки. Шофёр возился с ремонтом, потом сказал, потихоньку-полегоньку должны дотянуть. Так мы с горки ехали нормально, а горку, едва тащились, намного даже медленнее, чем, если пешком идти, а куда денешься.  Последний наш подъём в гору происходил по улице Лазо. Последняя, но особая часть тяжёлого подъёма к цели. Еле-еле пыхтели. Карабкались. Ночь. На часах 12-50.  Уже вершина, здесь выход на улицу Суханова. Берём чуть левее и вот он дом, Суханова,  6- Б, двор.  Фары светят по окном притихшего дома, машина крякает.  Кажется, я даже не успел дойти до квартиры заказчика, как на встречу выскочили взволнованные и счастливые мужчина с женщиной.  Едва одетые, глаза, как у детей.

- Наша кроватка!
- Ваша кроватка!
- Да как же так, а мы уж!..
- Да, вот такое случилось!.. Здорово, всё закончилось как надо, выгрузили, занесли в дом шикарную кровать. К счастью, водитель сказал, что ему тут до гаража совсем недалеко и двигаться теперь по дороге только вниз.

Про работу в газете. Мы там просто отрывались. Не знаю, что и вспомнить: такое писали, что не передать. Наверное, это было форменное издевательство над читателем, но вы помните те времена в нашем Городе? Возможно, такое безумие было и нормально. Запомнился лишь момент с заметкой на смерть Фредди Меркьюри; тогда приблизился к зиме 1991 год. Мы узнали, что у музыканта из группы Queen была склонность к гомосексуализму. При этом это никак не выпячивалось:  внешне виделся лишь слегка безумный карнавал. И за спиной группы была, как правило, очень техничная и непростая музыка. Примерно об этом я и написал. Про ориентацию, помнится, добавил, что, спокойно, писей по клавишам он не играл. Музыка, сделанная Меркьюри в группе, шикарна.

Вспоминалка - Кровать и Дорога 2:
http://proza.ru/2026/11/14/560