Рубрика 17 ярых русофобов

Рубрика 17. Русофобия по-европейски: когда человек становится своим паспортом

Александр Аит

Когда чешский президент Петр Павел сказал, что за россиянами на Западе нужно наблюдать внимательнее, он привёл в пример обращение с людьми японского происхождения в США во время Второй мировой войны. Его пресс-службе потом пришлось объяснять, что он не имел в виду ни лагерей, ни преследования, а говорил о людях с признаками риска. Но меня зацепил сам ход мысли. Почему разговор о проверке конкретного человека вообще начался с его происхождения или гражданства?

Я русский и живу в Израиле. Для меня русский язык не сводится к речи из кабинета президента. Это язык, на котором я пишу стихи, вспоминаю детство и разговариваю с читателями. Поэтому я хочу посмотреть, как европейские политики говорят о русских людях и что происходит, когда их слова превращаются в визовое правило, школьное расписание или условие получения гражданства.

Ниже 17 политиков и 17 эпизодов. Это не рейтинг личной ненависти. Где-то перед нами резкое высказывание, где-то предложение, а где-то принятое решение. Случаи разные, и судить о них одной меркой было бы той же ошибкой, в которой я упрекаю этих политиков.

**1. Санна Марин, Финляндия. Чтобы почувствовали обычные люди**

13 сентября 2022 года, выступая в Европарламенте, тогдашняя премьер-министр сказала: «Санкции должны отражаться на повседневной жизни обычных россиян». Дальше она обосновала ограничения для российских туристов. В этой речи меня интересует именно слово «обычных». Последствия для людей здесь не случайный побочный эффект: их прямо называют частью политики. [Текст

**2. Петр Павел, Чехия. От паспорта к наблюдению**

В июне 2023 года Павел предложил усилить наблюдение спецслужб за россиянами, живущими на Западе. В интервью он говорил обо всех, а пресс-служба затем уточнила: речь о людях с признаками риска, а не о каждом россиянине. Это существенная оговорка. Только почему нельзя было с самого начала говорить о признаках риска, вместо того чтобы брать за исходную точку целую общину? [Интервью и ответ
**3. Кая Каллас, Эстония. Европа как привилегия**

В августе 2022 года, когда Каллас возглавляла правительство Эстонии, она призвала страны Шенгена прекратить выдачу туристических виз россиянам. «Посещение Европы — привилегия, а не право человека», сказала она. Да, туристическая виза не безусловное право. Спор начинается там, где гражданство становится достаточной причиной отказа ещё до того, как прочитали заявление человека.
**4. Эдгарс Ринкевичс, Латвия. А если человек не хочет воевать?**

В сентябре 2022 года тогдашний глава латвийского МИДа заявил, что по соображениям безопасности Латвия не будет выдавать гуманитарные и другие визы россиянам, избегающим мобилизации. Речь о визах; из этого не следует, что были отменены все процедуры убежища. Но сам случай показателен: человек пытается не попасть на войну, а на границе его рассматривают прежде всего как гражданина воюющей страны. [Заявление в материале
**5. Габриэлюс Ландсбергис, Литва. Миллионы людей под одним подозрением**

В 2022 году глава литовского МИДа представил большое число россиян с шенгенскими визами как проблему региональной безопасности. Он добивался, чтобы соседи совместно сократили туристический поток. Государству положено охранять границу. Но число выданных виз ещё не говорит, кто из их обладателей представляет опасность. [Сообщение МИД

**6. Матеуш Моравецкий, Польша. Когда выданной визы уже недостаточно**

В сентябре 2022 года премьер Польши вместе с главами правительств Эстонии, Латвии и Литвы согласовал ограничения для граждан РФ, въезжающих через внешние границы этих стран, в том числе с действующими шенгенскими визами. Речь шла не только о туризме, но и о культурных, спортивных и деловых поездках. Исключения для семейных, гуманитарных и некоторых других случаев сохранили. Это одно совместное решение четырёх правительств, а не четыре отдельных истории. [Совместное

**7. Эмилие Энгер Мель, Норвегия. Закрытая дверь для туриста**

В мае 2024 года министр юстиции объявила, что Норвегия будет отказывать гражданам РФ во въезде для туризма и других поездок, признанных несущественными. Мера затронула и обладателей виз, выданных другими странами Шенгена. Исключения предусмотрели, в частности, для работы, учёбы и посещения близких родственников. Спор здесь именно о принципе: насколько обоснованно отказывать целой категории людей без оценки конкретного случая? [Правительство
**8. Антти Хяккянен, Финляндия. Паспорт у дверей собственного дома**

В 2025 году министр обороны представил законопроект об ограничении покупки недвижимости по соображениям безопасности. Вступившие в силу правила затронули граждан России и Беларуси. Были предусмотрены исключения, в том числе для людей с постоянным видом на жительство в Финляндии. Власти объяснили меру риском использования недвижимости для враждебной деятельности. Это объяснение заслуживает внимания. Но между проверкой подозрительной сделки и запретом для целой категории покупателей есть большая разница. [Правительство Финляндии о  · [Yle о вступивших в силу правилах](https://yle.fi/a/74-20206259)

**9. Магнус Бруннер, Еврокомиссия. На каждую поездку снова за визой**

В ноябре 2025 года еврокомиссар по внутренним делам и миграции представил ужесточение правил выдачи многократных виз для россиян, живущих и подающих заявление в России. Исключения есть; полного запрета на шенгенские визы не вводили. Комиссия ссылалась на риски безопасности и злоупотребления визами. А для добросовестного заявителя это означает, что даже история законных поездок гораздо реже избавляет от необходимости заново подавать документы. [Заявление · [Текст

**10. Жозеп Боррель, Евросоюз. От чиновников к обычным заявителям**

В августе 2022 года Боррель объявил о согласии стран ЕС полностью приостановить соглашение об упрощении визового режима с Россией. До этого частичная приостановка затрагивала главным образом официальные категории. Полная распространила последствия и на обычных заявителей. Боррель не объявил запрета на въезд всех россиян: он представил коллективное решение ЕС. Но именно тогда граница между мерами против людей у власти и мерами для граждан стала гораздо заметнее. [Выступление

**11. Вопке Хукстра, Нидерланды. Туристическая виза как средство давления**

В августе 2022 года глава нидерландского МИДа поддержал общеевропейский запрет туристических виз гражданам России. При этом он говорил, что должна сохраниться возможность поездок по семейным обстоятельствам, для учёбы и поиска убежища. Предложение не стало всеобщим запретом ЕС. Но оно хорошо показывает, как поездка частного человека превратилась в инструмент внешней политики. [Нидерландская телерадиокомпания
**12. Нэнси Фезер, Германия. Спортсмен на визовом контроле**

В мае 2023 года глава МВД Германии допускала визовые ограничения для российских и белорусских спортсменов, если будет согласие МИДа. В декабре 2024-го она заявила, что запретов на въезд спортсменов в Германии не было. Это пример предложения, а не состоявшегося запрета. Тем не менее вопрос стоит задать: если спортсмен выступает индивидуально, что его паспорт говорит о его личной ответственности? [Deutschlandfunk о · [Sportschau о последующем
**13. Хелен Макэнти, Ирландия. Дополнительная виза после британской**

В октябре 2022 года министр юстиции подписала исключение России и Беларуси из программы, позволявшей при определённых условиях приезжать в Ирландию после въезда в Великобританию по краткосрочной британской визе. Это не запрет посещать Ирландию. Для тех, кто прежде пользовался программой, это новая административная преграда. Такие меры реже попадают в громкие заголовки, но именно из них складывается повседневность человека. [Текст подписанного
**14. Анда Чакша, Латвия. Когда русский исчезает из школьного выбора**

Министр образования защищала постепенный отказ от русского как второго иностранного языка в школах, связывая выбор европейских языков с принадлежностью к европейскому культурному пространству. Речь не о запрете говорить по-русски. Но мне трудно согласиться с самой связкой: почему изучение языка должно подтверждать политическую принадлежность? Язык можно изучать из интереса к литературе, ради общения с семьёй или просто потому, что хочется понимать соседей. [Правительство Латвии о
**15. Кристина Каллас, Эстония. Общая школа и разный домашний язык**

Министр образования объясняла переход на эстонский язык обучения равными возможностями для детей. Переход начался в 2024 году и рассчитан до 2030-го. Я понимаю довод: знание государственного языка открывает дорогу к дальнейшей учёбе и работе. Вопрос в том, сколько места при этом остаётся родному языку и какая поддержка будет у ребёнка, который должен одновременно осваивать новый язык обучения и школьную программу. Называть такую реформу доказательством личной ненависти министра было бы несправедливо; её последствия для семей обсуждать необходимо. [Министерство образования
**16. Мартин Экснер, Чехия. Один паспорт в обмен на другой**

Чешский депутат предложил поправку, по которой для российских заявителей отказ от гражданства РФ становился условием получения чешского гражданства. Он защищал её соображениями безопасности и указывал, что постоянное проживание россиян само по себе не отменяется. Но это уже история не о туристах. Она о людях, которые могут годами жить, работать и растить детей в стране, а при подаче на гражданство сталкиваются с особым условием из-за прежнего паспорта. [Radio Prague
**17. Мария Мальмер Стенергард, Швеция. Визовый спор продолжается**

В июне 2026 года глава шведского МИДа выступила вместе с другими министрами за дальнейшее ужесточение туристической визовой политики ЕС в отношении граждан РФ. Авторы обращения ссылались на войну, безопасность и различия в правилах между странами ЕС. Это предложение, а не уже принятый общеевропейский запрет. Но оно показывает, что спор, начавшийся в 2022 году, не закончился: одни считают индивидуальную проверку достаточной, другие хотят расширить ограничения по паспорту. [Совместное обращение

**Где для меня проходит черта**

Я не называю русофобией каждую санкцию, каждую проверку на границе или требование знать государственный язык. Это разные вещи. У соседей России есть свои причины опасаться войны, и я не предлагаю закрывать на это глаза. Но я предлагаю не закрывать глаза и на другую сторону: под словом «россияне» оказываются люди, которые принимали решения, люди, которые их поддерживали, люди, которые выступали против, и те, кого вообще никто ни о чём не спросил.

Больше всего меня задевает, когда между этими людьми перестают видеть разницу. Когда ограничение для обычного человека объясняют так, словно он сам отдавал приказы. Или когда русский язык начинают обсуждать только как приложение к российскому государству. У языка жизнь длиннее любого правительства. На нём спорят с властью, пишут о любви, оплакивают погибших, рассказывают детям сказки.

С политиком можно спорить за его слова. С государством можно спорить за его действия. Но если перед тобой стоит человек, сначала спроси, что сделал он сам. Если единственный ответ — «у него русский паспорт», то это ещё ничего не говорит о человеке. Зато многое говорит о том, кто задал вопрос.