Вития

Все утверждали, что он сумасшедший.
Друзей у него не было, хотя его знал весь город. Он появлялся на улицах, в кафе, на рынках.  Вообще везде, где только можно. Появлялся и  рассказывал то, что все мы знали, но, как бы, про себя. А он говорил обо всём вслух, хотя никто его об этом не просил.
Когда он вот так неожиданно появлялся и начинал говорить, на душе становилось как-то сразу тревожно и возникала мысль о том, что, может, это и не человек вовсе, а какой-нибудь фантом, дух, привидение?
На его счёт строилось много предположений. Одни говорили, что этот странный тип когда-то был журналистом, но не нашёл своего места в новой жизни и вот, теперь скитается без места. Чем живёт и как зарабатывает себе на хлеб — совершенно непонятно.
Другие говорили о нём с заметным раздражением, называя неудачником, который возомнил себя не то великим писателем, не то режиссёром.
Третьи и вовсе презрительно называли его графоманом, хотя он ничего не писал, а только говорил.
Как-то заявился он в Консерваторию, прямо к ректору и наговорил тому кучу гадостей. Что, мол, из вас здесь такие же музыканты, как из говна пули. - “Если хотите услышать настоящую музыку, идите на Дизенгоф — там вы найдёте сразу несколько скрипачей, у которых сможете чему-нибудь научиться”.
Сказав эту дерзость, он пристально посмотрел на ректора и добавил: - “Хотя, вряд ли”.
Ректору стало плохо. Вызвали охрану и скорую. Но когда те и другие прибыли, этого странного человека на месте не оказалось. Зачем он приходил в Консерваторию, так и осталось загадкой.
Только ректор выздоровел и о данном инциденте забыли, как этот субъект заявился в Оперу и учинил там хоть и словесный, но вполне настоящий погром.
Это вообще опера или артель грузчиков?! - выговаривал он директору этого уважаемого заведения. - За что вам платят такие баснословные деньги. - Тьфу!! - плюнул он на прощание и ушёл.
Директор оперы оказалась  не такой чувствительной, как ректор консерватории, но и её пришлось отпаивать успокоительными.
Когда заботливая секретарша, ласково воркуя на древнем языке поднесла ей волшебный чай, настоянный на полевых травах далёкой Ирландии, директорша вдруг взвизгнула, послала всех к чёрту и выматериалсь по-русски. Её предки тоже были из России.
Все попытки полиции задержать хулигана успеха не принесли. Дело взяла на контроль канцелярия премьер-министра, а потом и сам премьер, так сказать, лично.
Полетят чьи-то головы, - печально промолвил спикер единственной на Ближнем Востоке еврейской демократии. Остальные депутаты, включая арабский список в полном составе тоже печально вздохнули и выдохнули. Спикер никогда не ошибался.
Не подвело его чутьё и в этот раз.
На следующий день генеральный инспектор полиции выступил с официальным заявлением, в котором обвинил своих коллег из службы общей безопасности в преступной халатности и бездействии.
Реакция со стороны Общей службы безопасности не заставила себя ждать. Шеф этой службы, некий Г., обвинил полицейских в непрофессионализме и попытках переложить ответственность на тех, кто к этой ответственности вообще  не имеет никакого отношения.
И, невероятно, но факт: от полноты чувств, старый служака, служивший при всех канцеляриях верой и правдой, уже сходя с трибуны, добавил неприличное слово ровно из 5 букв… по-русски.
Потом он оправдывался тем, что его недоброжелатели специально включили микрофон именно в тот момент, когда он кончил говорить.
Раздавлю! - скрежетал он зубами, идя коридорами власти, - Растопчу! Размажу! В асфальт зарою! Загрызу! Ат-пе-ту-шу!!!!
Тем временем, журналисты начали своё расследование и только подлили масла в огонь. Оказалось, что с молчаливого согласия премьера,глава Общей службы безопасности отдал приказ рассказчика -злоумышленника, просто не замечать.
Что из этого вышло, мы теперь знаем.
И вот, когда фотографии злоумышленника были расклеены повсюду, включая соцсети, а за его поимку была обещана баснословная награда, вдруг какой-то никому неизвестный газетчик пискнул в своём блоге:
Да его всё равно никто не слушает!

Это была сущая правда. Говорил рассказчик историями, не спрашивая, кому они интересны.
Иногда его слушали, но чаще - нет.
Впрочем, в наше время такое случается не только с сумасшедшими, но и с людьми весьма уважаемыми, не говоря уже о чудаках вроде писателей.
Ведь они тоже что-то пишут, но их редко кто читает.
То же и со всякими блогерами, экспертами и даже аналитиками.
А этот сумасшедший не стал тратить время на записи и соцсети, а просто ходил сначала по городу, потом из города в город и всё рассказывал.
Впрочем, может он и не был сумасшедшим - ведь справку его никто не видел. Хотя с другой стороны, сумасшедшим можно ведь быть и без справки.
Это если ты нормальный, тебе нужна справка.
А сумасшедшим - зачем им справка?
Вот одна такая история.

При одном очень  вредном производство, хозяева решили разбить кладбище, а при нём — все ритуальные услуги.
Потому что работники умирали часто.Прямо как осенние мухи. Правда, в отличие от мух, умирали они чаще и круглый год.
А потом кто-то из менеджеров смекнул, что нехорошо, когда столько денег на сторону уходит.
Стали думать, купили участок, и вот уже куда ни глянь - везде кладбище. Причём не простое, а санаторного типа. экологически чистое. Лежать здесь, надо полагать, большое удовольствие.
Да и родственникам здесь комфортно, потому что есть всё, что необходимо не только мёртвым, но и живым: от платного, очень уютного туалета, до рыбного ресторана. А для тех, кто попроще, есть забегаловки, где можно съесть хотдог и выпить пива.
О цветах и прочих неотделимых от кладбищенской пасторали вещах, и говорить нечего.
Может именно из-за этого кладбища, на этом предприятии всегда не было отбою от желающих поработать на нём.
Да, работа там была тяжёлая. Но зато и страховка немалая, в которую входили похороны, поминки и даже памятник.
Кто ж от такой работы откажется.
Особенно это предприятие было популярно у самоубийц. Скажем, решил человек свести счёты с жизнью, а заодно - обеспечить семью и себе на похороны собрать. И вот, вместо того, чтобы петлю затянуть или с моста броситься, такой самоубийца терпеливо просиживал в приёмной службы по найму, а потом, так же терпеливо, отвечал на все вопросы служащих конторы. Многие даже специально готовились к собеседованию. А один и вовсе пришёл во фраке и лакированных туфлях. Так его поставили швейцаром в крематории. Он до сих пор там работает, хотя по выслуге уже давно должен быть на пенсии.
Не всем, конечно, так везло. Народ осаждал это предприятие целыми толпами. Все знали, что нет более надёжного способа заработать семье на жизнь и на памятник, чем это предприятие.
И когда завод всё-таки закрыли из-за жалоб горожан, город был парализован многодневными акциями протеста. Ведь многим хотелось поработать ещё немного. Да и памятника красивого, тоже хотелось…
Когда рассказчик рассказывал эту историю в обычном городском автобусе, все пассажиры смотрели на него с недоумением.
Что, вам не понравилась моя история? - с грустью спросил он, глядя на своих слушателей.
Те ответили ему либо возмущенными взглядами, либо насмешливыми. А то и просто, безразличными
Ладно, тогда я расскажу вам другую историю, - миролюбиво сказал он и тут же начал рассказывать:
Жила-была одна мафиозная семейка.  Держала она ресторан. И никто к ним подобраться не мог: ни правосудие, ни конкуренты. И так продолжалось десятилетиями.
Но вот однажды, простой охранник выкосил их, что называется, под корень. Зашёл в дом и всех перестрелял из своего служебного оружия, которое ему оформили и лично выдали хозяева.
За что ты их убил?
Это был первый вопрос, который ему задали на следствии по этому делу.
Сволочи они были, - просто ответил охранник
А дети?
Так ведь яблоко от яблони, как известно, падает недалеко. И потом, - оживился он, - Ещё никому не удалось из семян осины вырастить яблоню или вишню.
За что их убил? - резко спросил следователь
Водки для меня пожалели, - просто ответил он. - Я им столько добра сделал. Да без меня у них бы давно всё поворовали. А им водки стало жалко. Кстати, сигаретой не пожертвуете?
В это время водитель остановил автобус возле рынка. Огромная толпа начала штурм входной двери. Первой поднялась огромная бабища, которая одной рукой распихивала наседавших сзади пассажиров, а другой — бережно прижимала к себе лоток яиц.
Поднявшись в автобус, она ловко перекинала лоток за перегородку, в кабину водителя. Нечего и говорить, что тут же, на входе, образовалась пробка.
Дама, пройдите вперёд, - требовали от неё те, кто хотели ехать, но не могли.
Не могу, - коротко ответила дама.
Почему?! - возмутились остальные пассажиры.
Ну неужели непонятно?! - гневно ответила женщина, - Я держу у водителя яйца!
Весь автобус неистовствовал от восторга.
Про витию забыли и он, выйдя из автобуса, направился в сторону рынка.
Не поверите, но нашёлся идиот, который, встречая витию, записывал его рассказы.
Мало ли. Этим идиотом был я. И так он говорил, а я - записывал.
Записывать же я старался максимально подробно и точно, насколько позволяли обстоятельства.
Кстати, к моему занятию она отнёсся если не положительно, то, во всяком случае, с пониманием и даже посоветовал:
- Пиши так, чтобы эту книгу можно было не только издать, но и положить. И не только на видное место, но и на всё остальное.
Именно этим его изречением я и руководствуюсь при написании своих летописей.
А насколько успешно — пусть оценят читатели. Если таковые найдутся.