За хутором Торбуны

Весь день и всю ночь, шёл, лил без остановки дождь. Наступившее утро было сумрачным, прохладным, по небу плыли, кочевали гурьбой неуклюжие пухлые облака, надвигаясь друг на друга.
Дождь прекратился только к обеду, выглянуло солнышко, небосвод поголубел, облака исчезли. Стало солнечно и тепло.
За хутором Торбуны жаркими языками пламени трепещут кроны осин по краям порубки.И только береговые ольхи, все облетевшие, стоят по берегам, как монашки,все в чёрном.  А палые листья ольх сядут, угодят в речонку Вопря, и понесёт их теченье до самого устья, далеко - далеко.
На берегу слышался стрекот двух сорок. Редина проступала, преобладала в береговом ольховнике. Светлый от солнца березняк начинал просвечиваться насквозь. На земле лежали слоями, как золотые листья берёз. На лесной опушке стояла глубокая, сонная тишь.
 И вдруг рядом тревожный сорочий треск, суматошное хлопанье крыльев. Две сороки взлетели, сели на облетевшую ольху и давай громко стрекотать. С каким - то непонятным интересом разглядывали меня, и дюже любопытно им: зачем пришёл в осенний лес, что дальше делать будет, куда пойдёт?
Не понравился, застрекотали ещё громче, выказав укор.
С возгласом:" Чив- чив...чив-чив..."бойко перепархивают с куста на куст буровато - серые птички - чечётки.
В гулкой тишине слышатся  позывные морзянки дятла:" Тук...тук...тук...".
А вот длиннохвостая синица с чёрной шапочкой на голове затянула свою тихую песенку:"Ти-ти-ти".
Порхнувшего с ветки сосны тетерева я едва заметил, невольно залюбовался великолепными пейзажами осени.
Вдруг в один момент все птичьи голоса смолкли - наступила тревожная тишина.
  Прошло всего две минуты таинственной тишины, и над просекой показался ястреб - тетеревятник, сделав полный круг.
 Когда я перевёл взгляд на матёрую дремучую ель, то увидел настороженного зайца под комлем. В глухом овраге громко лаяли собаки охотников.
 На лесной опушке тихо - тихо. И запах хвои струится еле - еле уловимый.
Приближался вечер, синеватые тени легли на тропинку, на узкое русло речонки Вопря. Ветвистые бородавчатые берёзы стоящие на правой стороне тропинке все, как одна, уловили сияние неяркого заката. И сразу стало темнеть.