Смысложуй-1а. Мгновенная карма Пиковой дамы

Добро и зло как будто стоят у входа в этот мир и ждут того, что люди откроют одну из двух дверей. Как только дверь к злу открыта, оно входит.

Герман пугал смертью – умер от страха перед призраком.
Лиза отвергла честные отношения с благородным человеком – шаг за шагом сама себя свела к несмываемому позору и смерти.
Графиня без всякой меры распоряжалась другими – посмертно она действует не по своей воле. Ею руководит сила, которая принесла злу ещё две души – Германа и Лизы.

Графиня говорит и поёт о своей молодости, принижая сегодняшний день.
Не хочет сегодняшнего – завтрашний день сегодняшним для неё уже не станет.

Графиня пугает своих приживалок внезапной яростью – они в страхе убегают и оставляют её наедине судьбой в лице Германа с его пистолетом, через считанные минуты сама графиня переживает страшный испуг и отправляется на тот свет, представителем которого можно считать Германа, совсем недавно собиравшегося покончить жизнь самоубийством.

Заявил о готовности умереть не в бою героем, а по собственной воле, то есть заведомо отправиться в ад. Ад такой случай не упустит.

Герман собирался покончить с собой ради любви, в итоге любовь покончила с собой из-за Германа.

Князь Елецкий, лишённый Германом невесты и чести, выступает против него за карточным столом, то есть использует практически единственный способ легально свести счёты. Германом уверенно предъявлен туз, вдруг оказавшийся пиковой дамой, князь Елецкий выигрывает.

Перед самым финалом Герман пропевает свою арию: "Что наша жизнь? Игра! Добро и зло – одни мечты". Ах вот как?! Получи же кару!

Герман осознаёт свою вину перед князем Елецким и просит у него прощения. И видит свою любовь Лизу. Правда, уже на том свете, в вечной жизни. Но ведь они встретились.


Сейчас всю эту мгновенную карму всё больше воспринимают как нечто вроде клинической психиатрии и глюки самих героев. Когда память надолго застревает в каких-то переживаниях, образы из прошлого приходят вновь и вновь, по-разному связываясь причинами и следствиями, благополучные промежутки постепенно исчезают. Так, к примеру, рассказ Томского о трёх картах и связанной с ними мистике мог и не вызвать тотчас раскаты грома и чудовищную грозу, но память убрала солнечное продолжение дня как не имевшее значения.

Если относиться к сцеплению событий как к игре повреждённых умов, то никто не сделает выводов для своей нормальной жизни. Хотя бы часть ума должна согласиться с тем, что мироздание реально отвечает на наши мысли. Многое в жизни стало бы лучше, если бы мы верили в диалог с жизнеопределяющими силами и относились к нему ответственно.