Ч. 15. Советские и немецкие подводники

Война на Севере

Предыдущая страница: http://proza.ru/2026/11/14/2367

Контрразведкой в нацистской Германии занимались несколько ведомств и организаций.
Абвер — военная разведка и контрразведка вермахта.

В Норвегии действовала Abwehrstelle Norwegen со штаб-квартирой в Осло и тремя территориальными подразделениями (Abwehrnebenstellen) в Бергене, Тронхейме и Тромсё.

Кроме того, существовали небольшие отделения в других населённых пунктах.
Гестапо — государственная тайная полиция, занимавшаяся политическим сыском, выявлением противников нацистского режима и борьбой с подпольем.

СД (Sicherheitsdienst) — служба безопасности СС, осуществлявшая политическую разведку и наблюдение.

Военная полиция и командование Кригсмарине обеспечивали воинскую дисциплину, охрану объектов и безопасность военно-морских баз.

В феврале 1944 года началась реорганизация Абвера. Его функции были перераспределены между другими структурами, в том числе Главным управлением имперской безопасности (РСХА).
 
После покушения на Гитлера 20 июля 1944 года реорганизация была продолжена. Летом 1944 года Abwehrstelle Norwegen была расформирована и преобразована в новые разведывательные подразделения - Frontaufkl;rungskommando 144 и Frontaufkl;rungskommando 312.

Первое занималось преимущественно оперативной разведкой, второе унаследовало задачи контрразведки.

Контроль над немецкими подводниками осуществлялся по нескольким направлениям.
Прежде всего, проверялась политическая благонадёжность личного состава: офицеров и матросов, их биографии, происхождение, контакты с иностранцами.

Обращали внимание на высказывания, свидетельствовавшие о неприятии нацизма, а также на подозрительные связи с местным населением.

За подводниками могли наблюдать и на берегу. Они посещали рестораны, кинотеатры, офицерские клубы, общались с местными жителями.

В оккупированной Норвегии действовали группы Сопротивления. Поэтому существовала опасность передачи военных сведений, вербовки немецких военнослужащих и сбора информации о передвижениях подводных лодок.

Важным направлением работы была проверка переписки и телеграфных сообщений. В Норвегии действовали специальные подразделения — Auslandsbriefpr;fstelle и Auslandstelegrampr;fstelle, занимавшиеся контролем корреспонденции и телеграмм, проходивших через соответствующие каналы.

Однако пока не обнаружено документов, подтверждающих, что вся без исключения переписка немецких подводников подвергалась перлюстрации.

Отвлекусь немного. Вспомнил, как на первом курсе училища нас уговаривали бесплатно отправлять письма прямо из училища.

Однажды меня отправили убирать кабинет, который занимал капитан 3-го ранга. Я принялся натирать паркет, а он что-то писал за столом. Но, видимо, возникла срочная необходимость, и капитан вышел из кабинета.

Я посмотрел на стол. На нём лежала толстая пачка писем. Подошёл ближе и в раскрытом журнале с изумлением увидел свою фамилию и фамилию моей школьной подруги, которая оказалась на Дальнем Востоке. Ей я накануне отправил письмо из училищной почты.

Что было написано в следующей графе, прочитать не успел: услышал шаги в коридоре и отскочил в другой угол кабинета, где продолжил натирать пол.

Хозяин кабинета сказал мне, чтобы я заканчивал с паркетом и возвращался в роту. Я понял тогда, что Особый отдел в училище не спит, а работает. Но вернёмся к тексту.

Норвежское побережье было важнейшим районом деятельности британской разведки и норвежского Сопротивления. Их интересовали германские военно-морские базы, строительство укреплений, движение кораблей и подводных лодок.

Для немецкой контрразведки защита этих объектов была одной из важнейших задач.
На самой подводной лодке командир отвечал за дисциплину, выполнение приказов и поддержание боеспособности экипажа.

При выявлении нарушений он мог проводить первоначальное разбирательство, докладывать вышестоящему командованию и передавать материалы соответствующим службам.
 
Речь могла идти о нарушении приказов, отказе от исполнения обязанностей, дезертирстве, саботаже и других воинских преступлениях.

Военные прокуроры и суды рассматривали дела о воинских преступлениях, а также обвинения политического характера, если они подпадали под военную юрисдикцию. В зависимости от характера обвинения и обстоятельств дела могли подключаться другие органы.

Служба безопасности СС (СД) и гестапо могли вмешиваться, если возникали подозрения в связях с подпольными организациями, иностранной разведкой или деятельности, которую нацистский режим расценивал как политическую угрозу.

Поводом для расследования могли стать донесения начальника, офицера или военной полиции, показания сослуживцев, перехваченная переписка.

Не обходилось и без доносов — добровольных или вызванных давлением на подчинённого. Однако не всякий конфликт или критическое высказывание превращались в уголовное дело.
 
Многое зависело от того, как их истолковывали командование и органы безопасности.
На немецких подводных лодках не было замполитов, непосредственно контролировавших командира и экипаж, как это было принято в советском флоте.

Среди немецких подводников находились люди с разными взглядами. Сама служба в экипаже подводной лодки не означала особой политической благонадёжности.
 
Вместе с тем пока не удалось обнаружить документальных свидетельств существования штатной агентуры гестапо или СД непосредственно в экипажах немецких подводных лодок.

Насколько пристально спецслужбы наблюдали за подводниками, остаётся отдельным вопросом. Не каждое критическое замечание становилось поводом для расследования, если за ним не следовало каких-либо действий.
Приведу один пример.

Офицер вермахта Альбрехт фон Хаген был участником заговора 20 июля 1944 года. Он служил в сухопутных войсках и занимал должность в организационном отделе Главного командования сухопутных войск.

В составе группы сопротивления фон Хаген участвовал в обеспечении заговорщиков взрывчаткой, предназначенной для покушения на Гитлера.

После провала покушения его арестовали. 8 августа 1944 года Народная судебная палата приговорила его к смертной казни. В тот же день приговор был приведён в исполнение.

Продолжение следует.